Нерушимые связи - Александра Скиф

В ту же секунду Энджи преклонил передо мной колено, и опустил голову.

— Как прикажешь, Повелительница, — произнес он. После чего полудемон поднялся, взял меня за руку и переместил нас во дворец отца. Мы оказались в бальном зале.

— Получилось, — произнесла я, оглядываясь по сторонам. — Что ты испытал, когда я приказала тебе? Почему назвал меня Повелительницей?

Он тяжело вздохнул, стряхивая с себя оцепенение.

— Странное чувство, — ответил друг, немного поморщившись. — Я однозначно не мог сопротивляться твоему приказу. Единственное, поскольку ты не уточнила, куда именно во дворце тебя перенести, я выбрал место по своему усмотрению. А Повелительницей, детка, я тебя назвал, потому что твоя сила не позволила мне обратиться к тебе никак иначе. Поздравляю, теперь ты по праву силы Повелительница Харома. И неважно, что в свое время ты отреклась от престола, Тьма и без рунного посвящения уже признала твои права на трон Подземного царства.

Я закатила глаза и пошла на выход.

— Потрясающе, моя сила не хочет верить, что ее хозяйка отказалась от престола! — сказала я, выходя из зала, и тут же столкнулась с отцом.

— Лина, нам надо поговорить, — осторожно сказал Шелиак, переводя взгляд с меня на Энджи.

— Я что, все-таки убила Джеймса и теперь Велания объявила нам войну? — равнодушно спросила я, не испытывая по этому поводу никаких эмоций.

— Нет, дочь, принца Велании ты не убила, — устало сказал Шелиак. — Идем, нам многое надо обсудить.

Последовав за отцом, мы вошли в кабинет Повелителя, и я отметила про себя, что в последний раз тут была, когда отрекалась от престола. В тот момент кабинет выглядел немного разобрано. Сейчас же все было как прежде. Шелиак полностью восстановил помещение. Надо же, какой дурой я была в тот момент! Ради чего только отказалась от трона Подземного царства? Сейчас мотивы того поступка казались абсурдными. Харом — мой дом, здесь мой народ и отец, а я отказалась от всего ради возможности быть с Джеймсом Стеферсоном! Да, тогда я еще была зла на отца, что он своими интригами испортил наши отношения, но это такие мелочи. Что за идиотизм творился в моей голове? Зачем мне вообще нужен был этот парень? Пусть живет себе в Велании и правит чудесным миром магов, а главное подальше от меня!

— Лина, ты себя правда хорошо чувствуешь? — спросил Шелиак, рассматривая меня.

— Да, отец, прекрасно, — ответила я, удобно располагаясь в кожаном кресле.

— Замечательно. С магией у тебя тоже все в порядке, в этом мы уже убедились…

— Пытаешься понять, какие у меня последствия от разрыва связи? — равнодушно перебила я.

Тот кивнул и прямо посмотрел на меня. Раз это не состояние здоровья, не магия, то ответ и так очевиден. Первый разрыв прошел для меня практически без побочных эффектов, но со вторым никому не может так повезти. Даже мне.

— Лина утратила способность чувствовать, — произнес Энджи со странными интонациями в голосе. Может, это грусть или сожаление, я не знала, и мне было это не важно.

Ну что ж, этот ответ и так лежал на поверхности. Я пожала плечами, давая понять, что мне это безразлично. Нет чувств и нет, что в этом такого?

— Одно чувство у меня все-таки осталось. Ненависть к Джеймсу, — сказала я, опасно скалясь.

Отец и Энджи с тревогой посмотрели на меня, но я не понимала причину их беспокойства. Да, я утратила чувства, но в остальном же все нормально!

— Главное, что больше никаких последствий нет. А без чувств жить можно, — спокойно произнесла я и пошла к бару, чтобы налить себе виски. Окинув взглядом серьезных мужчин, я решила, что им тоже не повредит.

— Лина, ты говоришь страшные вещи! — отец недоуменно смотрел на меня, но я ничего не ответила, молча передала ему и Энджи бокалы с алкоголем.

— Повелитель, у Лины серьезные повреждения ауры. Это можно как-нибудь исправить? — друг смотрел на меня, но вопрос задал Шелиаку. Он немного смущался, когда приходилось обращаться напрямую к главному демону Харома, но держался неплохо. Все-таки Энджелл был высшим демоном и сыном высокопоставленного чиновника, воспитание накладывало свой отпечаток. Вести себя в присутствии венценосных особ он умел.

Задумавшись над словами друга, я погрузилась в свои магические потоки и просканировала себя. Да, он прав, моя аура серьезно повреждена. И не просто повреждена, она практически отсутствовала. Чем больше я смотрела на нее, тем сильнее мне хотелось перестать это делать. Аура выглядела ужасно, как будто ее подожгли, а дождавшись, когда она практически полностью сгорит, потушили. Края обожжены, а остатки еле светятся грязно-золотым светом.

— Надо же, моя аура выглядит даже хуже, чем твоя, отец, — я встретилась с Шелиаком взглядами и прочла в его глазах что-то такое, от чего меня передернуло. Сочувствие? Жалость? Кажется, это чувство как-то так называется…, но не уверена. В любом случае я не собиралась вызывать в ком-то ничего подобного. Это уже перебор. Пусть я уже не знаю, что при этом испытывают, но память подсказывала, что по отношению к себе я это не приемлю.

Используя старый трюк, которому меня научил отец, я накинула на ауру иллюзию, и она снова стала целой и засияла ровным золотистым светом.

— Я не знаю, как можно это исправить. Со временем она станет лучше, но прежней уже не будет никогда, — сказал Шелиак. — Теперь, Лина, тебе надо беречь себя и свое эмоциональное состояние. Иначе у тебя будут случаться вспышки агрессии и срывы. Твои повреждения крайне серьезны. А с учетом, что для тебя это уже второй разрыв…

— У моего бывшего такие же проблемы с аурой? — перебила я отца. На самом деле мне было интересно, насколько сильно Джеймс пострадал из-за своего поступка. К сожалению, я сама не успела посмотреть на него магическим зрением.

— Практически, — ответил мне друг. — Его аура тоже потрепана, но твоя вне конкуренции. Она, несомненно, победила бы в конкурсе «Аура несовместимая с жизнью».

Я хмыкнула, сарказм Энджелла всегда мне нравился. Умел он внести нотку юмора в критичные ситуации.

— Ладно, это, конечно, все замечательно, но я хочу знать, что тут произошло пока я валялась в бессознательном состоянии по вине носителя королевской магии, — произнесла я, одновременно обращаясь к обоим мужчинам. — Что случилось после того, как этот идиот разорвал со мной связь? И какого дьявола он делает в Хароме?

Мужчины переглянулись, и поскольку Энджи демонстративно пил виски, явно не собираясь ничего говорить, слово взял Шелиак.

— Две недели назад, примерно через час после того, как вы сбежали из храма Вечности, в Харом переместился Энджелл. На руках у