Защити меня - Хельга Дюран

— Овца косорукая! — заорал на меня Коля. — Давай, ещё плитку расколоти мне!

Едва дыша, я поспешила поднять крышку и судорожно осмотрела безупречно чистый пол кухни. Вроде бы обошлось. И посуда, и плитка были целы. Собравшись с духом, я подняла глаза на мужа.

Он стоял уже совсем рядом. Лицо опухло после пьянки, глаза заплыли и смотрели на меня со злобным прищуром. Вот оно, доброе утро.

— Садись кушать, любимый! — натянуто улыбнулась я мужу. — У меня всё готово!

— Ну-ка повернись! — приказал он и взял меня рукой за подбородок, чтобы осмотреть моё лицо со всех сторон.

Насмотревшись вдоволь, Коля отпустил меня, никак не прокомментировав свои художества, и сел за стол. Я с облегчением вздохнула, пытаясь успокоить сумасшедшее сердцебиение. Коля даже уже не считает нужным извиниться? Впрочем, на что они мне, его извинения? Что толку от них?

В Коле жили как будто две личности. Первая — та, которую я любила, которая любила меня, за которую я выходила замуж непорочной. И вторая — та, что ждала, когда её покормят, ища повод для ссор и рукоприкладства, которая брала меня, игнорируя моё нежелание заниматься с ней любовью.

Даже подходить к Коле было боязно и противно, тем не менее, я налила ему рассольника, порезала хлеба и достала из морозилки начатую бутылку водки, что запасала ему на опохмел. Ел он молча и с аппетитом, выпил четыре стопки водки. Я сидела рядом, боясь открыть рот, думая только о том, что меня начало клонить в сон ещё сильнее, чем утром. Я вообще спала довольно много, постоянно чувствовала усталость и нежелание просыпаться. Поесть бы тоже, но аппетита не было совершенно, несмотря на соблазнительный запах еды, витавший в кухне.

— Я уезжаю на несколько дней, — внезапно сказал Коля.

От выпивки и еды его разморило, и он вальяжно растёкся на стуле, наевшись до отвала.

— Куда?

Мне было всё равно куда. Я спросила просто так, из вежливости, чтобы Коля не догадался, что мне наплевать.

— С мужиками на охоту. Будем пить водку и ебать шлюх! — с гордостью заявил мой муж.

Вот так, да? Моё лицо вспыхнуло, изнутри меня будто кислотой ошпарили. Нужно быть дурой, чтобы верить в верность мерзкого бандита, но всё равно стало неприятно и обидно. Зачем Коля говорит мне об этом? Чтобы унизить? Чтобы сделать ещё больнее? Мало он надо мной издевается?

У меня слёзы навернулись на глаза, но я никак не прокомментировала слова мужа. А он ждал, что я что-то скажу, с нетерпением следил за моей реакцией. Я его разочаровала, потому что просто поинтересовалась, нужно ли ему что-то собрать в дорогу.

— Обойдусь! — буркнул он, и я встала из-за стола, чтобы убрать за Колей грязную посуду. — Не думай, что я забыл о вчерашнем разговоре, Яночка! Бросай свои чугунки, и пойдём делать ребёночка!

4. Яна

Коля обнял меня со спины, и я поморщилась от тупой боли в рёбрах. Можно не жаловаться на то, что после побоев у меня всё тело болит. Разве Колю это волнует? Одни только его взгляды вызывали во мне неприязнь, что уж говорить о прикосновениях или поцелуях?

Господи, как же я любила Колю! Млела только оттого, что он мне улыбался, желала близости с ним. Мы занимались любовью ночи напролёт, не в силах оторваться друг от друга, неистово, жадно. Что с нами стало? Это вообще было или мне приснилось?

А теперь я проснулась, но кошмар продолжается. В постели мой муж вёл себя, как животное, неудивительно, что я забыла, когда в последний раз кончала с ним. Я перестала чувствовать себя женщиной. Коля просто использовал меня для удовлетворения собственных потребностей. То, что я не получаю от его члена никакого удовольствия, его только раздражало. Он обзывал меня бревном, фригидной или словами похуже.

— Я так тебя люблю, Яночка, что у меня от тебя шишак дымит! — сказал Коля, обдавая меня запахом перегара. — Давай прям здесь?

Он вжался в мою поясницу своим стояком и задрал на мне футболку, затем его рука проскользнула под резинку легинсов и трусиков, добираясь до моих складочек. Я закрыла глаза, борясь с брезгливостью и ненавистью к тому, что происходит. Между ног всё неприятно сжалось. Сейчас меня снова будут иметь, как вагину из секс — шопа? Стиснув зубы, я терпеливо стояла, не двигаясь, пока мой муж хозяйничал у меня в трусах.

От порции Колиной "любви" меня спас звонок на его телефон.

— Блядство! — раздражённо выругался он и отпустил меня. — Да, Рамзес! Доброго дня! — услышала я за своей спиной его лебезящее приветствие. Как никогда я была рада, что моему мужу звонит босс. Хоть бы Рамзес вызвал его куда-нибудь, господи! — Конечно, сейчас буду! Да, считайте, что дело сделано!

Бог услышал мои молитвы? Неужели меня сейчас оставят в покое хотя бы ненадолго? На минуту в кухне воцарилась тишина. Я не знала, что мне делать дальше, точнее, какие планы на меня у Коли, поэтому просто ждала какой-то реакции от него. Он порылся в телефоне, потом прочёл сообщение, которое ему пришло, и поднял на меня глаза.

— Так, Янчик, пойдём! У меня для тебя важное задание, — сказал Коля, сдёрнув с крючка на стене пластиковый пакет из супермаркета.

Я их вешала туда, когда разбирала доставку продуктов, а потом использовала эти мешки под мусор. Коля вышел из кухни, а я потелепалась за ним следом, радуясь тому, что у него появились дела поважнее, чем оплодотворение жены.

Мы спустились в подвал. Там мой муж хранил оружие и что-то ещё в огромном сейфе. Я боялась туда даже заходить, поэтому не знала, что в железном ящике с кодовым замком. И лучше, наверное, этого не знать. Вряд ли там что-то легальное.

Заслоняя мне обзор своей широкой спиной, Коля открыл сейф. Пока он был занят, я без интереса огляделась по сторонам. На стене висели охотничьи ружья, пара пистолетов, ножи, даже автомат имелся. Этих мужских игрушек я не то чтобы боялась, скорее недолюбливала. Коля немного научил меня стрелять, так что я имела некоторые навыки по обращению с огнестрельным оружием. Помнится, мой муж даже хвалил меня, когда я сбила из пистолета несколько пивных банок на какой-то пьянке возле озера, куда он взял меня, чтобы я развеялась. С ружьём мои отношения не сложились — слишком сильная отдача, но в принципе, из него я тоже могу выстрелить достаточно метко.

Пошуршав пакетом, Коля повернулся ко