Жена-беглянка - Кира Калинина

"Мэт + Мона!"

Имя Даймера красиво выписано на поверхности молочной пенки, обрубок моего — коряво намалёван струйкой карамельного сиропа поверх горки зефирок. Между чашками на подносе — две трубочки сахара в бумажной обёртке, крест на крест, причём в нижней трубочке фабричным способом сделана выемка для верхней.

Нет, я слышала о моде рисовать на кофе. Но и представить не могла, что это окажется так… так…

— Забавно, правда? — инспектор улыбнулся.

Не думая, я схватила верхнюю трубочку — отчего плюс превратился в отрадный глазу минус, в сердцах надорвала обёртку, собираясь высыпать сахар в кофе и размешать безобразие по имени "Мона" к лешим и водяным!

— Вообще-то это мой, — безмятежно заметил Даймер, и моя рука замерла над чашкой. — Берите, мне не жалко. Но ваш латте и так слаще патоки. Если добавить сахара, боюсь, вы пить не сможете.

Наглец отобрал у меня вскрытую трубочку, не отказав себе в удовольствии, будто ненароком, прихватить мои пальцы. Из-под его рукава снова высунулись часы, и я разглядела надпись на циферблате: "Кселор".

Глянцевые журналы любят сравнивать часы этой марки с автомобилями на чистом зле — по цене и престижу.

Хорошие же зарплаты в экономическом департаменте! Или господин инспектор берёт по-крупному и не скрывает? А говорят, это Татур погряз в коррупции…

— Какая у вас анима, Симона? — Даймер не спеша помешивал ложечкой, превращая надпись "Мэт" в абстрактное кофейно-молочное полотно. — Дайте угадаю. Нимфа? Или фея?

— Сильфида. Почти наверняка.

— Почти?

— Моя мама — сильфида, отец — обычный человек. Брат тоже сильф. Кем ещё я могу быть?

Тут, правда, имелся нюанс…

— Разве в Татуре делают тесты на аниму? — удивился инспектор.

— Нет, конечно! У нас любого, кто рискнёт, сразу отправят на добычу зла.

— Тогда откуда вы знаете, что ваш брат — сильф?

— Вижу. Вернее, чувствую, — я пожала плечами. — Это и есть мой так называемый талант.

— Вы видите анимы? Просто так?

Ну, сейчас начнётся…

— И кто, по-вашему, я? — Даймер улыбнулся, предвкушая забаву.

— Эльф и орк.

— Я похож на орка?

— Против эльфа вы не возражаете?

На самом деле его анимы, как будто взаимоисключающие, гармонично уравновешивали друг друга. По крайней мере, внешне. С одной стороны, рослая плечистая фигура, но без массивности, свойственной оркам, упрямый подбородок, некоторая жёсткость в чертах. С другой — общая привлекательность, лёгкость движений, намёк на благородную утончённость, но без эльфийской слащавости.

Мэту Даймеру на роду написано быть разбивателем женских сердец. И я не я, если он не в курсе!

— Вообще-то аниму трудно распознать по облику человека. Задним числом признаки всегда находятся. Но это если знаешь, кто перед тобой. Вот смотрите...

Через столик от нас расположилась компания мужчин праздного вида — наверняка отпускники, приехавшие порыбачить в лесных озёрах близ Бежена. Один всё время хохотал. Рыжий, с мелкими угловатыми чертами и глубоко посаженными глазками, явно потомок туземцев. У таких бывают звериные анимы. Но не в данном случае. И рыжий, и его приятели — обычные люди.

А вот двое у стены как раз могли служить наглядным пособием. Тот, что справа, постарше, крепко сбитый, с широким лицом, чем-то походил на Ругги Тачку. Его визави, долговязый парень с жидким белобрысым хвостиком, был худ и бледен.

— Кто из них, по-вашему, гном?

— Сказал бы, что крепыш, — усмехнулся Даймер. — Но поскольку ваш вопрос явно с подвохом, ставлю на доходягу.

— Правильно. Заметьте, у него простоватое лицо, крупные ладони, взгляд исподлобья и манера сидеть, широко расставив ноги. Всё это черты гнома, как они описаны ещё в "Аниматипии" Лаврентиуса. Правда, отсутствуют главные признаки — малый рост и крепкое сложение. Поэтому в голову не придёт считать его гномом, пока не разглядишь, кто он в душе.

Минут десять мы развлекались: я указывала человека, а Даймер пытался угадать его аниму. Ни разу не попал. Правда, народу в зале было немного и материал для экспериментов быстро закончился. Кофе в наших чашках — тоже.

Даже жаль стало.

Я поблагодарила за угощение и собралась уходить.

— Бросаете меня? Одного, в чужом городе? — Даймер взметнул брови в притворном ужасе. — Знаете, Симона, я в самом деле не ожидал, что освобожусь так рано. Мой воздухоход завтра в час. И до тех пор я совершенно не у дел. Посоветуйте, чем заняться в Бежене. Вы же наверняка изучили этот городок вдоль и поперёк.

Хорош городок — триста тысяч душ! У нас в Татуре это мегаполис.

— Даже не знаю…

Инспектор не сводил с меня глаз, и лёгкость, возникшая между нами во время игры в отгадки, таяла с каждой секундой.

— В театр вы не попадёте, там на три месяца аншлаг. Есть неплохой музей древней магии…

Он усмехнулся.

— Везде есть музеи древней магии. Сапоги-скороходы, которые не ходят, ковры-самолёты, которые не летают, шапки-невидимки, которые никого не делают невидимым, волшебные палочки, годные только по барабану стучать.

— Сходите в кино, — от обиды за волшебные палочки я смяла бумажную салфетку на столе. — У гостиницы "Экселенца" есть универсальный магазин, а в нём кинотеатр со стереозалом.

— Видел, — кивнул Даймер. — Но одному в кино неинтересно. Не составите мне компанию? Или можем просто погулять. Я с утра немного побродил по городу, тут недалеко есть симпатичный парк. Прошу вас, Симона, проведите этот вечер со мной. — Самая обаятельная эльфийская улыбка. — Обещаю, что не дам вам скучать.

И бессовестный наглец потянулся взять меня за руку.

Нет, голубчик!

Если я перевожу всяких Ругги, это не значит, что мне можно делать непристойные предложения. Думаешь, угостил кофе с зефирками — и всё, купил?!

Я убрала руки со стола, притворившись, что мне срочно что-то понадобилось в сумке. А сумка у меня большая, приёмистая, набитая по принципу "всё своё ношу с собой". Не обессудьте, уважаемый прилипала, — нет, неуважаемый! — у меня раскопки, и ваших поползновений я элементарно не заметила.

Так. Блокнот. Расчёска. Кошелёк...

— Простите, господин Даймер, — сказала, подняв взгляд от неисчерпаемых сумочных недр. — Я вспомнила, что у меня назначена встреча, и я как раз опаздываю.

А за кофе заплачу сама!

— Это надолго? — несносный инспектор глядел на меня глазами ребёнка, не знающего слова "нет". — Дайте мне код вашего суб-кома. Или