Виртуальный роман - Алёна Токарева

— Наташа, спасибо, что проводили Серёженьку… — запоздало поблагодарила Галина Венедиктовна. — Вы вместе учитесь?

— Да, — кивнула я, решив не вдаваться в подробности.

— Вот и хорошо, — обрадовалась она. — Вы присмотрите там за ним, когда он после болезни выйдет на учёбу…

«Да я только этим и занимаюсь!» — чуть было не вырвалось у меня.

— Конечно, присмотрю, — вслух произнесла я.

— А теперь идите домой, — деловито заявила мама моего приятеля. — Серёженьке нужен покой.

Нормально, да? Это сейчас я рассмеялась бы ей в лицо, а тогда восприняла как должное. Меня выпроводили — я и пошла.

Дальше всё выглядело весьма забавно. Я стала захаживать к Серёге домой, и Галина Венедиктовна обращалась со мной, словно мне было лет на десять-двадцать больше, чем её любимому сынку, хотя мы и являлись ровесниками. Серёженька — маленький беспомощный мальчик, его следует опекать и всячески оберегать от неприятностей. А я — ну что я? До меня никому не было дело. И я представляла для Галины интерес лишь в качестве опекунши её милого малыша. Это мне сейчас ясно как божий день, а тогда всё принималось за чистую монету. Раз надо, значит надо. Серёга вон какой ранимый, а я — стойкий оловянный солдатик!

Глава 3

Как-то незаметно мы с Серёгой дотанцевали до ЗАГСа. Это само собой получилось. Ну, общались мы. Так сказать, дружили. Хотя теперь понимаю, что дружбой наши отношения можно было назвать с большой натяжкой. Всё-таки друзья ведут себя на равных, а у нас роли чётко распределились с самого начала: я взрослая и опекаю тонкую впечатлительную натуру, которая ни к чему земному не приспособлена, а наш «малыш» капризничает, постоянно требует к себе внимания и частенько впадает в меланхолию.

Просто однажды, когда я была в гостях у Серёги, Галина Венедиктовна, улучив момент, деловито спросила меня:

— Наташа, ты не могла бы у нас пожить какое-то время? Мне придётся съездить в командировку, а за Серёженькой нужен пригляд…

Я озадаченно на неё уставилась. Пригляд-то, конечно, нужен, кто бы спорил. Но как я вдруг начну тут жить? С какого такого перепуга? И, вообще, в качестве кого? Ну, сейчас, конечно, не девятнадцатый век — понятие «девичья честь» отсутствует в принципе, так что меня никто не осудит, ведь мы с Серёгой ходим вместе как шерочка с машерочкой. Но всё-таки странно…

— Да, но… мне мама не разрешит, — предприняла я слабую попытку возразить.

— Хочешь, я сама с ней поговорю? — с энтузиазмом откликнулась Галина Венедиктовна. — Как маму зовут?

Я лишь пожала плечами. А вскоре уже слышала, как Галина с жаром убеждала мою маман.

— Ольга Андреевна? Здравствуйте. Это говорит мама Серёжи Войтовского, — уверенно звучал её зычный голос. — Да, да… Очень приятно. Наши дети так дружат! Просто не разлей вода! Вы не возражаете, если Наташенька поживёт у нас несколько дней? А то мне надо уехать в командировку, а Серёжа один не привык…

По той паузе, что образовалась, я поняла — моя мамуля в некотором ступоре.

— Да ну что вы! — как ни в чём не бывало продолжала рокотать Галина Венедиктовна. Видимо, мамуля стала справедливо возражать. — Наташенька ведь уже почти член семьи! Дело лишь за формальностями. А с ними, думаю, надо поскорее покончить. Пусть дети живут и радуются!

От таких перспектив, вернее, от того, что за меня уже всё решили, я немного опешила. Ведь Серёга мне не говорил ни слова любви, да и предложения даже не думал делать. Как же так?

— Наташа, твоя мама согласна, — безапелляционно заявила Галина через несколько минут. — Так что можешь переезжать к нам с вещами.

Вот это поворот! Ну, раз надо, так надо. Как там раньше говорили? «Партия сказала — надо! Комсомол ответил — есть!» Это я такой плакат где-то видела. Старый, ещё из советских времён. И удивилась, насколько тогда люди были управляемы. А теперь вот и сама без звука согласилась — а как же, ведь речь идёт о Серёженькином комфорте! Это же святое.

— Наташка, ты что, замуж за Серёгу выходишь? — был первый вопрос мамы, когда я переступила порог дома.

— С чего ты взяла? — удивилась я. — Не собираюсь я замуж… Рано ещё!

— А зачем тогда переезжаешь? — вполне логично поинтересовалась она. — Не жена, а собираешься жить с парнем! Плохо это, неправильно. Вот выйди замуж, тогда и живи!

— Ой, мамуль, какие у тебя устаревшие понятия… — пожала плечами я. — Да и, вообще, я не собираюсь с ним жить. Ну, в том смысле, о котором ты подумала. Просто Серёга неприспособленный и один пропадёт.

— Что значит — пропадёт? — изумилась мама. — Он вроде не инвалид, слава богу. И руки-ноги у него имеются. А ты прямо в няньку превратилась! Носишься с ним, словно с дитём малолетним! На кой он тебе сдался? Ой, как мне всё это не нравится…

— Мамуль, да я просто побуду там несколько дней, пока Галина Венедиктовна не вернётся из командировки, — убеждённо проговорила я.

Наивная! Совсем не чуяла, что петля-то затягивается всё туже.

— Я — против! — решительно заявила мама. — Ты, конечно, человек взрослый и уже совершеннолетний, но, думаю, пора покончить со всей этой мутной историей. Имею в виду, с твоей опекой, да и с Серёжей этим. Не пара он тебе! И в мужья не годится!

— Мама, алло! — громко повторила я. — ЗАМУЖ ЗА НЕГО НЕ СОБИРАЮСЬ! Просто немного помогу.

— Я и твоей Галине Венедиктовне сказала, что не дело это — переезжать девушке к парню… — продолжала настаивать мама.

— А мне она сказала, что ты согласна… — удивлённо пожала плечами я.

— Видимо, она неправильно меня поняла, — предположила мама.

— Поняла так, как хотела, — резонно заметила я. — Приняла желаемое за действительное.

— В общем, никаких сомнительных переездов, Наташка, — решительно заявила мама.

— Но мы ведь уже договорились… — не соглашалась я. — Меня ждут. Неудобно как-то…

Спорили-спорили, но я всё-таки сделала по-своему. Не знаю почему. Ну не могла отпихнуть от себя человека, которого уже приручила! Вот поддержу его в последний раз, а там поглядим. Надо будет ещё с кем-нибудь познакомиться. Серёга увидит, что у меня другой парень, и оставит в покое. Такой вот созрел план. Но ему не суждено было сбыться.

Когда двое молодых людей противоположного пола остаются вдвоём под одной крышей, то