Её тайна его дочь - Маша Кужель

— Нет, пусть сначала угомонится, — отвечает Денис, а потом уходит к себе в комнату. Я замечаю, что и телефон он забрал с собой, значит, и ответить собирается…

Вот же дурак.

Я продолжаю бездумно смотреть телевизор, пытаясь отогнать мысль о том, что до дома Яны ехать всего полчаса. Странно, что до этого я не думал, что всё это время она была так близко ко мне… Сначала я месяцами спрашивал о ней у наших общих знакомых. Мне все в один голос отвечали, что ничего про неё не знали — то ли она буквально растворилась в воздухе, то ли они просто не хотели мне говорить.

Ладно, я уже знаю, что сидеть и киснуть не выход. Я беру со стола ключи, а потом еду в бассейн. Боль в ноге напоминает мне, что поплавать у меня сегодня не выйдет, но я хотя бы смогу посидеть в чане с горячей водой.

Я не могу перестать думать о том, как мало расстояние между нами… Мне уже кажется, что это какой-то хороший знак.

Наконец, я паркуюсь, достаю из багажника спортивную сумку, а потом прохожу внутрь и быстро переодеваюсь.

Знакомый запах хлорки сразу же успокаивает нервы. Я погружаюсь в чан с горячей водой, завидуя людям, которые плавают по дорожкам. Как бы мне хотелось снять тревогу хотя бы одним энергичным заплывом! С самого детства я понял, что лучше всего меня расслабляет вода. Как только я научился направлять свои порывы гнева в спорт, бассейн стал для меня единственным способом успокоиться.

— Почему не плаваешь как обычно? — вдруг спрашивает Карина, наклоняясь ко мне, и кончики её волос легко касаются моего обнаженного плеча. Карина — управляющая тут, а еще девушка владельца Димы.

— Привет, Карин. Видишь, у меня травма, — поднимаю я ушибленную ногу.

— Что случилось?

— Да просто… Оказался не в то время не в том месте.

— Выглядит стремно, — говорит она, хлопая меня по плечу, а потом отходит обратно к бассейну. Она берет полотенце и ждет, пока Дима вылезет из четвертой дорожки.

Рука Димы обвивает талию Карины, и они идут ко мне.

— Привет, вот с тобой-то я и хотел поговорить, — он останавливается, возвращая Карине полотенце, целует ее в щеку и спускается в чан, чтобы сесть рядом со мной.

— И о чём же?

— Ты же у нас звезда плавания!

Я разочарованно фыркаю.

— Куда уж мне.

— Тебя же почти в Олимпийскую сборную взяли.

— Ну не взяли же в итоге!

— Так у тебя же травма была, это не делает тебя плохим пловцом.

— И хорошим тоже не делает, — так, хватит себя жалеть — Ну, так что тебе нужно?

— Сегодня два инструктора по плаванию уволились без предупреждения. Сам понимаешь, я в жопе. Не хочешь уроки плавания вести?

— Какие уроки плавания? Вроде как для подростков?

— Ни в коем случае, их занятия веду я, — отвечает Дима. Он сам был пловцом, но не продолжил карьеру, а начал работать тренером — Просто уроки, ну, для начинающих. Только до тех пор, пока я не найду замену. Это только по вечерам, так что о своей работе можешь не переживать.

— Ладно, — соглашаюсь я, и он удивлённо улыбается. Похоже, он ожидал, что я откажусь, но, так как завтра меня точно уволят, у меня просто нет выбора.

— Я-то думал, мне тебя уламывать придется. Приходи завтра в пять тридцать. Уроки частные, так что будешь с учениками один на один. Спасибо, мужик! Ты меня очень выручишь.

— Это значит, абонемент для меня теперь бесплатный? — спрашиваю я, и он смеется.

— Я тебе скидку дам, ладно? — отвечает он, вылезая из чана и направляясь обратно к дорожке. За спиной я слышу визг Карины и могу только предположить, что он опять её тискает.

— Ну что красавица, пора домой, — говорит он ей, а я закрываю глаза, тоскуя по таким же счастливым отношениям.

— Пока, ребята, — машу я рукой.

— Увидимся! Еще раз спасибо, — говорит Дима, и в бассейне снова становится тихо.

Ну, хотя бы теперь я буду проводить время в воде, а не задыхаться в душном офисе.

Глава 4

ЯНА

Я крепко обнимаю Женю и целую в лобик.

— Я тебя люблю, — шепчу я.

Я всё ещё не могу избавиться от тревожного чувства, которое появилось после встречи с Кириллом. Мое прошлое возникло из ниоткуда и теперь хочет встретиться со мной лицом к лицу…

Мы сидим за столом, я кормлю Женю, а Серёжа рассмешил её так, что у меня едва удается попасть ложкой ей в рот. Внезапно меня охватило ощущение несправедливости: как же так, я запомню эти моменты с ней, а Кирилл — нет.

Молодец, Яна. Ты опять всё испортила.

Я укладываю Жеку в кроватку, и она сразу же начинает искать соску, чтобы засунуть её себе в рот. Каждую ночь я обещаю себе попытаться отучить её от этой привычки, но не хочу отнимать у неё то, что, как я вижу, ей сейчас нужно.

— Тебе помочь, Ян? — говорит Серёжа, подходя к двери, и я отступаю назад. Обычно он сидит на диване, пока я укладываю дочку спать. Укладывать ребёнка вместе — это как-то… слишком по-семейному.

— Дядя Серёжа, — зовёт его Женя, привставая в кроватке. Она протягивает ему свою соску, и как только он подходит к ней, снова засовывает её в рот.

У них такие нежные отношения, что порой я даже завидую.

Он укладывает её обратно, и я представляю Кирилла на месте Сережи. Я всегда думала, что к этому моменту он уже наверняка сопьётся или снаркоманится. Никогда не думала, что он приведёт себя в порядок после расставания.

— Я справлюсь. Спасибо, Серёж, — говорю я, задевая его бедром и отодвигая от кроватки. Он удивлённо наклоняет голову, а потом шлёт Жене воздушный поцелуй и выходит из комнаты.

— Спокойной ночи, моя хорошая, — шепчу я.

Я выключаю свет и тихо выхожу из комнаты.

Серёжа уже ждёт меня на диване — он смотрит футбол, закинув руку за голову.

Я сажусь на самый дальний от него край дивана. Он наблюдает за мной украдкой.

— Наверное, я пойду к себе, — говорит он, поднимаясь с дивана, но я наклоняюсь вперёд и касаюсь его бедра, чтобы остановить. Он замирает и садится обратно.

— Серёж… — я делаю ещё один вдох — Боюсь, я поставила тебя в сложное положение в отношении Жени и, возможно, нас.

— Ян, я всегда рад помочь тебе, ты ничего мне не должна.

Серёжа всегда