Уголёк. Академия Драконов - Март

А потом к окружающему балагану присоединились Лея с Никии.

Я тут же прожгла их взглядом, кремируя на месте, и Лея мигом вспомнила о позабытом вдруг желании жить. Что же до Никки, с которой мы дружили с самого детства, ее мои угрозы нисколько не пугали, она вызывающе подмигнула и стала пританцовывать на месте.

И, Рахс подери, она была не одна. Под эту безголосую песню, лишенную ритма, рифмы и всего того, что присуще настоящему музыкальному произведению, раскачивалась половина присутствующих в столовой учащихся Сириуса. Даже мисс Жюльен, отвечающая за подачу еды, миловидная дама с пышными боками, с улыбкой поглядывала в нашу сторону и плавно двигала плечами.

Мой план полностью обернулся против меня. Хотела поубавить чужую славу, а по сути подкинула сухих дров, позволяя пламени взметнуть до небес.

Унылые мысли окружили хороводом, но вместе с тем, наконец, прекратилось шумовое насилие над слухом — и вот тут я допустила роковую ошибку. Посчитала, что на этом месть врага закончилась и ослабила стоящую на страже бдительность. А зря.

Поднос Криса опустился на стол слева от меня, поднос Тома — справа. На скамейку по обе стороны приземлились ребята, зажимая и лишая малейшей возможности для манёвра.

Лея с Никки, завороженно наблюдающие за тем, как слаженно ущемляют личное пространство их подруги, упустили из вида проворно пролезшего между ними Фабиана. До этого сидевшие почти плечом к плечу, они удивлённо поглядывали на парня, не понимая, как ему удалось оказаться посередине.

— Доброго утра, девушки. — как ни в чем не бывало произнёс Крис и улыбнулся в эдакой манере расположенного к беседе аристократа.

— Еще какое доброе! Я сегодня настоящий счастливчик. Сижу между двумя красавицами, — хитрым котом говорил Фабиан, поглядывая то на одну свою соседку, то на другую.

Ходили слухи, что его родители за пару дней до начала учебы водили сына к лекарю и применили к собственному отпрыску гуманную кастрацию, иначе слишком многие девушки могли бы пострадать, а по законам Диоса, взять в жены всех соблазнённых, парень не мог — даже при большом желании.

Но, видимо, ничто не способно остановить юношу… или же лекарь оказался шарлатаном.

— От Никки отодвинься, Фабо. — сурово проинструктировал его Тома, а затем хмуро повернулся на меня, — Тебя совесть не грызёт Эрьве? Ночью, надеюсь, безостановочно икалось? — Руар как и всегда оставался прямым, как несгибаемая веками палка.

Ни тебе подковёрных интриг, ни ласковых речей, ни единого удара в спину — если он бил, то исключительно в лицо, и как правило — наверняка. За это я его всегда уважала. А ещё очень ценила, что девушек он никогда не бил. Это было огромным плюсом, учитывая его грузное телосложение. Хотя чаще всего от него так и веяло добродушием.

Порой меня печалил тот факт, что с некоторых пор мы превратились в два противоборствующих фронта, и теперь я не могла общаться с Тома, как раньше. Но…

— Никки, ты могла бы меня предупредить. — студент с укором посмотрел на темноволосую девушку напротив себя.

— Не могла, дорогой. Это был не мой секрет. Ты бы сам не стал сдавать мне тайну Криса или Фабиана. — она протянула руку и дотронулась до огромной ладони.

Эти двое встречались, несмотря на наши с Шапье войны.

Никки всегда оставалась на моей стороне, а Тома поддерживал Криса, но это им никак не мешало держаться за руки, ходить на свидания и целоваться — большего подруга не рассказывала, как бы мы с Леей ее не уговаривали.

— Тома, давай спокойно насладимся трапезой. — великодушно изрёк сосед слева, и меня чуть не перекосило от недоверия.

А ещё эта улыбочка всепрощающего старого сиера — изрядно настораживала.

— Столь прекрасный завтрак — это дар небес, — продолжал Крис, будто покусанный его дядей Клодом, любившим во время трапезы восхвалять всех и вся. — И мы разделяем еду с очаровательными девами, так к чему прошлые обиды, друг мой. — он отправил в рот блинчик, с аппетитом прожевал, проглотил и посмотрел мне прямо в глаза.

— Обиды травят сердце горьким ядом, Стефани. Согласна? — а вот цитировать мою матушку было нечестным приёмом.

Раз уж вжился в образ своего дяди, так и продолжай, зачем на моих родственников посягать. Да еще и интонацию выдавать столь похожую.

Возмущение не успело соскользнуть с моих губ, как он резко наклонился и прожег ухо горячим дыханием, тихо шепнув:

— Как поживает, моя жаркая госпожа? Готова озвучить свои истинные желания?

— Чего? — дернувшись было в сторону от мерзавца, я наткнулась на железный бок Тома и мужскую руку, вроде как сдерживающую мою спину от падения.

— Не понимаю, о чем ты, Шапье. — прошипела, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

— Правда? Что ж, я подожду. — ящер нагло улыбнулся. — Главное, я вчера кое-что ясно осознал, Уголек.

— Не смей меня так называть!

— Крис, говорите громче. — нетерпеливо подался вперед Фабиан. — Ты же знаешь, я люблю узнавать все из первых уст. А вы шепчетесь слишком тихо, ничего не разобрать.

— Да, ничего не слышно. — невинно присоединилась Лея. Кивнула в подтверждение, и лишь после осознала сказанное и густо покраснела.

— Это слишком личное, — улыбнулся Крис, — Только между нами. Правда, Стеф?

— У нас нет ничего личного. — чопорно ответила я.

— То есть я смело могу рассказать друзьям, о твоем жгучем желании меня раздеть? — снова придвинувшись неприлично близко, шепнул наглый дракон.

— Спятил? — я ошарашенно открыла рот, уставившись на свихнувшегося Шапье.

Взгляд врага метнулся к моим губам, задержался там, вызывая странную нервозность в теле, а затем я ощутила, как он вложил мне в рот земляничку, и вздрогнула. Но Крис, непрерывно наблюдающий за мной, удержал одной рукой и гипнотизирующе повелел:

— Проглоти ягодку, милая. — и вместо того, чтобы выплюнуть ее ему в лоб, я неожиданно послушно выполнила команду.

— Умница моя, — улыбнулся гад, а на дне его угольно-серых глаз заплясали демоны.

— Я не твоя! — зашипела гневно, но студент только ухмыльнулся, пожал плечами и вернулся к своим блинчикам.

Спешно отвернулась, заглядывая в чашку с кофе, на случай, если в ней осталась жидкость, которую можно выплеснуть некоторым в лицо — но ничего не осталось.

Жаль, конечно.

Жаль.

Кожей чувствовала, что на нас слишком многие смотрят, и это внимание нервировало все сильней.

А ему хоть бы что!

Я не могла это так оставить.

Ну уж нет.

Гневно вздернула подбородок и выпалила первое, что пришло в голову:

— Будь так любезен, отодвинься от меня, Шапье! От