Модель по вызову - Марина Дмитриева

Нет, не понимала, точнее, не хотела принимать это страшное слово «навсегда».

— И что, ничего нельзя сделать?

Вой снова вырвался из родных губ. Меня затрясло мелкой, омерзительно противной дрожью.

— Нельзя-а-а-а, — рыдала мама, ломая руки. — Точнее, они сказали, что в Германии есть клиника, где таких больных поднимают на ноги. Н-нужна очень сложная операция, которую в России никто не решается делать, причем не факт, что она поможет. Да что говорить попусту, лечение в той клинике нам не по карману. Даже если мы квартиру продадим, если все, что есть в доме, продадим, мы никогда не наберем нужную сумму!

— Мам, сколько нужно денег?!

— Если посчитать стоимость операции, реабилитацию после нее, билеты туда, проживание там, то миллионов двадцать, не меньше…

Тоже захотелось в отчаянье ломать руки… Это нереальная для нас сумма, я на своей работе только тридцать пять тысяч получаю.

— Знаешь, я... я пересилила свою гордость и пошла к одному человеку. Отец когда-то учился вместе с ним в институте, сейчас это очень влиятельный человек. Светик, я у него в ногах валялась, но он отказал, унизил, он меня просто убил. Такой цинизм, такая сволочь! — и снова жуткий животный вой вырвался из материнских губ. — Надо забирать Артема из больницы… Свет, я теперь даже работать не смогу, ведь за ним нужен постоянный уход. Как мы будем жить, дочка?! Как?! — мама стала раскачиваться из стороны в сторону.

Я молчала, не зная, что сказать, не находя слов утешения. Озвученная сумма взрывала мозг.

— Кроме того, доктор сказал, что с таким диагнозом долго не живут, максимум 10-15 лет… Десять лет мучений, понимания своей ущербности и того, что ты медленно умираешь! Милосердней будет сразу его убить!

В теле появилась злость. Нет, костлявая с косой, Устюговы не сдаются так просто. Отца ты у нас забрала, а Тему мы не отдадим! Нет, мы еще повоюем, как, помнится, любил повторять дедушка. Правда, повоевать долго не пришлось... Юность, проведенная в лагерях, плохо сказалась на его здоровье. Папа умер шесть лет назад от обыкновенного гриппа, который привел к двухсторонней пневмонии легких. А год назад Темка попал в аварию...

— Мама, мы что-нибудь придумаем…

— Что, Светик, что?! Злой рок тяготеет над мужчинами рода Устюговых. Мои родители — пенсионеры, они тоже нам не смогут сильно помочь. Разве что попросить их дачу продать… Да сколько она стоит? Не больше шестисот тысяч...

— Не знаю, мам... Можно обратиться в какие-нибудь фонды, во все возможные фонды, организовать сбор средств, взять кредиты, продать квартиру. Мама, надо все пробовать, а не сидеть, сложа лапки.

— Мы все равно не насобираем такую сумму. Кроме того, нет никакой гарантии, что операция в Германии поможет, если даже операция в Москве не дала результата. Вдруг мы потеряем все, что имеем, останемся в долгах, а Темку не вылечим. Продать квартиру, ты говоришь? А где мы будем жить? Я, ты и Тема? У дедушки с бабушкой двухкомнатная хрущевка, у дяди Паши трое своих детей...

— Да какая разница где, хоть под мостом! Во всяком случае, мы будем знать, что сделали все возможное для спасения брата!

Но в материнских глазах не было отклика, она продолжала выть и скулить, заранее оплакивая своего сына.

— Можно продать нашу квартиру на лечение Темки, квартиру дедушки и бабушки тоже продать и купить дом где-нибудь в деревне, там сейчас жилье за бесценок продают. Свежий воздух никому не помешает. А я сниму себе койко-место и буду работать.

— Света-а, нет никакой уверенности, что операция пройдет успешно! Ты хочешь разрушить мир двух семей ради призрачной надежды?

— Но что-то же делать надо, мама?! — боясь застыть, замерзнуть от отчаянья, повысила голос я.

— Не знаю, что делать, дочка, не знаю-юю! – материнским голосом плакала вселенская безнадега.

— Я пойду к Кириллу… у него очень богатый отец, для него двадцать миллионов, словно для нас двести тысяч, вдруг он поможет.

— Я уже сходила к одному богатому и влиятельному, который действительно мог помочь. Сволочь! Если бы ты знала, Света, какай он мерзавец! Все они сволочи, дочка, только о своем богатстве и удовольствии думают! А сбор средств мы уже пробовали! Сколько насобирали?!

Пристыженно опустила глаза. Мало, очень мало... Только хватило, чтобы купить инвалидное кресло, оплатить расходы по операции в столице, и пройти курс реабилитации в специализированном санатории.

Но ни первая операция в нашем городе, ни вторая в Москве не помогли.

— Сейчас сплошь и рядом подобные истории, не разберешь, где правда, где ложь... Уж слишком много людей в целях обогащения спекулируют на эти темы. Люди больше не откликаются, они очерствели душой, упоминание о болезнях только раздражает.

— И все равно мы должны сделать все возможное… Я найду еще одну работу. Мам, мы что-нибудь придумаем, обещаю.

Родительница ничего не ответила, полностью погрузившись в себя, сидела на полу, обхватив голову руками. От свалившихся на нашу долю несчастий она словно окаменела.

Мы долго сидели молча, словно две застывшие в скорби статуи.

— Все бесполезно, Светик... все бесполезно, все бесполезно, бесполезно... — наконец начала сомнамбулой повторять мама, а потом биться головой о стену.

Бесполезно?! Нет… Нет, не хочу, не буду соглашаться! Я должна найти выход!

ГЛАВА 2

Поглядела на себя в зеркало… Несмотря на некоторую бледность, выглядела я превосходно. Скромное платье цвета пыльной розы выгодно подчеркивало фигуру и в достаточной мере открывало длинные ноги, чтобы выглядеть женственной. Волосы закрутила замысловатой, придающей мне элегантности улиткой. Я умею выглядеть тонкой, даже аристократичной штучкой. Видимо, папино благородное происхождение дает о себе знать. Для воплощения образа истинной леди не хватает только чулок и перчаток, только в жаркую погоду такие излишества в одежде ни к чему. Я, конечно, к принцу собираюсь, но из принцевских качеств у Кирилла только богатый папенька в наличии, поэтому обойдется и без лицезрения чулочно-носочных изделий на красивых женских ножках. Чтобы придать большей современности своему облику, надела довольно массивные босоножки на платформе, а на шею повесила украшение в этническом стиле. Вроде бы, абсолютно несочетаемые вещи, а получилось очень стильно.

Показала своему отражению язык… Дура ты, Светка, беспросветная! Было бы к кому так наряжаться… Нет, Кирилл, конечно, писаный красавец — темные волосы, серо-голубые глаза, смазливое личико современного денди, а чтобы наповал сразить девчонок всех мастей, заграничные фирменные шмотки и ключи