Самая слабая особь - Елена Сергеева

Первыми свои пайки получила парочка подружек кади Шайя и Лоия. Их как и меня, Нэю и еще нескольких хайков извлекли из ловушек Древних. Только вот Нэе повезло, ее семья смогла внести за нее выкуп. Остальных продали Хосту. Подружки молча забрали свои порции и также, не проронив ни звука, приступили к еде. Что-то в последнее время они совсем расклеились, а ведь поначалу я так завидовала их взаимной поддержке друг друга. Наверно, поэтому они столько продержались в этом гадюшнике. Но жуткая атмосфера этого места потихоньку ломала всех, вот и веселые, общительные кади, сидят и молча глядят в пол.

Дальше свою еду получили новенькие трисы. Их я еще не знаю, они прибыли пару дней назад и с подозрением косятся на всех и на меня в том числе. Однако контейнеры с едой дружно забирают все.

Лоранка Эриш привычно окатила меня презрением и ненавистью.

- Когда ты уже с-с-сдохнеш-шь, поганая трис-с-с-са лэш-ш-ш*? – прошипела и резко дернула она свой паек. Лоранка совсем не походила на змею, но разговаривала именно так, с отчетливо слышимым шипением и посвистыванием.

- Хорс-с-с, грозился поджарить тебя в прошлый раз. Когда уже он от тебя избавиться, вонючая тварь?

У Эриш был ярко выраженный стокгольмский синдром. Она восхищалась и боготворила нашего мучителя и была не против залезть к нему в постель. Вот только у Хорса была одна единственная страсть – это наука в его чудовищной интерпретации. Поэтому всю свою досаду, разочарование и злость она вымещала на мне, единственной рабыне, допущенной в святая святых – лабораторию хозяина. Знала бы она, с какой радостью я бы поменялась с ней местами!

Не показав никаких эмоций, спокойно иду дальше. Знакомые и новые лица мелькают перед глазами. Постепенно тележка пустеет. Останавливаюсь перед последней клеткой. Там новенькая. Сначала я никак не могу определить ее расу, потом поняв кто она, пораженно застываю на месте. Да, Хорс совсем умом тронулся! Этот псих – самоубийца! Но возможно это мой шанс? Сумасшедшая надежда закружила голову.

Новенькая пленница медленно поднимает голову и со страхом смотрит на меня. Раянка, теперь уже никаких сомнений, только у них такой насыщенный сапфировый цвет глаз и смуглая кожа.

4 глава

Она похожа на маленького испуганного зверька, замершего перед лицом охотника. Растерянный, непонимающий взгляд, трясущиеся руки и губы, напряженное тело.

Наверно, и я так выглядела в свой первый день пребывания на станции.

Корабль мародеров и работорговцев, обогащающийся на попаданцах и других беззащитных скитальцев, что встретятся на пути бандитов, доставил весь свой улов на заброшенную станцию в нейтральной зоне. На борту корабля, который меня высвободил из ловушки Древних, я провела девять стандартных суток, как принято говорить здесь. Единственными плюсами из этой ситуации, помимо освобождения из ловушки, стало знакомство с Нэей и установка стандартного чип-переводчика.

Корабельный врач, что проводил эту болезненную операцию недовольно морщился и в конце выругался, что таких диких трис ему еще видеть не доводилось. Мало того, что у меня абсолютно отсутствуют все медицинские маркеры, которые должны быть внедрены в тело еще на первых днях жизни, так еще и ни одного стандартного чипа для комфортной жизни в обществе у меня нет и, судя по всему, никогда не было.

На тот момент я пребывала в таком ужасе и ступоре от всего того что на меня обрушилось, что безропотно позволяла делать с собой любые манипуляции, и, наверно, со стороны действительно выглядела дикой и малоразумной особью.

Пугающий внешний вид огромных инопланетян, болезненные процедуры, непонимание того, что от меня хотят и того, что со мной будет дальше, подводило мой разум к опасной черте потери контроля и сумасшествия, как итога всей этой стрессовой ситуации. Вывести меня из этого состояния смогла непосредственная болтушка кади, Нэя. Она ненадолго стала моим якорем в неизвестном, ужасающем меня мире, помогла не сойти с ума и поставить себе новую цель в жизни. Именно тогда я поклялась, что если мне был дарован второй шанс на жизнь, я ни за что не сдамся, буду цепляться, барахтаться, но выживу и найду свою судьбу в этом новом неизведанном мире.

А еще Нэя была просто кладезем полезной информации. Болтать 25 часов в сутки, столько было в стандартных космических сутках, Нэя не уставала и искренне удивлялась, тому, что уставала ее слушать я. За короткое время нашего знакомства я узнала не только общие факты об окружающем меня мире, расах и их особенностях, политической обстановке, модных тенденциях и популярных личностях, но и все о моей новой знакомой: ее жизнь, радости, огорчения, влюбленности, друзья, семья, знакомые… Весь этот ворох новостей, фактов, сплетен и воспоминаний обрушивался на меня все свободное время от сна и приема пищи.

Нэю отправили к родным на седьмые сутки нашего полета. Я была искренне рада за нее, что хоть кто-то вырвался из рук работорговцев и вернулся к семье. Следующие двое суток я отдыхала от ее болтовни и пыталась утрясти в голове те сведения о мире, которыми она со мной поделилась. Из того что я узнала, выходила не радостная картина.

Нас продадут, меня и всех, кто попал со мной на корабль. Спастись без денег, без документов, без связей и знакомств шансов нет. Сейчас я самое бесправное и слабое существо, которое может обидеть или даже убить любой и никто меня не защитит. Я триса, а это еще хуже. Трис недолюбливают и презирают практически все расы. Я слышала разговор работорговцев, в котором они обсуждали свои дальнейшие планы. По их словам, если я не заинтересую того покупателя, к которому мы направлялись, то от меня просто избавятся, как от балласта. Быстро и без затей.

Именно поэтому в день прибытия на станцию меня трясло как в лихорадке и хотелось только одного, чтобы это все, наконец, закончилось. Просто закончилось. Неважно чем, главное избавиться от страха неизвестности и неопределенности.

Наш возможный будущий хозяин брезгливо оценивал шеренгу рабов, что выстроили перед ним торговцы. Он прошелся вдоль шеренги туда и обратно несколько раз, недовольно поджал и так узкие губы, и лениво бросил главному из торгашей:

- Отбросы… В прошлый раз улов был более достойным. Могу предложить две тысячи сохинов за всех.

- Ты смеешься, лей Икт, я не окуплю даже свои расходы!

- Хорошо, три тысячи или можешь оставить их себе, особенно, ту жалкую трису, что прячется за остальными. Эти никчемные особи не выдержат