На чужих условиях - Крис Карвер

Алви открыла рот, чтобы что-то ответить, но Килан вдруг ойкнул и протянул ей пакет, который все это время держал в руках.

— Прости, это тебе.

Она уставилась на пакет. Наверное, стоило взять его, открыть и заглянуть внутрь, но это был первый раз, когда Килан что-то давал ей, если не брать в расчет переданный сахар за столом во время редких общих обедов. Поэтому она тормозила.

— Это не бомба, — почувствовав заминку, рассмеялся Рейн.

Алви мысленно отругала себя и тоже хохотнула, наконец, заглядывая внутрь пакета.

— Ух ты, — сказала она. Больше сказать было нечего.

— Лаура сказала, что тебе понравились конфеты, которые я передал в больницу. Это немного другие, надеюсь, ты любишь темный шоколад.

Алви не могла перестать моргать.

Во-первых, все-таки КИЛАН ПЕРЕДАЛ ТЕ КОНФЕТЫ В БОЛЬНИЦУ?

Во-вторых. Он принес еще, и это было странно. Алви хотела напомнить Рейну, что ей почти восемнадцать, в ее возрасте ожидают получить в подарок что-то менее… Конфетное? Но какое право возмущаться она имела?

Ну, и в-третьих. Она, кажется, дар речи потеряла, а это очень и очень плохо, потому что, когда она не болтает, она думает, причем думает слишком быстро, и в такие моменты ее слегка клинит, и со стороны она выглядит, как идиотка.

— Эм. Спасибо? То есть. Спасибо. Да. Точно. Спасибо.

Еще восемь раз повтори, тупица.

Они пару секунд тупо поулыбались друг другу, потом Алви предложила Килану присесть в свое компьютерное кресло, а сама села рядом на стул.

— Ты пришел по какому-то конкретному делу?

Находиться с Киланом наедине в небольшом помещении так долго, разговаривать с ним, смотреть на него и вдыхать его запах было очень приятно, но любопытство не отпускало. Килан никогда не навещал ее просто так. И говорили они так мало, что Алви помнила почти все их диалоги наизусть.

Килан покатал ручку по столу. Нужно было как-то начать разговор, но проблема состояла в том, что он понятия не имел, как говорить с этой девчонкой.

— Я говорил с мамой, и до нее дошли кое-какие слухи. Это касается твоего обучения в колледже.

Он сложил руки друг на друге и посмотрел на Алви. Она в ответ спокойно кивнула и улыбнулась. Очень красиво улыбнулась, стоило признать.

— Хорошо.

Килан попытался прощупать почву.

— У нас будет контракт, — начал он.

— Я помню, — Алви широко растянула губы и перебила его. Килан терпеть не мог, когда его перебивали, и он попытался подавить это ощущение пощипывания на языке, когда хотелось попросить человека прекратить так делать. Он не будет поступать так с ней. — Я ведь буквально родилась, зная это, Килан.

Он кивнул и поправил стопку тетрадей, лежащих на столе.

— Тогда ты должна знать о том, что по закону тебе, как человеку, вступившему в Союз с оборотнем, будет позволено выбрать любой колледж или университет в мире.

Он надавил на последнее слово интонацией, чтобы Алви прочувствовала, от чего отказывается.

— Да, я в курсе.

Килан начал терять терпение.

— Ты подала документы в Беркли.

— И я помню об этом, это ведь я их подавала. Слушай, я все еще не понимаю, к чему ты ведешь.

— Ты подала документы только в Беркли. То есть… Алви, ты мне скажи, быть может… — Килан потер глаза, — …быть может я заставил тебя усомниться в том, что мы действительно заключим Союз? Или ты сама, не знаю, встретила кого-то, влюбилась или просто передумала? Если так, то скажи мне об этом, будь добра. Потому что я не вижу других причин, чтобы вот так брать и гробить все свои шансы на корню.

Он вздохнул, понимая, что только что сделал это. Почти сорвался на человека. На своего человека.

Алви, тем не менее, не выглядела обиженной или ущемленной. Наоборот. До нее как будто доходило.

— Ах, вот ты о чем? Килан, это не то… в смысле… Ты не так понял. Я не сомневаюсь в тебе или твоей семье, я знаю, что будет Соглашение, и все дела, дело в другом. Дело… дело не в тебе, хорошо?

Килан посмотрел в ее глаза, борясь с желанием прислушаться к сердцебиению. Нельзя. Никаких волчьих приемов на территории людей, никаких хитростей до подписания контракта.

— Ладно. Хорошо. Тогда… Может быть, ты плохо подумала? Слушай, в Беркли ты можешь поступить и без Соглашения, у тебя высокий средний балл, поэтому… Я принес тебе брошюры из Гарварда, Принстона и…

— Килан, — Алви вдруг перехватила своей рукой его ладонь и сжала пальцы, не позволяя достать буклеты из сумки. — Мне не нравится Гарвард. Там холодно, пыльно и что это вообще за традиция — бегать по улице голышом перед экзаменом?! — она рассмеялась, неестественно сверкая глазами. Килан не двигался — ждал, пока девушка сама додумается убрать руку. Но она будто даже не замечала этого. — Дело в Тайлере.

— Тайлер Робинсон? Твой приятель?

— Да. Просто Беркли — это единственное место, куда у него есть возможность поступить, а мы поклялись пойти в один колледж, когда нам было по двенадцать лет, понимаешь? Просто Бетани… и Соглашение… После того, как… как Бетани…

— После того, как ее не стало, их Соглашение с Тайлером было аннулировано, — закончил оборотень и вдруг сам перехватил пальцы девушки своими, крепко сжимая.

Килан не интересовался подробностями, но только глухой не слышал об истории Тайлера и его девушки Бетани, с которой они собирались вступить в Союз. Бетани жила в паре миль от Лабриджа со своей семьей. Полностью консервативная семья, состоящая исключительно из людей, Тайлеру пришлось побороться и через многое пройти, доказывая свои чувства к этой девушке. Он даже отказался от Соглашения, но Бетани настаивала, что им обоим это нужно, и родители сдались. А потом с ней приключилось загадочное несчастье в лесу, о котором Килан почти ничего не знал. Ему было известно лишь то, что семья девушки вскоре переехала в другой штат и все контакты с Лабриджем были разорваны, а Тайлер ушел в глубокую