Шалунья для босса - Лилия Викторовна Тимофеева

– Что за дела, Скоробогатова! Уже месяц, как вернулась, и носа не кажешь. Давай, рассказывай про свою столичную нежизнь.

– Почему нежизнь?

– Ну.. если была бы там жизнь, не вернулась бы. Чего не так, колись!

Может, Жанка произошла от Щелкунчика. Но я раскололась, как спелый грецкий орех. Поведала всю правду про нежизнь в столице.

– Вот гад! – завопила Егорова. – Сволочь. Фотку в студию.

Фотки Генки у меня не имелось. Удалила все давно к чертям собачьим. Но Жанку это не остановило.

– Геннадий Самойлов, говоришь? Сейчас глянем.

Егорова уткнулась в телефон. Через минуту она отыскала в соцсетях Генку.

– Вау! Какой красавчик! – завопила она. – И ты позволила его отбить драной кошке по кличке Клеопатра? Вот слабачка!

Мне стало обидно. Сама бы побывала в моей шкуре, потом обзывалась. Я надулась и молча шла до кафешки, в которое меня потащила подруга. Забегаловка, куда мы направлялись, называлась "Луна". Народу было еще немного. Трое парней за соседним столиком сразу привлекли наше внимание. Один из них, высокий и очень привлекательный брюнет, достал бархатную коробочку и показал друзьям золотое кольцо с большим красным рубином. Он купил его своей девушке Виктории и спрашивал мнение товарищей. Второй парень сидел спиной, и я его вообще не разглядела. А вот третий… Сердце буквально рухнуло вниз, ладошки отчего-то стали потными. Нет, незнакомец не был клоном голливудских красавцев, как Генка. Но вполне симпатичным. Шатен. Глаза большие, синие, подбородок волевой. Парень смотрел в нашу сторону, не отрываясь. Сначала решила, что он сражен красотой Жанки – ее модельная фигура и копна белоснежных волос до пояса всегда привлекали внимание. Но нет, симпатяшка пялился на меня. И тоже был немного смущен. Хотя он явно старше меня. Лет двадцать пять. Может, даже и больше. Мы разом, не сговариваясь отвели друг от друга глаза. А в следующую минуту снова уставились. Он на меня. Я на него. Снова смутились. Отвели глазки. И… опять двадцать пять, тоже самое. Между нами, определенно, возникла невидимая связь. Игру в гляделки заметила глазастая Жанка. Усмехнулась:

– Эй, подруга! Развернись на сто восемьдесят! Этот тебе не по зубам.

– Да я…

– Ну вот! Говорю же: слабачка. Признай это! И то, что Дмитрий Аполлонов тебе не по зубам! Кишка тонка.

И вот тут я взъелась, зашипела:

– Толстая у меня кишка! Жирнючая. А сама я Вероника Августовна! Рожденная побеждать. Я этого Диму… победю, завоюю, очарую. Не веришь?

– Неа…

Жанка глядела на мои попытки казаться сильной и едва не хохотала в голос.

– А давай на спор, что влюблю в себя этого мажора? Ну ладно, влюблю, конечно, совсем круто. Что он меня поцелует! Вот!

– Давай! – зеленые Жанкины глазищи загорелись. Она обожала споры и состязания. – Если он в тебя влюбится, ну или поцелуетесь хотя бы, готова в этом кафе кукарекать!

– Идет! Не боишься продуть, подруга? Он ведь на меня пялился и улыбался.

Жанка в ответ расхохоталась и протянула мне зеркальце. Черт!! Я увлеклась красавчиком и не заметила, что губы и даже нос у меня в зеленом креме от пирожного! Масляную розочку я проглотила без последствия. А вот лепестки отпечатались на моем лице. Мое лицо, ранее позеленевшее, теперь стало еще и цвета свеклы. Дмитрию Аполлонову как раз позвонили, он отвлекся на разговор. А я вскочила и выбежала из кафе. Слезы едва не текли из глаз от собственной неаккуратности и самонадеянности. Жанка, добрая в душе, догнала меня и сказала:

– Ладно, не парься. Если хочешь, отменим это дурацкое пари.

Я уже хотела кивнуть. Но Вера и Ника, что в имени моем, воспротивились. И я неожиданно заявила:

– Все остается в силе! Только скажи, ты откуда этого Диму знаешь?

– Так мы работаем вместе. Точнее не вместе. Я же на заочном учусь. Тружусь в "Стройхолдинге".

– Вы знакомы?

– Да что ты, Ника! Я – обычный менеджер колл-центра. Клиентам на уши целый день приседаю. А он – заместитель генерального директора. Точнее, директорши…

– Ничего себе! А сколько ему лет?

– Двадцать шесть. Если честно, шансов у тебя действительно нет. Ты, конечно, симпатичная. Но дело в другом. У этого "Стройхолдинга" два владельца было. Димкин отец Валерий Демьянович Аполлонов и Раиса Ивановна Ярчук. Валерий Демьянович полгода назад умер. Не знаю, как Ярчук все провернула, но только наследник второго владельца в долгах оказался. Раиса весь бизнес под себя подмяла. Димку замом своим пристроила. Типа в память об отце. А на самом деле женить его на своей дочке хочет.

Такого поворота я не ожидала! И как быть? Я опозорена кремовыми лепестками. Он красавчик, а я серость. Он крутой зам, я недоучка. Он богат, я бедна. И у него есть невеста.

– Ну что, отменяем спор?

Наверное я тронулась умом, потому что снова воскликнула:

– Нет!! Пусть трудности. От этого задача еще интереснее.

– Ну-ну, – ответила Жанка и покрутила пальцем у виска.

А я стала раздумывать, как для начала познакомиться с Дмитрием. Идея возникла внезапно. Я спросила:

– Жан, а в вашей корпорации нет случайно какой вакансии? Ну хотя бы курьером.

Проницательная подружка сразу обо всем догадалась:

– Поближе к нему быть хочешь?

– Ага.

– Есть вакансия. И к Димочке самая близкая. Он уже месяц без секретарши мается. Сам документы печатает. А кофе ему девчонки из бухгалтерии варят.

– Неужели так проблематично найти в городе достойного секретаря-референта? Или длинноногие красотки, что лопочут на английском и на ты с принтером, перевелись?

– Нет. Идут ежедневно пачками. Да только Райка (мы ее так между собой зовем) всех отшивает. Ищет девицу, чтобы страшнее Гальки, ее дочери, была. А это, надо признаться, задача. Так что ты не подойдешь. Не мисс Мира, но симпатичная.

Я минуту внимательно смотрела на подругу, потом спросила:

– Жан, у нас вроде спор. Так чего ты мне помогаешь? Казалось бы, палки в колеса ставить должна. А ты наоборот. Колись, подруга.

Жанка вздохнула и ответила:

– Ну, во-первых, мне заманчива перспектива срубить бабла на ютюбе, когда ты кукарекать будешь, а я тебя сниму и ролик выложу. Во-вторых, интересно, как ты все провернуть хочешь. Я вот честно, не знаю, как можно влюбить в себя чужого жениха из более высокого социального слоя. А в-третьих…

– Говори!

– Эта зараза Галька со мной в одной группе училась, когда я очном парилась. Старостой у нас была. Всю кровь выпила за то, что я на Барби похожа, а она на Квазимодо. Добилась своего, меня едва не отчислили. Пришлось на заочку перевестись. Всего-то за несколько прогульчиков.