Любовь или выгода - Алиса Коршунова

Радуешься, предвкушая, что теперь-то откроются какие-то знания и тонкости мастерства, позволяющие вырасти профессионально…

Угу, как бы не так.

На индивидуальном занятии тебя лапают за грудь, задирают юбку и лезут в трусы. Ты в шоке от происходящего, поверить не можешь, что это реально происходит. Здесь. Сейчас. С тобой.

И поначалу не можешь даже хоть как-то среагировать, потому что в голове случается тотальный разрыв шаблона, ты непроизвольно застываешь соляным столбом.

Приходишь в себя. Вырываешься и пытаешься обозначить, что так нельзя, подобное недопустимо. Перед тобой извиняются. А ты и признаться в случившемся никому не можешь, потому что боишься осуждения, насмешек, обвинений.

Да и до “того самого” ж не дошло, уважаемый человек остановился и извинился. Наверное, это я что-то неправильно поняла…

Наступает следующий день. И ты опять слушаешь гневные тирады, посвященные тому, какая ты бесталанная тупица, бездарная неудачница. Не можешь понять, почему тогда этот человек лез к тебе с сексуальным подтекстом еще вчера, а уже сегодня так о тебе выражается…

Не понимаешь, но и конфликт лишний раз создавать не хочешь, ведь все же вроде вернулось на круги своя.

* * *

Такой “сумасшедший дом” продолжается вплоть до самого выпуска.

Сегодняшняя я развернулась бы и покинула такую “чудесную” атмосферу, ведь психологический комфорт, личные границы и здоровье важнее. Возможно, перевелась бы в другое учебное заведение, ведь не все преподаватели поголовно “такие”, по-настоящему нормальных наверняка больше.

Вот только в то время я, наоборот, так сильно горела желанием оправдать папины надежды, попасть в мир театра и кино, что попросту “хавала все это дерьмо”, скатываясь с таким режимом и отношением в дичайшую депрессуху, не предпринимая больше каких-либо попыток исправить неблагополучное положение.

* * *

После окончания института я столкнулась с неуверенностью в себе. Но это еще цветочки, ведь у меня появился страх сцены.

Педагоги внушали, что все, что я делаю, плохо, возмутительно, кошмарно. И я в это уверовала где-то на подсознательном уровне, наверное…

Но есть и хорошие новости — я начала служить в театре. Звучит очень чинно, гордо. А на деле? Минусов гораздо больше, чем плюсов…

Играю вторые роли, получая крошечную зарплату. Бегаю по кастингам, но на реально достойные и перспективные роли меня не берут. Бьюсь как рыба об лед в надеждах на приближение своего “звездного” часа…

Но моя реальность такова, что я опять играю что-то типа “кушать подано” в маленьком театре.

* * *

“Детские” мечты разбиты. Ни за что бы не поверила, что в моей профессии так много блата и кумовства, если бы сама с этим не сталкивалась регулярно.

И я же помню, как я играла главные роли раньше. Помню, с каким успехом мои перевоплощения заходили зрителям. И мне сейчас хочется сыграть что-то стоящее, чтобы проявить себя, раскрыться. Но значимые роли в театре достаются другим, в кино попадаешь только в качестве массовки. Как же это все несправедливо!..

Хотя то, что несправедливо для меня, наверняка “справедливо” для человека, получающего желаемое.

Если бы меня продвигала какая-нибудь влиятельная шишка, то вряд ли я б отказывалась. Соглашалась бы со всем, как миленькая, и считала бы, что получаю все заслуженно. Поэтому стараюсь сама себе давать мысленные оплеухи, чтобы никого не осуждать.

В конце концов, каждый живет так, как хочет и может, в меру своих возможностей. Глупо сотрясать воздух, от этого все равно ничего не изменится.

* * *

Денег очень сильно не хватало.

Хорошо хоть, удалось трудоустроиться через знакомую официанткой в ресторан. Да, приходится подрабатывать, жить ведь на что-то надо.

Бывает, за один месяц работы в ресторане чаевыми получаешь больше, чем в театре за полгода. Печально, но факт.

Стараюсь не возникать и не отчаиваться, но с каждым днем все больше убеждаюсь, что не вписываюсь ни в какой канон.

Я не бросила профессию, потому что по сей день дичайше боюсь критики и гнева со стороны отца. Пробовала несколько раз завести с ним разговор о своей бесперспективности в выбранной стезе, о сложностях, которые возникают и морально “убивают”, о стрессах и бешенном ритме, о желании остановиться, бросить травмирующую “мечту” и начать реализовывать себя в каком-нибудь другом направлении…

Итог? Я столкнулась с полным неприятием моей точки зрения. Папа пристыдил меня и сказал, что если б моя мамочка была жива, то она бы со стыда сгорела, услышав от меня такие слова.

Пришлось крепче стиснуть зубы, чтобы морально собраться и продолжить жить по проторенному сценарию… Вот только есть одна глобальная проблема — я больше “так” не могу.

Как долго мне еще придется тянуть на себе всю эту колесницу?..

* * *

Был холодный зимний вечер.

Мне звонил папа, а я медлила с принятием звонка.

Вчера мы с ним не очень хорошо побеседовали. Я настаивала на том, что хочу уйти из театра хотя бы на год. Мне хотелось сделать “перерыв”, чтобы переосмыслить себя, свою жизнь и желания, составить планы на будущее, а главное — “выдохнуть” и объективно ответить на волнующие меня вопросы…

Действительно ли я хочу двигаться по намеченному ранее пути?.. Это мое собственное решение? Или то, что навязали извне?.. Какую жизнь я хочу построить?.. В чем мое предназначение?.. Приносит ли мне моя профессия счастье и удовлетворение?.. Почему ради “средних” результатов мне постоянно приходится прыгать выше головы? Это мои промахи и бесталанность? Или непредвзятая оценка более сведущих в актерском деле профессионалов?..

У меня реально накопилась огромная куча вопросов, которые с годами росли в геометрической прогрессии. И для того, чтобы дать беспристрастные и объективные ответы, мне хотелось абстрагироваться от привычной деятельности, передохнуть.

Я пыталась аккуратно подвести отца к тому, чтобы он принял мою сторону. Также мягко сообщила ему, что не собираюсь уезжать за тридевять земель. Нет, в моих планах было оставить подработку, потому что мне нужно было на что-то жить. А в ресторане работа была ненапряжной, ко мне хорошо относились, труд достойно оплачивался, я почти не стрессовала.

Так вот, раздавался уже второй входящий от папы. А я трусила ответить, потому что вчера он крайне агрессивно отреагировал на мою “блажь”. И если раньше я, испытывая внутренние противоречия, соглашалась с его планами на мою жизнь, то в этот раз, кажется, впервые проявила характер и тотально ушла в отказ. Я дошла до той точки кипения, когда хочется прислушаться к своему внутреннему голосу, чтобы обрести себя и стать счастливой. Папе это не нравилось. Он