В погоне за Алой - Изабель Ронин

– Спасибо, – тихонько проговорила я, но не избавилась окончательно от своих подозрений. Я росла в опасном районе, осторожность – моя вторая натура. – Я мало что помню о вчерашнем вечере.

– Ты была пьяная, – отметил он.

– Это я, кажется, помню.

– У тебя что, даже похмелья нет?

Я покачала головой.

– Удивительно, – сказал он пораженно.

– Если не возражаешь, верни мне обувь, я сразу уйду. – Я предположила, что он знает, где она лежит. В спальне я ее не нашла.

– Не так быстро.

– Что? – Мой взгляд метнулся к эспрессо-машине на стойке в пяти футах от меня. Можно до нее добежать, если он решит меня схватить. А смогу ли я ее поднять?

– Ты мне заблевала всю машину, а я, между прочим, ее всего несколько недель назад купил.

Ой. Я прикусила губу.

– Разве у тебя папа не богач? – Я обвела рукой роскошь, окружавшую нас. – Разве ты не можешь поручить кому-нибудь почистить ее за тебя?

Его брови взлетели вверх.

– Так ты хочешь, чтобы за тобой убирал кто-то другой?

Я стиснула зубы.

– Чего тебе от меня-то надо?

Отклонившись, он подтянулся, чтобы сесть на столик, выставив на обозрение великолепное тело. Я сглотнула.

– Тебе есть куда идти? – За ним стояла корзинка с яблоками. Он взял одно в руки. Какой же он счастливчик, может достать еду, когда захочет. И ему не надо бояться, что он будет голодать… или останется без крыши над головой.

– Это еще что за расспросы? Я пойду домой.

Я не знала, куда это – домой, но и ему было невдомек.

Не отводя от меня взгляда, он подбросил яблоко в воздух, поймал, подбросил снова.

– И где же ты живешь?

В животе тихонько заурчало.

– Не твое дело.

– Значит, я, по-видимому, спас тебе жизнь. Я верю в закон сохранения энергии, а потому хочу проверить, не трачу ли я на тебя ее попусту. Вчера я спросил, где ты живешь, и ты сказала, что дома у тебя нет. Если честно, сейчас у тебя вид такой, будто у тебя украли последний доллар.

От потрясения у меня распахнулся рот.

Он положил яблоко обратно в корзинку и снова скрестил руки. Он что, хвастается мускулами?

– А тебе-то что? – требовательно спросила я.

Повисла пауза, прежде чем он ответил.

– Серьезно, тебе есть куда пойти?

Мягкий, сочувствующий тон возымел действие. В горле появился ком, а на глаза навернулись слезы. Я заметила, что ему стало неудобно от моего внезапного проявления чувств.

Он спрыгнул с разделочного столика и подошел к холодильнику.

– Вот, – тихо сказал он и передал мне воду в бутылке.

Я попыталась его поблагодарить, но не смогла: сперло дыхание. Когда я подняла взгляд, он уже отвернулся.

– Ты ведь в курсе, что от тебя воняет?

Я расхохоталась так сильно, что чуть не задохнулась. А потом снова заплакала. Ничего не могла с собой поделать.

Чтобы не упасть на месте, я присела на корточки там же, где стояла, а потом и вовсе опустилась на пол. Плач перешел в неприятное икание со всхлипами. Наверно, он думает, что я сумасшедшая.

– Может, останешься тут, пока не найдешь квартиру? – От изумления я уставилась на него, широко распахнув глаза.

Он пожал плечами.

– Я вижу по человеку, когда у него голова в петле, – добавил он.

Голова в петле? Я глядела на него, утирая слезы. Терпеть не могу тянуть шею при разговоре. Пришлось подняться, старательно поправляя платье. Он все равно был выше, и это меня разозлило еще больше.

– Слушай, я хоть и бездомная, но подачек не приму. – Мы оба замолчали.

За звуком сжатой в руке бутылки последовал другой – на пол полилась вода.

От стыда я зажмурилась. Когда я услышала, как он прочищает горло, то постаралась успокоиться, глубоко подышала, сосчитала до десяти и только потом открыла глаза.

Калеб поднял брови, словно ждал, пока я что-нибудь скажу. Я промолчала, и он продолжил:

– И куда ты тогда пойдешь? В приют для бездомных? Слушай… – Он поднял указательный палец. – Во-первых, живу я один, поэтому терпеть тебе придется только меня. Во-вторых, – он поднял второй палец, – здесь для тебя куда безопаснее, чем в приюте. И в-третьих, – он поднял третий палец, – динь, динь, динь! Можешь оставаться тут бесплатно.

Я прищурилась. Слишком уж ладно он все рассказывает.

– Зачем ты мне помогаешь? – Жизнь меня достаточно помотала, и я знала, что за просто так ничего не дают.

Он открыл рот, но так и застыл. И покачал головой.

– Не знаю.

Жить с Калебом Локхартом. В этих огромных апартаментах. Бесплатно. Из других вариантов – только приют или улица.

– Я не стану твоей личной проституткой.

Его это всерьез задело.

– И зачем она мне? Девушка, вы видели это тело? И потом, – добавил он, улыбаясь, – если решишь со мной переспать, платить будешь уже ты мне.

Ничего себе. Интересно, ему эго не жмет? Я презрительно на него посмотрела и притворилась, что зеваю.

– Ты так интересно рассказываешь. Даже не знаю, почему меня все время тянет в сон.

Зеленые глаза расширились и уставились на мое лицо. Мне подумалось, что на этот раз он точно разозлится, но случилось неожиданное. Он начал хохотать.

– Ты мне нравишься, – проговорил он, смеясь. – В смысле, ты-то сногсшибательная, но я думал, тем и обойдется.

Он что, меня оскорбил?

– Я предлагаю тебе выход из трудного положения. Почему ты отказываешься? – Он зажал нос двумя пальцами. – И не могла бы ты принять душ? Ты хоть и шикарная, но я не хочу проводить время с девушкой, от которой воняет как от сточной канавы.

Я обиделась. Хотя он был прав: воняло от меня невыносимо.

– Но… тогда что ты хочешь взамен?

– Не всем людям от тебя что-то надо, – ответил он мрачно.

– Неужели, ты так считаешь? – засмеялась я горько. – Всем всегда что-то нужно, так или иначе. Разве ты сам еще не понял?

Он склонил голову набок и снова начал изучать мое лицо. Интересно, что же он видел, когда на меня смотрел. Моя внешность и фигура обычно наводят людей на мысль, что я постоянно ищу приключений. Приключения – это последнее, что меня волновало. Я думала, как бы выжить, как заработать на хлеб, на остальное меня не хватало. Вчерашний вечер был аномалией.

Других вариантов не было – только приют или улица, а он предлагал мне выход. По крайней мере, говорил он искренне. Пришлось выбирать меньшее из двух зол. Я набрала в грудь воздуха.