Нет, мой князь! - Александра Питкевич

Опять же, кто из медиков допустил благородную женщину в столь грязное дело? И как это разрешили родители?

Одни вопросы.

Меня, легкой щекоткой, будоражило любопытство. Пока не очень сильное, но настойчивое. Смелая и решительная, эта круглощекая и живая девица мне приглянулась. Стоило узнать о ней побольше. И отдохнуть, раз уж так удачно все вышло.

Вытянув поудобнее ноги, прижав пульсирующую рану ладонью поверх повязки, чтобы быстрее заживала, я расслабил тело. Сегодня можно было выспаться._____________________________Мои хорошие, если вам по вкусу история, пожалуйста, не забывайте ставить лайк (сердечко). Вам не трудно, а автору приятно. И подписывайтесь на мой профиль, чтобы не пропустить новинки, скидки, новости и блоги с визуалами от автора!)

Глава 3

— Папенька? — убедившись, что платье чистое и рукава не в крови, я вежливо постучала в дверь родительских покоев.

— Заходи, моя ласточка.

Мужчина, немного грузный, но еще крепкий, сидел в кресле, откинувшись и тихо охая.

— Поздно ты сегодня, звездочка моя.

— Забылась, — легкомысленно отозвалась, рассматривая красноватое лицо родителя и вслушиваясь в дыхание.

— Ну что стоишь? Ругаться пришла?

— Я? Да ты что, папенька? Как я посмею? — пробормотала в ответ, прикусывая язык.

— Да говори уж. Только масло свое волшебное принеси.

— Ну, нет. Ничего не буду тебе говорить. Но с кухни будут приносить только то, что я разрешу. Иначе масла на дам, — Произнесла, и замерла, ожидая.

Я знала, что сейчас нижняя челюсть упрямо и некрасиво выдвинута вперед. И что с родителями так не говорят. Но ничего поделать не могла. Чем свободнее и питался отец, тем хуже бывало его самочувствие. Стоило с неделю попоститься — так и отдышка пропадала, и сон становился крепким и глубоким. Вот только барон наш очень уж уважал жирное мясо с пивом.

Отец попыхтел, попыхтел, но видно сегодня нутро совсем его с ума сводило, так что барон медленно кивнул.

— Пусть готовят, что прикажешь. Только без травы этой твоей, вонючей… — отец повел рукой, пытаясь вспомнить название.

— Поняла. Но укроп прикажу в каждый суп класть. Он для живота твоего — самая польза.

— Как скажешь, птица моя. Только масло свое волшебное принеси. И матери обещай ничего не писать, — уже в спину, встрепенувшись, попросил барон.

Я же едва не стукнула себя по лбу. С этого нужно было бы и начинать! Матушка бы не приехала. Поздние роды дались ей не просто и теперь она медленно приходила в себя под присмотром тети. Но пригрозить-то отцу вполне можно было.

— Не важно. Все равно уже согласился, — выискивая в шкатулке среди флаконов нужный, бормотала себе под нос. Прихватив мятное масло и серебряную большую ложку, я вернулась к родителю.

Было видно, что отцу и правда нехорошо.

— Крутить живот будет, — напомнила, наливая полную ложку.

— Да знаю я. Не в первый раз, — родитель отмахнулся, и проглотил содержимое за один раз.

— Все, ложись на бок. Скоро полегчает. Оставляю тебя на Йогана, — я кивнула отцовскому слуге. — Если будет хуже — буди сразу.

— Понял, молодая госпожа.

— Оставайся при отце. В кухню можешь не спускаться, — велела пожилому мужчине, что служил барону почти всю жизнь.

— Зачем в кухню? — Отец, морщась, вставал из-за стола.

— Пойду домашних учить. Если до этого меня не понимали, так может со сна, по ночам, у них слух получше будет, — я недовольно поджала губы, готовясь к разговору. Если я их на место не поставлю, они мне так отца до могилы доведут.

* * *

Глаза удалось открыть только к обеду. Полуденное солнце светило в окно, колокол на ратуше трезвонил, а я едва сумела оторвать голову от подушки. Так бы еще и пролежала часа три, если бы не громкий, раздражающий звук.

Сев, тихо застонав от ноющей боли в теле, протерла глаза. Мысли никак не хотели собираться, а дел до вечера нужно было переделать еще столько…

— Доченька, ты с ночи все правила забыла? — отец, румяный, веселый и здоровый, сидел за большим столом, перебирая бумаги. Ни следа вчерашнего недомогания.

С тоской оглядев свой домашний халат, по-модному обзываемый в столице «пеньюар», я только тряхнула головой.

— Ты гостей ждешь?

— Нет, птица моя. Но мама была бы недовольна, — отца мало волновало, на самом деле, вышла я так к завтраку или к обеду, но не подколоть меня за вчерашнее поведение он просто не мог.

— Ну, тогда я могу хоть в ночнушке за столом сидеть. И вообще, мы дикие северные варвары: как хотим, так и обедаем, — отец громко расхохотался, довольный моей шуткой. В столице и правда для многих наши нравы казались слишком свободными и грубыми, но самая прелесть была в том, что от нас не требовали оправданий. Происхождение работало лучше любых слов. Северяне, что с них взять.

— Какие планы на сегодня? — отец перепроверял счета за управляющим, но пока все цифры сходились, ему это не мешало разговаривать.

Передо мной поставили ароматный кофейник и блюдо с творогом.

— На рынок сбегаем, пока не закрылся. Все на свете проспала. Потом к Дарии. Я обещала к ней на часок заглянуть, послушать новую сплетню. А после «туда пойду», — шипя от удовольствия и прихлебывая горячий отвар, поделилась планами.

— Только как вчера, не задерживайся. Поздно очень вернулась.

— Как скажешь. Это правда случайно вышло.

— Ага. Я так и понял, когда ты в первый раз стражника отослала. Все само собой получилось, — фыркнул родитель.

— Па-а-ап, — просительно протянула я, состроив бровки домиком. Только отец даже взгляд в мою сторону не перевел. Не первый день друг друга знаем.

— Я все сказал. Будь любезна соблюдать договор. Домой — к указанному часу.

— Хорошо, — спорить, если родитель что решил, было бесполезно. Это я по себе точно знала. — А ты сегодня чем занят?

— Герцог собирает баронов. Не знаю, что хотят, но уже второй раз за месяц. Сперва сюда вызвали, теперь вот, разговоры говорим без конца.

— Так с налогами и военными повинностями еще в тот раз все решили, — я нахмурилась. Встреча с сюзереном всегда сулила лишние проблемы. Даже если сюзерен умен и справедлив.

— Не бери в голову, — отмахнулся отец. — У нас каждый человек и каждая монетка на месте. Может, речь опять о короле новом пойдет. Поторопись, не то на рынок опоздаешь.

Признавая отцовскую правоту, я быстрее покончила с завтраком, и позвала служанку. Нужно было расчесать волосы, а у