Линия сердца - Марина Александровна Снежная

Внимательно разглядывала себя в зеркало, пытаясь увидеть хоть что-то привлекательное. Мда… Нужно бы хоть косметики завалящей прикупить. Лицо бледное, в россыпи веснушек. Под воспаленными глазами жуткие круги. Еще бы, после вчерашнего. Да и не девочка уже. Тридцатник стукнуло. Грустно вздохнула. А вспомнить-то и нечего. Бездарно и впустую потраченная жизнь.

Накинула на тощее тело, без малейшего намека на женские прелести, белый халат, и вышла, наконец, из ванной. Потянуло горьковатым запахом свежесваренного кофе. В желудке заурчало. Этого еще не хватало. Не хватало только лишнего повода опозориться.

Кухонька в номере оказалась совмещена с гостиной. А я вчера и не заметила. Стол в виде барной стойки. На высоком стуле сидел мой спаситель, уже одетый в джинсы и футболку. Увидев меня, приветливо улыбнулся и приглашающе махнул рукой.

– Я уже думал, вы никогда оттуда не выйдете. Кофе уже почти остыл.

– Простите, – пискнула я и неуклюже взгромоздилась на стул рядом с ним.

Он кивнул на блюдо, накрытое серебристой крышкой. Я послушно приподняла ее и вдохнула аппетитный запах омлета с помидорами и зеленью.

– Не стесняйтесь, – ободряюще произнес он, сделав глоток кофе.

– А вы?

– Я по утрам не завтракаю. Привычка такая.

– А…

Избегая смотреть на него, принялась за еду. Омлет оказался восхитительно вкусным. Расправилась я с ним за пару минут и с наслаждением отхлебнула кофе. С разговорами мужчина не приставал, я это оценила по достоинству. Хотя, причиной тут могло быть совершенно другое. Я ему абсолютно неинтересна, возится он со мной только из жалости. Сейчас я доем, оденусь и исчезну навсегда из его упорядоченной сытой жизни. Стало до слез обидно, сама не знаю почему. Он ведь ничего мне не должен. Мы даже не переспали. Нужно кончать с этим как можно быстрее, иначе будет еще тяжелее.

Быстро допила кофе и слезла со стула.

– Ну, спасибо вам за все. Мне, пожалуй, пора.

Кстати, сколько сейчас времени? Мне ведь на работу нужно. Совсем из головы вылетело.

– Кот-торый час? – в голосе прозвучала паника.

Мужчина бегло глянул на дорогие часы в бриллиантовой оправе.

– Начало одиннадцатого.

– Черт!

Я заметалась по комнате.

– Где мои вещи? – Тут же вспомнила, что оставила их в ванной и хотела ринуться туда.

– Куда-то спешите? – невинно поинтересовался он.

– Не все могут себе позволить жить в свое удовольствие, – едко заметила я. – Некоторым нужно и на работу ходить.

– Похоже, вы и так опоздали. Позвоните, скажите, что заболели. Удивляюсь, что это не так, учитывая ваше вчерашнее состояние.

– Я крепкая, – огрызнулась я. – Привыкла и не к такому.

– Но все же… Почему бы вам и вправду не позвонить на работу?

– Вряд ли начальник одобрит…

Неожиданный порыв активности утих так же быстро, как и нахлынул. Устало опустилась на диван.

– Давайте, я с ним договорюсь, – предложил он.

– С какой стати вам мне помогать? – Я передернула плечами. – Я даже вашего имени не знаю.

– Это правда, – рассмеялся он. – Вчера мы так и не познакомились. Меня зовут Дмитрий Валенский.

– А по отчеству?

– Можно без отчества. Просто Дмитрий или Дима. А вас как зовут?

– Людмила…

– Как вас зовут друзья?

– У меня нет друзей, – буркнула так, словно виноват в этом непосредственно Дмитрий Валенский. – Знакомые обращаются ко мне Люда.

– А можно, я буду называть вас Милой? Это вам больше подходит.

Мне стало неловко. Он что, флиртует со мной? Со МНОЙ? Лучше не питать напрасных иллюзий, может, у него такая манера общения. Однако какой же он привлекательный! От него так и исходят особые флюиды, или как это называют в любовных романчиках, которые я одно время читала запоем.

– Ну, можете звать как угодно. В общем, пойду я, наверное.

Решительно поднялась и побрела в сторону ванной. Не успела рука коснуться дверной ручки, как оказалась перехвачена его крепкой широкой ладонью. Я удивленно вскинула голову, тут же оказавшись в плену завораживающих глаз. Ноги подкосились, на этот раз не от похмелья, а от нахлынувших эмоций, на которые я даже не считала себя способной.

– Постойте, Мила, – обволакивающий бархатный голос скользнул в самое ухо, пробрав до мурашек.

– Что вы хотите? – еле дыша, пролепетала я.

Пришлось уцепиться за него, чтобы не упасть. Его рука обвила меня за талию, поддерживая и защищая.

– Я хочу, чтобы вы стали моей женой.

Мне показалось, что я сошла с ума. Или это мир вокруг сошел с ума. Нет. Скорее, это Дмитрий Валенский – безумец. Опасный псих, от которого стоит держаться подальше.

– Отпустите меня! – Я принялась вырываться, однако он и не думал отпускать. – Вы в своем уме? – наконец, смогла озвучить засевшую в голове мысль.

– Нужно решить здесь и сейчас, Мила.

Он казался вполне серьезным. И глаза нормальные. Здоровые. Нет в них никакого лихорадочного блеска.

– Но почему? Почему я? Вы ведь совершенно меня не знаете.

– Давайте вернемся в гостиную. Я постараюсь все вам объяснить.

Он повел меня за собой, держа за руку, как маленького ребенка. Усадил рядом с собой на диван и произнес:

– Я сейчас не стану открывать вам всего. Скажу только, что должен жениться. И как можно скорее.

– Но почему вы не предложите это более подходящей девушке?

– Чем же меня не должны устраивать вы? – усмехнулся Дмитрий.

– Ну, я вам однозначно не пара. – Я удивилась, что ему еще нужно разжевывать очевидные вещи. – Явно не вашего круга, и внешностью не супермодель.

– Да что вам дались эти модели, – насмешливо заметил он.

Взял мои руки в свои и некоторое время задумчиво рассматривал.

– В вас есть то, что я очень долго искал.

– Что же?

Он перевернул мои руки ладонями вверх.

– Скажите, вам когда-нибудь гадали по руке?

Я поразилась неуместному и совершенно несвоевременному вопросу.

– Нет, конечно. Я не верю в подобную чушь.

– Напрасно, – серьезно проговорил он. – Моя бабушка достигла в этом огромных высот.

– Причем тут ваша бабушка? – не сдержалась я. – О чем вы вообще говорите?

Он покачал головой.

– Хорошо, не будем пока об этом. Итак, как я уже сказал, мне необходимо жениться в течение ближайшего месяца, до первого марта.

– Вы так и не сказали, почему я?

Сердце бешено стучало в такт молоточкам в голове. Я почти ничего не соображала, кроме того, что моя жизнь вдруг сама собой кардинально меняется.