Другие Мы - Елена Сокол

– Люси, Мартина. – Ставит галочки в списке госпожа Йордаль. Затем оглядывает нас и строго замечает: – Девушки, постарайтесь сделать так, чтобы покончить с напитками до прибытия в лабораторию.

– Хорошо. – Послушно киваю я.

– И не переборщите с лимонадом, а то обмочите штанишки во время перемещения! – Звучит визгливый голосок из приоткрытого окна автобуса.

Я узнаю его сразу – это Саша Ким.

Звезда школьной самодеятельности и затычка в каждой дырке. Не спорю, девчонка хороша собой: миниатюрная, стройная, с хитрыми раскосыми глазками и длинными волосами цвета вороньего крыла, и мне до нее, ой как, далеко. Но и ее природных талантов явно не достаточно, чтобы быть первой во всем, как она стремится – и петь, и танцевать, и быть ведущей школьных мероприятий и лидером шайки самых популярных учениц школы.

Хотя, усердия у Саши не отнять: везде, где можно засветиться и блеснуть, она светится и блещет. Вот как сейчас – перетянула все внимание на себя, отчего одноклассники смеются и свистят.

– У тебя какие-то проблемы с недержанием? – Усмехаюсь я, бросив на нее взгляд через окно. – Иначе бы тебя так не беспокоила эта тема.

Автобус взрывается новым смехом, а госпожа Йордаль знаками призывает всех к спокойствию:

– Ребята, пожалуйста!

– Что ты вякнула, тупица? – слышится из окна.

Это – мне, не учительнице.

– Занимайте места. – Мягко напоминает нам Йордаль, вздохнув.

С гулко бьющимся сердцем я поднимаюсь в салон. Едва вижу свободные места сразу за водителем, у меня будто камень падает с души: как хорошо, что не придется сидеть рядом с Ким.

– Что, отрастила зубки, сиротка? – Останавливает меня ее издевательский тон.

– Тебя и это беспокоит? – Бросив на нее короткий взгляд, негромко отвечаю я.

– У-у-у! – Гудят ребята.

Им явно по вкусу намечающаяся заварушка. Еще бы: тихоня впервые открыто бросает вызов признанной королеве.

– Радуюсь за тебя. – Смеется Саша. – Этими самыми зубками тебе придется прогрызать себе путь наверх – из этого болота. А пока наслаждайся поездкой: вряд ли, тебе когда-нибудь еще подвернется такая возможность!

Я оборачиваюсь и награждаю ее долгим, тяжелым взглядом.

– Можно я начищу ей рыло? – Шумно выдыхает Мартина, стоящая за мной в проходе.

– Не стоит. – Я придерживаю ее рукой.

– Знай свое место, зубрила. – Посылает мне воздушный поцелуй Саша.

Они сидят на последнем ряду вчетвером: она, Дин, Винс и Артур. Саша смеется, игриво наклоняясь на плечо Дина – знает, что, если ситуация накалится, он не даст в обиду свою девушку. Да никто и не решится выяснять отношения с девушкой Вильчека. И пусть она всего лишь одна из ряда счастливиц, которым повезло проводить с ним время, но, все же, задержалась подле него дольше других – целых три месяца, настоящий рекорд.

– Все правильно. – Отвечаю я тихо, и голоса смолкают: каждому хочется услышать, что я ей отвечу. – Мне еще предстоит найти свое место. – И с легкой улыбкой добавляю: – А вот тебе гораздо проще. Ведь главное в жизни барана – занять свое место в стаде, так?

Салон автобуса взрывается смесью визга и хохота, но смысл моих слов доходит до Саши только спустя пару-тройку секунд.

– Ах, ты… – Порывается подняться она, но Дин, придержав за локоть, осаживает ее.

Он что-то шепчет ей на ухо, и Саша возмущенно сжимает челюсти. Я оборачиваюсь к Мартине, та показывает Ким средний палец.

– Все, хватит. – Прошу я подругу и подталкиваю ее к сидению.

Мартина садится у окна, я – рядом.

– Ты мне за это ответишь, – шипит с последнего ряда Ким.

Я оборачиваюсь, но смотрю не на нее. Мы сталкиваемся взглядами с Дином.

Его лицо напряжено, скулы резко очерчены, он кажется раздраженным и смятенным одновременно. Не удивительно, никто не ожидал, что я стану отвечать этой выскочке, для меня всегда было проще робко опустить взгляд и пройти мимо.

Но сейчас мне нечего терять: уже конец учебного года, скоро выпускной, и мне не придется быть изгоем еще целую вечность. Через две недели каждый из нас пойдет своей дорогой, и мы больше не увидимся. Ни с Сашей, ни с ним.

– Это ты тупая овца! Поняла, да? Ты! – Продолжает шипеть Саша.

А я не могу оторваться от голубых глаз Дина: они не холодны, как обычно, в них сверкают искорки интереса.

– Серость! – Не унимается его подружка, тоже теперь показывая нам нецензурные жесты. – Дрянь!

Винс поддерживает ее аплодисментами, ему явно по вкусу девчачьи разборки.

А я смотрю на пухлые, красивой формы губы Дина, изогнувшиеся в ухмылке. На его длинный нос с озорными мальчишескими веснушками, которыми раньше было обсыпано все его лицо. Смотрю на его новую стрижку – короткую по бокам и рваными, фактурными прядями уложенную на макушке. И как будто вижу на мгновение в этом образе следы мальчишки, с которым дружила когда-то в детстве.

Но этот образ быстро ускользает – едва Дин прищуривает глаза, и отбивает мой взгляд словно хлыстом. «Пошла прочь!»

Я отворачиваюсь и делаю глоток лимонада. В груди все еще клокочет от возмущения и волнения.

– Горжусь тобой. – Протягивает мне руку Мартина.

– Ага. – Я пожимаю ее. – Спасибо.

– Боже мой, нужно отбить, Люси! – Хохочет она, высвобождаясь из моей хватки. – Вот так.

Теперь я отбиваю ей «пять», как полагается.

– Ты действительно проводишь слишком много времени с книгами!

– Дин постригся, – зачем-то говорю я вслух.

Мартина без раздумий оборачивается и смотрит на них, затем тут же отворачивается.

– Точно, а я и не заметила.

Мне в щеки ударяет жар. Надеюсь, мое замечание не выдало мой интерес к нему.

– Отрастит бородку и усы, и тогда его точно перестанут путать с девчонкой! – Добавляется Мартина.

И мы смеемся. Мне снова приходится дать ей «пять» за удачную шутку.

– А вот и те, кому повезло меньше. – Вдруг вздыхает она, когда в автобус поднимаются Марк Дэвис и Якоб Строцци.

– Почему?

– Им придется сесть перед Дином, там два