Единственный ответ - Меган Вернон

Я усмехнулась.

— Я не сижу на них весь день. — Это была полнейшая ложь. Моя поисковая система была переполнена ими. Я не думала, что буду относиться к тем типам девушек, которые сходят с ума по свадьбам, но было что-то в планировании свадьбы, что сводило меня с ума. Особенно с тех пор, как моя лучшая подруга Мелани собралась замуж за брата Трея по братству Джона через месяц, а я планировала холостяцкую вечеринку на эти выходные, потому что ее сестра была уже на приличном месяце беременности, чтобы даже думать о выпивке и танцах.

Он поцеловал меня в лоб, прежде чем схватить свой портфель и термос со стойки.

— Ты можешь говорить что угодно, но я первый признаюсь, что очень взволнован тем, что мы поженимся. — Он сжал мою руку. — И я обещаю разобраться во всех деталях, хорошо?

— Обещаешь? — спросила я.

— Обещаю. — Он поцеловал меня опять. — Увидимся сегодня вечером, хорошо? Мне нужно попасть в офис, и тебе, наверно, нужно идти на работу. Ты же не хочешь опоздать в первый день?

Я выдохнула воздух через нос.

— Да. Я знаю. Увидимся вечером.

— Пока, Моника. — Он снова поцеловал меня и вышел за дверь, оставляя меня опять одну в нашей дорогой кухне, где я провожу слишком много времени.

Возмущение было слишком сильным словом для того, чтобы описать чувство, которое я испытывала, живя в очень хорошей квартире в центре Чикаго. Ненависть — тоже было неправильным словом. Может быть, безразличие? Это не по мне. Родители Трея купили квартиру ему и неохотно разрешили здесь жить мне, даже несмотря на то, что живущая с их золотым сыном либеральная девушка портила весь образ. Мои родители были против этого, пока он не надел кольцо на мой палец, тогда они согласились.

Я прошла через гостиную и посмотрела через французские двери на улицу. В квартире было все, что должно быть, а я чувствовала себя чужой в своем доме. Я привезла в него свои личные вещи в виде фотографий нас с Треем в рамке, разместила в гостевой спальне свое одеяло и различные вещи из спальни, но это было не то же самое. Я надеялась, что начну чувствовать себя как дома. Но не могла больше на этом зацикливаться. После того как месяц я была безработной, я, наконец, работаю и опоздаю, если не подниму свою задницу.

Кофейня, в которую меня наняли, находилась в одном из модных отелей на Великолепной Миле. Это было в нескольких кварталах от квартиры, и я едва успела преодолеть их за пять минут до того назначенного времени. В вестибюле все было мраморным, присутствовала большая лестница, на втором этаже был старый джентльмен, играющий на пианино. Слишком помпезно для меня. Я привыкла подавать кофе страдающим от похмелья студентам колледжа.

Я пробиралась через вестибюль и была готова подойти к кофейне, когда волна тошноты ударила меня. Черт, я не могла заболеть. Что-то было в запахе земли и молока, который исходил от клиентов и переворачивал мой живот. Я остановилась и сделала шаг назад, прикрыв мой рот.

Нет. Нет. Нет. Не надо блевать, Моника. Не надо.

Я глубоко вдохнула через рот. Может, я просто была голодна. Я пропустила завтрак, потому что была занята подготовкой. Да. Это, должно быть, из-за этого. Я постараюсь проглотить маффин или еще что-нибудь в перерыв, и все будет хорошо.

Я выдохнула, пожала плечами и направилась к стойке, где парень моего возраста с набитым рукавом-татуировкой, туннелями в ушах и колючими волосами смотрел под прилавок. При близком рассмотрении казалось, что он пытался спрятать свой телефон.

— Эм, — сказала я, прочистив горло.

Он ахнул и быстро засунул свой телефон в карман, гладя на меня ярко-голубыми глазами, возможно, он носил линзы, настолько они были голубыми.

— Извините, чем могу помочь?

— Я новый сотрудник. Моника Реми. Я здесь, чтобы начать, — сказала я.

Он сделал глубокий вдох, потряс головой и улыбнулся.

— Боже, ты меня напугала. Я Нейт. Извини за это. Я… м-м-м…

— Проверял свой фэйсбук? — Я приподняла бровь. Ту, которая раньше была проколота и до сих пор не зажила. Часть меня хотела вернуть кольцо обратно, но не думаю, что губернатор Чапмен это оценит.

— Вообще-то это был инстаграм, но достаточно близко. — Улыбка на его лице увеличилась.

— А, инстафанатик. Думаю, что смогу с этим справиться, — ухмыльнулась я.

— Отлично, ты кажешься милой. Я могу начать обучать тебя. — Он указал мне на то, как пройти за стойку.

Я последовала по указанному направлению и, обойдя стойку с мороженым, встала рядом с ним. Он был определенно выше меня, даже несмотря на то, что я была в паре конверсов. Он протянул мне зелёный фартук, похожий на тот, который был надет поверх его черной футболки и военных брюк, в которых выглядел как панк вместо того, чтобы произвести опрятное впечатление.

— Когда-нибудь готовила эспрессо? — спросил он.

Я кивнула.

— Да, я работала в кофейне, пока училась в колледже.

— Ах, тогда это для тебя раз плюнуть будет. — Он засмеялся и вытащил большой пакет кофейных зерен.

Я глубоко вдохнула, когда он открыл пакет и запах дошел до моего носа. Желчь поднялась к горлу, и я проглотила ее.

— Да, точно. — Я выдавила из себя слабую улыбку и кивок.

Он поднял бровь.

— Уверена? Ты внезапно побелела. Так нервничаешь по поводу работы в кофейне?

Я с трудом сглотнула, пытаясь успокоиться, но мой живот все еще делал сальто.

— Я в порядке. Просто немного тошнит. Поем что-нибудь в перерыв и буду в порядке.

— Хорошо, как скажешь. Только не болей на работе, хорошо? Боссам это не понравится, а у высокомерных покупателей, возможно, будем припадок.

Я показала ему большие пальцы.

— Будет сделано. Если меня будет тошнить, я найду уборную… вероятно, я вскоре найду ее.

Он прикусил губу.

— Да. Прежде чем мы начнем, ты должна сделать передышку. — Он показал направо. — Пройди мимо магазина подарков и почтового центра, уборная будет справа от тебя.

Я кивнула.

— Хорошо. Спасибо. Мне жаль. Правда. Но я вернусь и буду готова работать.

— Окей, чувиха, не переживай. Я здесь не для того, чтобы судить тебя. Просто поторопись.

Я старалась не оглядываться назад, когда смущенно наклонила голову и помчалась через прилавок, пробираясь к туалету. Нужно было взять себя в руки. Мне больше нельзя оставаться безработной, не потому что Трей заставлял меня платить арендную плату, я даже настаивала на этом, но я не могла зависеть от него во всем. Я всегда была отчаянно независимой, даже когда