Веледар - Александра Вайцеховская

Работорговец не отвечал, только смотрел на меня расширившимся от ужаса глазами и ревел разбуженным медведем.

— Так я и знала, — камень снова исчез в моем кармане. Выход был совсем рядом.

* * *

— Жестко ты его, — Вадим нагнал разъяренную ведьму только на середине рыночной площади.

— Ничего. Таким, как он, полезно, — рыкнула Селена, ускоряя шаг.

— Он не такой уж плохой человек. И детей любит.

— Настолько, что торгует ими?

— Нет. Торгует он только вот такими наемниками.

Ведьма фыркнула, не считая нужным объяснять Вадиму отсутствие разницы.

— Он ведь тебе поверил, — не успокаивался стражник.

— Они все верят. Падаль неотесанная.

— А ты пользуешься, — поддел он ее.

— П-ф-ф, прибежит сегодня домой и первым делом к жене под одеяло, проверять.

— Ну, знаешь… После такого и я бы не смог…

— Ты переживаешь за него? Так ступай и расскажи правду. Мне недосуг утешать чьи-то нежные чувства, — с этими словами Селена резко свернула с центрального рыночного прохода на узкую улочку и тут же затерялась в толпе.

Вадим постоял некоторое время в задумчивости, рявкнул на приставучего торговца и пошел, не спеша, в сторону дворца, передать распоряжения ведьмы.

В памяти снова всплывала та ночь, когда появилась на свет Аленушка, кровиночка его родная…

Жена Вадима с полудня мучилась болями, а разродиться все никак не могла. Стражник злым смерчем носился по дому и орал на бестолковую повитуху, которая ничего толком не делала, а только кудахтала, мол ребеночек поперек матери лег, не помочь никак.

Жена выла сперва, исходила криком, выгибаясь на окровавленных простынях, а к полуночи затихла почти совсем, и Вадим готов был на стену лезть от отчаяния. Ходил из угла в угол, все смотрел на образа, а потом плюнул, схватил кафтан и бросился вон из избы.

От других стражников он намедни слыхал, что в город прибыла ведьма и остановилась в старом трактире на окраине города. Туда и бежал Вадим сломя голову, ничего не видя на своем пути.

В трактире ему, уважаемому стражнику, сразу, без лишних вопросов, указали на ведьмины покои, и он практически вломился туда…

— Чего надо? — нелюбезно спросила у него девчонка, сидящая на кровати.

— Ведьма нужна! Зови, быстро! — рявкнул Вадим, пытаясь отдышаться от быстрого бега.

— Я ведьма. Чего хотел?

— Ты? — стражник даже на секунду забыл о погибающей в родах супруге и уставился на девчонку. Невысокая, худенькая, лет двадцати, не больше, с зелеными глазами в пол-лица и русыми волосами до плеч.

— Если не устраиваю, ищи другую, — фыркнула девушка.

— Нет-нет, — замотал головой Вадим. — Мне помощь нужна. Жена рожает, двенадцатый час пошел. Повитуха — дура набитая…

— Воды когда отошли? — деловито спросила ведьма, тут же вскакивая с кровати и хватая свой кафтан.

— Уж семь часов, как отошли.

— Плохо, — коротко бросила девчонка, роясь в поясной сумке. — Веди.

До дома они добежали в один миг, и ведьма скрылась в опочивальне жены, решительно выставив Вадима за дверь. Повитуха получила от нее сочную оплеуху и кучу указаний: нагреть воды, заварить траву, нитки из шелка, нож самый острый, какой есть в доме и пошла вон, не мешай.

Через полчаса из опочивальни вывалилась бледная, как смерть, повитуха и жалобно завыла, повисая на Вадиме:

— Достала ребеночка, ведьма, достала, а он не дышит!

Стражник отпихнул от себя бабу и рванул внутрь комнаты. Жена его все так же лежала на кровавых простынях, надсадно дыша, и с ужасом в глазах смотрела на ведьму, которая замерла посреди комнаты, держа за ножку крохотное, почти прозрачное тельце ребенка. Вадим рванулся было к девчонке, да так и замер, не в силах и шагу ступить от увиденного.

Окровавленной рукой ведьма сорвала с шеи ожерелье из камней, зажала один зубами, снимая с нитки, и затем вложила ребенку в рот, зашептала быстро, непонятно.

Когда по комнате разнесся детский крик, Вадим осел на пол и зарыдал вместе с новорожденным младенцем, а ведьма, не теряя хладнокровия, ловко обрезала пуповину, обмыла ребенка, запеленала и вручила еле живой матери.

— Поди на крыльцо, подыши, — велела она Вадиму. — Мне еще жену твою штопать.

Час спустя ведьма вышла из дома и подсела на резные ступени к стражнику.

— Девочка у тебя, поздравляю.

— Спасибо, — глухо ответил Вадим. — Сколько я должен тебе?

— Нисколько. Я впервые в вашем городе. Дружбой рассчитаешься.

— Дружбой? — чуть не рассмеялся стражник. — Я видел, как дочь ты мою спасла. Я знаю, что ты за ведьма.

— И что с того? Откажешься от моего дара?

— И у кого же ты, ведьма, его забрала?! — не унимался Вадим. — Кто ж тебе отдал свой дар дышать?! За кого теперь моей дочке свечку в храме ставить?!

— А тебе не все ли равно?! — рассвирепела девчонка. — Или правильный слишком?! Или не рад, что ребенок твой жив?!

— Рад, — Вадим как-то сразу потух, обнял себя за плечи. Рядом с ведьмой отчего-то зябко было. — Рад. Спасибо тебе.

Она не ответила, вернулась в дом, собрала свою сумку, а Вадим все сидел на крыльце, провожал ее взглядом до калитки. Она взялась уже за щеколду, как вдруг остановилась и, не оборачиваясь, сказала:

— Конь у меня был. Сломал ногу, гноиться стала. А я животных… не умею. Он неделю мучился, и я вместе с ним. Вот и забрала дар. Я знаю, что так нельзя, незаконно. Захочешь, арестуешь меня потом. Дай выспаться только.

И идти собралась уже.

— Как звать тебя? — только и крикнул Вадим ей в спину.

— Селена.

Глава 3

Заря уже занималась на востоке за высокими окнами дворца, оставалась пара часов до моего отбытия. Я снова сидела за столом ярла, а сам Агвид расхаживал по залу, оставив свой трон пустым.

— У него ребра сломаны, нос… Это только то, что я в камере заметила.

— Ты же наварила ему своей дряни, — поморщился ярл.

— Даже с моей дрянью ребра за день не заживут. Ему верхом нельзя ехать, смещение будет. Прикажешь нам пешком топать?

— А отчего бы и нет, — усмехнулся Агвид, нарезая круги по залу. — Что ты так над ним трясешься? Подлечишь по дороге.

— Это нас задержит, — процедила я. — А ты, вроде как, в этом не заинтересован.

— Твоя правда, — кивнул он. — Но это не мои проблемы. Отбываешь сегодня, и точка.

— Хорошо. Прикажи тогда привести раба.

— Зачем? — удивился Агвид. — У ворот встретитесь.

— Мы с ним договор заключить должны. Как раз свидетелем выступишь.

— Вот как? Понятно, как ты его уговорила. Что же посулила ему, ведьма?