Циничные игры - Вероника Ольховская

— Чтобы сделать тебе приятно, — парень разулся, протянув мне руки для объятий. — Хочешь сказать, не рада меня видеть?

— Очень рада, — прошептала, положив цветы на стенку и обняв Славу за шею. — Я так скучала.

— И я, — он широко улыбнулся. — А где Дун? Ду-у-уна?!

— Слава! — из комнаты, словно маленькая лошадь, выбежала Дана. — Собака? Спаси-и-ибо! — она буквально налетела на парня, крепко его обняв.

— Научи свою маму правильно благодарить меня, — Слава поднял мою дочь на руки, поцеловав в щеку. — А то она как обычно ворчит.

— Этот пациент потерян, — неожиданно выдала Ждана.

— Дана! — прикрикнула я, нахмурив брови. — Я тебя за такие слова скоро буду наказывать.

— Это бесполезно, мама, — дочка не отрывалась от Славы. — Давай лучше скорее ужинать. Я так проголодалась, что готова съесть целого быка.

Мы посмеялись и пошли на кухню.

Вечер проходил просто замечательно: Дана делилась своими впечатлениями о новых школьных знакомых и внезапно появившемся друге Ярославе. Слава рассказывал про командировку и победу своих учеников на всероссийских соревнованиях.

— А как твой первый день в университете? — спросил меня парень, пока ждал свой чай. Дана уже убежала в свою комнату, знакомить Чака с другими игрушками.

— Терпимо, — я пожала плечами, ставя перед ним кружку. — Конечно не комфортно учиться среди тех, кто младше тебя. Но я привыкну.

— Ищи везде плюсы, — Слава усмехнулся, открывая конфету, — найдёшь себе молодого парня.

— Ну уж нет, — я села напротив него, — ты прекрасно знаешь, чем это может закончится. А мне хочется доучиться. Поэтому никаких романов следующие три года.

Казалось, на мужском лице появилась печаль, но Слава быстро взял себя у руки, широко улыбнувшись.

— Это правильное решение, — он отпил чай. — Кстати, Марк вернулся в город.

Упоминание отца Жданы больно кольнуло в сердце, и, чтобы Слава не заметил этого, я быстро отвернулась к окну, делая вид, что достаю стоящий на подоконнике сахар.

— Я рада за него, — ответила как можно более равнодушно.

— Мы собирались встретится командой, — мужской голос дрогнул. — Ты не будешь против того, что я к ним присоединюсь?

— Почему я должна быть против? — деланно усмехнулась. — Ты — его друг, и я не могу препятствовать вашим встречам.

— Нина, — Слава неожиданно встал, подойдя ближе, — ты прекрасно знаешь, что я на твоей стороне. Обещаю, что от меня Марк никогда не узнает про Дану.

Я повернулась к нему, взявшись за мужскую ладонь.

— Это ты был рядом со мной всю беременность. Ты забрал меня из роддома. И ты относишься к Ждане, как к собственной дочери, — подняла взгляд. — Как я могу в тебе сомневаться?

Слава Косарев — мой лучший друг. Мы познакомились с ним на вечеринке, устроенной Марком по случаю его Дня Рождения. Удивительно, но нам сразу удалось найти общий язык. Орлов тогда часто ревновал, несколько раз припирая Славу к стене.

Когда мне пришлось оборвать все связи с прошлым, единственным человеком, оставшимся в моей жизни стал Косарев. Сначала я боялась, что он расскажет про неудавшийся аборт Марку, но чем больше Слава находился рядом, тем отчетливее я понимала — он не предатель.

Окончив университет, Орлов переехал в Москву, практически перестав общаться со своими друзьями. Тогда мы ещё сильнее сблизились со Славой. С тех пор мы неразлучны.

Даже мама в шутку нас называет Биба и Боба. Правда она была недовольна нашими отношениями.

— Либо женитесь, либо прекращайте так близко общаться, — ворчала мама, читая мне очередную нотацию. — Ты прекрасно понимаешь, как Ждана привязалась к нему. Думаю, она даже принимает его как своего отца.

Но я никогда не воспринимала Косарева, как мужчину — он был для меня сродни брата. Слава знал об этом, поэтому редко предпринимал попытки завоевать моё сердце.

— О чем задумалась? — спросил Косарев, слегка сжав мою ладонь.

— О том, как счастлива иметь такого друга, как ты, — я улыбнулась, тяжело вздохнув. — Не представляю своей жизни без тебя.

— Так ты ещё думаешь о том, что можешь избавиться от меня? — он рассмеялся. — Наивная… Наивная девочка Нина.

— Представляешь, — я прижалась к нему головой, — меня сегодня первый раз назвали женщиной и даже предложили контакты офтальмолога.

— Кто такой смелый? — усмехнулся Слава.

— Мой новый одногруппник. Неужели я и правда выгляжу так старо?

— Нет, — он сжал губы, — ты прекрасна.

— Спасибо, — прошептала я, прикрыв глаза. Рядом с ним я чувствовала себя максимально спокойно.

— Мамочка, Слава, — из комнаты послышался голос Жданы, — давайте немного вместе поиграем?!

— Идем, — хором ответили мы, а потом громко смеясь, побежали наперегонки в детскую.

Глава 3

/Элизар/

Не смотря на бессонную ночь, этим вечером мы так же хотели рвануть в клуб. Студенческий совет приглашал нас присоединиться к посвящению первокурсников, но это казалось таким детским и нелепым, что нам пришлось сослаться на неотложные дела.

— Может удастся вырваться? — спросила Маша. — Я так надеялась, что вы придёте.

Наша староста по праву занимала первое место в списке самых душных девушек университета. Нет, она была довольно активной, участвовала в разных мероприятиях и даже исполняла танец живота, ведя об этом небольшой блог. Но как только открывался её рот, окружающие мгновенно начинали зевать и пытались как можно скорее отделаться от приставучей пиявки.

— Машенька, дорогая, никак, — состроив максимально грустное выражение лица, ответил мой друг Родион Томилин. — Сама понимаешь, чтобы жить, ни в чем себе не отказывая, нужно работать.

Только он забыл упомянуть, что работали наши родители, а мы лишь довольствовались выделяемым содержанием.

— Машут, — я обнял её за плечи, почувствовав, как напряглось девичье тело, — в следующий раз обязательно.

Насладившись растерянным выражением лица Маши, я слегка взъерошил её волосы и нагло улыбнулся. Мне нравилось видеть, как она растекается в моем присутствии. Можно сказать, это повышало мое самолюбие.

Выйдя из университета, сначала мы поехали в ресторан — с самого утра в моем желудке кроме воды ничего не было. А потом, закупившись алкоголем, рванули к Данилу Яковлеву. Зная наши посиделки, к себе я приглашал довольно редко.

— Девочек звать будем? — слащаво спросил Родион, разливая по бокалам коньяк.

— Мне вчера хватило, — ответил Данил, рухнув на диван. — Голова так раскалывается, что сдохнуть хочется.

— Я вот никогда от женского внимания не устаю, — усмехнулся Томилин, протягивая другу алкоголь. — На лучше, выпей. Для проспиртованного организма важно похмелиться.

— Рассуждаешь словно алкоголик с многолетним стажем, —