Тяжелая корона - Софи Ларк

Он врезается в забор, но мгновение спустя снова поднимается на ноги, приближаясь ко мне, размахивая кулаками.

На самом деле у меня не так уж много опыта в драках, я участвовал всего в трех или четырех боях, в то время как Неро, вероятно, участвовал в сотне. Но я, блять, большой с длинным охватом. И с двумя старшими братьями ты кое-чему научишься.

Парень бросается на меня молниеносно, размахивая кулаками. Я держу руки поднятыми, блокируя большинство его ударов по моему лицу. Он бьет меня пару раз по телу, и это не очень приятно. Я жду, когда он откроется. Когда он посылает еще один дикий правый удар мне в лицо, я отступаю в сторону и бью его в глаз левой. Это откидывает его голову назад. Он все еще приближается ко мне, но не так уверенно.

У него широкое, уродливое лицо. Обесцвеченные зубы. Его кожа цвета сырого хлебного теста. Он в ярости, рычит на меня. Потею и тяжело дышу, пока он продолжает ударять меня по челюсти, но не достает меня.

Я не в ярости. На самом деле, я чувствую себя более холодным и расчетливым с каждым моментом. Я чувствую, что анализирую его, как персонажа видеоигры. Ищу лучший и самый быстрый способ уничтожить его.

Я начинаю бить его снова и снова по лицу и животу. Каждый удар кажется твердым и приносящим удовлетворение, как удар по тяжелой груше. Каждый стон боли этого мудака вызывают у меня вспышку удовольствия.

Он наносит мне удар в губу, и я ощущаю вкус крови во рту. Это просто бесит меня еще больше. Я хватаю его за лицо, как будто подбираю баскетбольный мяч, и ударяю его головой о забор. Я повторяю это три или четыре раза, пока свет не гаснет в его глазах, и он оседает на тротуар. Я даже не потрудился смягчить его падение.

Светловолосая девушка выбралась из багажника. Увидев нападавшего без сознания на тротуаре, она подбегает и пинает его в живот.

— Chtob u tebya hui vo Ibu vyros! — кричит она, отводя ногу на высоком каблуке и снова пиная его.

Честно говоря, я вроде как забыл о девушке на минуту, пока выбивал дерьмо из этого парня. Теперь я оборачиваюсь и впервые по-настоящему смотрю на нее.

Она высокая, и это о чем-то говорит с моей точки зрения. На этих каблуках она должна быть больше шести футов. С пылающим яростью лицом она похожа на мстительную валькирию. Она белокурая, ее волосы собраны в высокий хвост на макушке. Черты ее лица резкие и экзотические: высокие скулы, миндалевидные глаза, полные губы, ослепительно белые зубы. И ее тело…

Мне становится плохо при мысли о том, что какой-то чувак только что пытался ее похитить. Но практически невозможно не заметить фигуру амазонки, облаченную в это облегающее платье. Полная грудь, тонкая талия, ноги длиной в милю… Мне трудно снова поднять глаза на ее лицо.

— Ты в порядке? — я спрашиваю ее.

Ее левая щека покраснела и распухла в том месте, где мужчина ударил ее. Я вижу следы его пальцев на ее лице.

— Я в порядке! — сердито говорит она. У нее легкий акцент. Я почти уверен, что минуту назад она кричала по-русски.

— Что ты сказала парню? — я спрашиваю ее.

— Что?

— Когда ты пнула его… что ты говорила?

— О, — она нетерпеливо качает головой. — Это означает… что-то вроде «Чтоб у тебя на лбу вырос хуй».

Я фыркаю.

— Правда?

— Да, — говорит она, хмуро глядя на меня. — Это очень распространенное оскорбление в России. Очень грубое, поверь мне. Ему бы не понравилось, если бы он мог услышать, что я сказала.

— Ну, он ни хрена не услышит, — говорю я. — Но он все равно это заслужил.

— Он заслуживает кастрации! — говорит девушка, плюя на тротуар рядом со своим поверженным противником. Забавно… плеваться — это совсем не то, что подобает леди. Но я нахожу это странно привлекательным. Это кажется диким и чуждым, как будто она принцесса-воительница.

Кстати об этом…

— Ты знаешь, кто он? — я спрашиваю ее. — Почему он тебя пытался украсть?

Девушка издает резкий, пренебрежительный звук.

— Ты не поймешь, — говорит она.

Это вызывает у меня любопытство.

— Почему бы тебе не испытать меня? — я говорю.

Она оглядывает меня с ног до головы, как будто пытается разгадать меня. Наконец она пожимает плечами, возможно, думая, что обязана мне объясниться.

— Мой отец — могущественный человек, — говорит она. — У него много врагов. Полагаю, этот вот подумал, что вместо него будет легче напасть на меня.

— Кто твой отец? — я спрашиваю ее.

— Алексей Енин, — говорит она, не ожидая, что я узнаю это имя.

Я знаю его. Он глава братвы в Чикаго. Или, я должен сказать, он новый босс, после того, как Гриффины убили старого.

— Как тебя зовут? — я спрашиваю ее.

— Елена Енина, — говорит она, гордо вздергивая подбородок.

— Себастьян Галло, — говорю я ей. Я не вижу ни проблеска узнавания в ее глазах. Кажется, она не знакома с моей семьей.

Вместо этого она снова оглядывает меня с ног до головы с недоверчивым выражением на лице.

— Почему ты такой огромный? — она требует, как будто быть таким высоким подозрительно.

— Генетика, — говорю я вежливо.

— Нет, — она качает головой. — Ты знаешь, как сражаться. Чем ты занимаешься?

— Типо работы?

— Да, конечно, типо работы, — огрызается она.

Меня забавляет, что эта девушка едва ли выглядит благодарной за то, что я помог ее спасти. Вместо этого она надменная и властная.

Однако я не знаю, как ответить на ее вопрос.

В последнее время я много работал. Семейными делами. Управлением нашей подпольной игорной сетью, решением различных проблем, возникающих в наших ресторанах и клубах. Также выполняю кое-какую работу над проектом Южный Берег, хотя Неро в основном взял это на себя.

— Моя семья владеет несколькими предприятиями, — говорю я неопределенно. — Рестораны и все такое прочее.

— Хм, — говорит девушка, все еще с подозрением.

— Куда ты направляешься? — я спрашиваю ее. — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой?

— Почему бы и нет, — говорит она, как будто делает мне одолжение. — Это недалеко.

— Секундочку, — говорю я.

Я хватаю нападавшего за рубашку и поднимаю его, его голова безвольно болтается. Я бросаю его в багажник его собственной машины и захлопываю крышку.

— Он может наслаждаться, выбираясь оттуда, когда проснется, — говорю я.

Девушка издает короткий смешок.

— Так, так, — говорит она. — С таким лицом я думала, что ты хороший мальчик.