Жертвуя счастьем - Беверли Кендалл

— Надеюсь, это известие тебя не сильно расстроило? — наморщив носик, спросила она. — Ты знаешь, я не люблю громких фраз, но графиня поистине отравляла мне жизнь. Если бы ты осталась дома, это и тебя коснулось бы. По ее вине я не вышла замуж. Несмотря на угрозы Джеймса урезать сумму на ее содержание, она первому встречному рассказывала о том, что мы незаконнорожденные дети и не достойны добропорядочных женихов.

Шарлотта долго молчала, пытаясь переварить обрушившуюся на нее новость. Теперь, когда вдовствующей графини не стало, она могла вздохнуть свободно и больше не бояться ее угроз.

— А когда она умерла?

— В начале прошлого года. Я известила бы тебя об этом, если бы ты так часто не меняла обратный адрес, — с упреком в голосе промолвила Кейти. — Мне кажется, ты избегала дважды использовать один и тот же.

Шарлотта густо покраснела. Ее письма отправлял Лукас, когда ездил по делам в Англию. Это был единственный способ скрыть свое местонахождение. Но теперь Шарлотта сожалела о том, что не сообщила сестре свой настоящий адрес. Тогда бы она еще год назад узнала о смерти вдовствующей графини.

— Джеймсу и Кристоферу, наверное, пришлось несладко, — промолвила Шарлотта.

Сестра искоса посмотрела на нее.

— Я уже испугалась, что ты начнешь сейчас произносить пустые банальности и притворно сожалеть о том, что графиня умерла, — проворчала Кейти. — Она была настоящим чудовищем, и мне ее ничуточки не жаль.

Нет, Шарлотта и не думала притворяться. Вдовствующая графиня причинила много боли и страданий не только ей, но и другим Радерфордам.

— Да, ты совсем не изменилась! — снова заметила Шарлотта.

Ее сестра говорила все в лоб, не заботясь о соблюдении правил приличия.

Кейти озорно усмехнулась:

— А зачем мне меняться? Нас всегда различали по характеру. Если я стану приветливой и благожелательной, то нас начнут путать.

— А нам этого не надо, — промолвила Шарлотта, почувствовав вдруг необыкновенное облегчение. У нее будто гора с плеч упала. Но ей тут же стало стыдно из-за того, что она радовалась смерти матери братьев, которых она беззаветно любила. — Хотя когда мы переехали жить к Джеймсу, нас поначалу путали.

Брат и его жена научились различать Шарлотту и Кейти по родинке на затылке. Вспомнив, как Мисси заставляла ее наклонять голову и приподнимать волосы, чтобы узнать, с кем она имеет дело, Шарлотта невольно улыбнулась и испытала тоску по прошлому.

— Да, единственным человеком, который никогда нас не путал, был Алекс, — сказала Кейти и тут же, осекшись, с тревогой взглянула на сестру. — О… прости, я не хотела упоминать это имя…

На глаза Шарлотты навернулись слезы, а сердце болезненно сжалось. Она крепко обняла Кейти и прошептала:

— Все в порядке. Не бойся, я не упаду в обморок при упоминании этого имени. Алекс — это часть нашей жизни, не надо ради моего спокойствия избегать разговоров о нем.

Эти слова дались Шарлотте непросто. К горлу подкатил комок.

Чуть заметно кивнув, Кейти похлопала сестру по спине и высвободилась из ее объятий.

— Ты, должно быть, голодна. Снимай плащ, я распоряжусь, чтобы повар приготовил тебе что-нибудь поесть. А потом я расскажу, что произошло у нас за последние пять лет. Ты тоже расскажешь мне о том, что не вошло в письма, которые мы получали от тебя. Ты, наверное, приехала сюда с вокзала в наемном экипаже?

Не давая Шарлотте возможности ответить на этот вопрос, Кейти повернулась к Ривзу, который стоял на почтительном расстоянии от них.

— Ривз, распорядитесь, пожалуйста, чтобы лакеи внесли в дом багаж моей сестры!

— Нет! — вырвалось у Шарлотты.

В ее голосе отчетливо звучал испуг. Ривз и Кейти взглянули на нее с удивлением.

— Не сейчас, — спохватившись, добавила Шарлотта. — Сначала мне нужно кое-что сказать тебе, Кейти…

Краем глаза она уловила какое-то движение в конце холла и замолчала. Там появился человек. Шарлотта устремила на него взор, и у нее перехватило дыхание.

Алекс!

Он, очевидно, вышел из кабинета и остановился в сорока футах от Шарлотты. Ей вдруг стало нечем дышать.

Через секунду Алекс как ни в чем не бывало двинулся дальше по направлению к дамам. Шарлотта замерла.

Она чувствовала себя кроликом, загипнотизированным готовящейся к нападению гремучей змеей. Время замедлило свой ход. Шарлотте казалось, что Алекс шел через холл целую вечность.

Она впилась в Алекса взглядом, как будто хотела запомнить его во всех подробностях, вместить в себя его образ из крови и плоти, по которому тосковала долгими одинокими ночами, лежа без сна в постели.

Шаги Алекса гулко отдавались под сводами роскошного холла. Шарлотта была не в силах пошевелиться. Она превратилась в каменное изваяние, и только сильно бьющееся, готовое выскочить из груди сердце свидетельствовало о том, что она была все еще жива. Странно, что никто, кроме нее, не слышал, как громко оно стучит.

Когда Алекс подошел ближе, она заметила произошедшие с ним перемены. На первый взгляд это был все тот же человек, которого она некогда знала и любила. Иссиня-черные волосы, доходившие до воротника коричного сюртука, милая ямочка на подбородке… Алекс всегда был красив. Но в его облике сейчас не ощущалось прежнего шарма. Раньше его ленивая обворожительная улыбка, обещавшая, казалось, бурную неистовую страсть, заставляла женские сердца биться сильнее. Слух о помолвке Шарлотты и Алекса в мгновение ока разнесся по всей территории от Корнуолла до Нортумберленда и поверг в уныние многих женщин.

Но теперь, судя по всему, Алекс улыбался редко. Об этом свидетельствовали морщинки, собравшиеся вокруг его плотно сжатых губ. Взгляд Алекса был ледяным, и это неприятно поразило Шарлотту. Впрочем, он, как и прежде, хорошо владел своим стройным, мускулистым телом.

Даже если в глубине души Шарлотты и теплилась надежда, что Алекс все еще испытывает к ней теплые чувства, то она вмиг стушевалась под его холодным жестким взглядом. Тем не менее, Шарлотта не потеряла присутствия духа, глядя, как приближается к ней Алекс.

Они не виделись с того рокового дня, на который была назначена церемония их бракосочетания.

С каждым его шагом ее тревога нарастала. Сердце Шарлотты устремлялось к Алексу, но наталкивалось на препятствие, которое воздвигла между ними разлука длиной в пять лет. Алекс остановился на расстоянии вытянутой руки от Шарлотты. Его серебристые холодные глаза продолжали гипнотизировать ее.

— Я вижу, у вас гости, — промолвил он.

Шарлотта чуть не зарыдала при звуке этого до боли знакомого хрипловатого баритона. Она не сразу сообразила, что слова Алекса обращены к Кейти, а не к ней. Под «гостями» он подразумевал ее.

— Алекс, я не знала, что вы здесь, — сказала Кейти с несвойственным ей смущением в голосе.