Попаданка для не(к)романтического властелина - Кристина Юрьевна Юраш

Я кротко взяла ведро с грязной водой и собралась нести его в сторону светящегося холодным фиолетовым светом портала.

На поверхности коричневой жижи плавали соринки, а я с грустью смотрела на зимнюю сказку за окном.

Перед тем как уходить из этого коридора в другой, я грустно улыбнулась роковому красавцу-принцу, чей взгляд обещал сделать со мной то, что еще не делал ни один мужчина.

— … я магии училась как, — пыталась подбодрить меня призрак. — Постояла возле аудитории, послушала! Там много чего интересного рассказывают! Я так магистерскую защитила! Так что я еще и магистр темной магии! Ниче, я тебя тоже научу кое-чему! Ты у меня еще диссертацию защитишь!

Я остановилась возле приоткрытых дверей аудитории. Голосистый сутулый преподаватель, напоминающий облезлую ворону, чихвостит юного некроманта по его некроматушке.

— Куды понесла? Ты че? Сейчас с ведром по порталам прыгать будешь? Охота тебе через всю академию пилить? — фыркнула Добрая Фея и кивнула в сторону. — Давай сюды!

— В окно? — ужаснулась я, видя, куда показывает призрак. — Вы серьезно? А если кто пойдет? А мы на него…

Нет, в окно ни в коем случае нельзя! Там могут ходить люди! А меня и так прибить обещали! И если бы призрак бабки внезапно не появилась из стены и не вступилась, то из меня бы сделали учебное пособие!

— Давай-давай, не боись! Я усю жизнь так делала! – подбодрила меня Добрая Фея. — Там усе равно никто не ходит! Там для ентих, вип-пярсон! А у нас персонов этих отродясь не было! Всякие принцы, как закончили академию, так больше сюда ни разу не приезжали. Так что лей, не боись! Только от души и подальше!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 6. Алина

Подойдя к окну, я робко открыла замерзшую створку. Морозный воздух обжег лицо. Сверкающие сосульки над окном оборвались и упали.

Может, правда, вылить сюда?

А почему бы и нет! Тащить тяжелое ведро через всю Академию ужасно не хотелось.

— Не боись! — подстегивал меня призрак, появляясь то справа, то слева. — Поначалу всем страшно! А потом заматереешь, ругаться научишься…

Полное ведро звякнуло о подоконник. Казалось, что я совершаю преступление века.

Я размахнулась как следует и от души плеснула из ведра.

И тут произошло то, чего я больше всего боялась!

На круглой заснеженной площадке засветилась печать, и появилась целая толпа, похожая на похоронную процессию. Все были в черном. Прямо в центре виднелась высокая фигура в роскошной мантии.

Грязную воду было уже не остановить.

— Ваше высочество, добро пожаловать в Академию Темной Магии! Мы вам всегда рады! Не передать как! — послышался заискивающий голос снизу за секунду до того, как содержимое ведра прилетело на головы всем присутствующим.

Ой! Я сглотнула, глядя с ужасом на то, как по черным одеждам стекают помои.

На мгновенье я замешкалась. А потом резко очнулась и осознала, что только что натворила. Мои дрожащие руки пытались плотно закрыть окно и уничтожить все следы преступления!

— Вы как? Ваше высочество! Ответьте, не молчите! — тут же донеслись перепуганные голоса снизу. Все обступили высокую фигуру, с которой ручьями стекала грязь. Ему досталось больше всех.

Он снял промокший капюшон, обнажая белоснежные волосы, с которых стекала грязная вода.

«Мамочки! Это он! Принц с портрета! — промелькнуло у меня голове. – А рядом с ним ректор Академии! Не помню, как его зовут!»

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 7. Алина

— Беги!!! — заорала мне в ухо бабка, заставляя опомниться.

Я запаниковала и дернула створку изо всех сил.

Пустое ведро слетело с обледеневшего подоконника вниз и попало в гущу событий.

В основном, по принцу.

Тот резко поднял на меня взгляд тех самых желтых глаз, заставивший меня застыть на месте.

Мокрые белые волосы облепили лицо, а красивые губы что-то сплюнули. Ладонь в черной перчатке резко отбросила руку ректора, который бросился вытирать принца платочком.

Молодой ректор застыл как дурак с платком в руках и извиняющейся улыбкой. Принц резким поворотом головы заставил всех, кто его окружал, сделать шаг назад.

— Че стоишь!!! Беги и прячься! — орала бабка мне на ухо.

— Я знаю, что подарю родителям на Новогодие! – коротко произнес принц.

Многообещающий взгляд желтых глаз говорил, что наша встреча неизбежна. Но мне хотелось бы ее отсрочить!

Мокрый принц схватил ректора за черное нарядное жабо и рывком подтянул к себе.

— Напомни, Ирит, чтобы я убил тебя попоз-з-з-зже, — произнес принц негромко, но очень отчетливо. Да так, что все вокруг похолодели.

Ой… Ой, мамочки! Сердце ухнуло вниз, а вместе с ним и надежда вернуться домой.

Принц резко запахнул черные одеяния, обдав сопровождающих брызгами грязи, и решительно направился в сторону роскошных дверей, ведущих в Академию.

Черный балахон стелился по белому снегу. Когда принц поравнялся с дверью, послышался оглушительный грохот. Он прокатился по гулким коридорам Академии.

— Ваше высочество! Это какое-то недоразумение! Дверь вообще-то открывается на себя… И вовсе не обязательно выламывать ее магией… – слышался нервный голос ректора внизу. Он остановился и тоже поднял глаза на меня.

Словно пытался запомнить, как в выглядела при жизни.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 8. Алина

— Хотя вы принц… — пожал плечами ректор. – Вам, как говорится, виднее… Скажете, что дверь открывается внутрь, значит, внутрь…

Ректор опомнился, а вместе с ним опомнилась и я.

Я сначала заметалась по коридору, а потом бросилась бежать со всех ног в сторону портала. Ноги поехали по еще не высохшему полу, и я просто влетела в портал, задыхаясь от ужаса.

Очутившись в длинном коридоре, я снова заметалась, не зная, куда лучше спрятаться. «Сюды!» — показала бабка, а я бросилась бежать.

Мои шаги гулко отдавались от мрачных стен.

Сердце вздрагивало, руки холодели. Добежав до угла, я стала громыхать ногами по лестнице вниз.

— Отворяй! Туточки пересидим! – скомандовала бабка, указывая на неприметную дверь в дальнем конце коридора.

Сделав над собой усилие, я добежала до двери, открыла ее и влетела внутрь. Дрожащие руки задвигали хлипкую щеколду, пока я пыталась проглотить сердце, ставшее комом в горле. Ну надо же! Вот это я влипла!

Каморка была маленькой, но доверху забитой всяким хламом.

Развешенные тряпки пахли сыростью.

Стоило сделать шаг назад, прислушиваясь к шуму в коридоре, как несколько швабр упали мне на голову, больно тюкнув по макушке. Я панически