Город соблазнов - Айрин Бард

Чад разражается хохотом.

— Да ты чертова оторва, Ти!

Ее глаза не отрываются от моих, когда она поправляет его:

— Нет, скорее просто стерва. Дело не в Мэнди, а в «ловушках жажды». Между нами все кончено, Кайл.

Глава 3

ЛУЧШИЙ ДРУГ

Чад

— Чад! Чем ты, мать твою, занимаешься? Ты… ты что, тоже занимаешься ловушками жажды?

Я не делаю попытки прикрыться. Меньше всего мне хотелось, чтобы Тереза узнала о моей подработке, после того как месяц назад поймала на этом Кайла, но было что-то в том, что она застукала меня…

Да, меня зовут Чад. Я обожаю женское внимание. И да, я занимаюсь ловушками жажды, пользующимися популярностью у женской аудитории от тридцати пяти и старше. Дамочки любят пилотов. Я надеваю свои авиационные очки, смазываю маслом грудные мышцы и пресс, и лайки сыплются как из рога изобилия.

— Это не то, что ты подумала, Ти, — заявляю я, срывая солнцезащитные очки и отбрасывая их на стул.

Они отскакивают от сиденья и скачут по полу, остановившись за ее ногами. Она наклоняется, чтобы поднять их, предоставляя мне обзор на свою великолепную задницу.

Бл*ть.

«Нет! Она же твой друг! Под. Запретом».

Тереза кладет мои авиаторы на стол.

— Это именно то, на что похоже. Ты же прекрасно знаешь, что я рассталась с Кайлом как раз из-за этого. То внимание, которое ты к себе привлекаешь…

Она задумчиво и с легким отвращением смотрит в сторону, покачивая головой. Я наблюдаю, как она в раздражении искривляет губы. Более того, я откровенно пялюсь на ее рот.

— Я свободен. А Кайл был не одинок. Он просто засранец, жаждущий внимания и не должен был заниматься этим, пока вы были вместе.

Я, конечно же, тоже люблю внимание, но речь сейчас не обо мне.

— Ты поступаешь точно так же.

Она пожевала губу.

Чего бы я только не отдал, чтобы зажать ее между своими зубами…

— Я понимаю, что для тебя это больная тема, но я могу позволить себе обнажиться в Интернете, если хочу. Ведь я не твой парень.

Мог бы быть им, если бы только ты рассматривала меня в таком ключе…

Она открывает и закрывает рот, чтобы что-то возразить, но не решается. А когда наконец заговаривает, то не может выговорить ни одного внятного слова.

— Это… я не…

Ее взгляд падает на мой болезненно твердый член, упирающийся в трусы-боксеры, которые я подготовил для своего видео.

— Мне лучше уйти.

Протягиваю руку к члену, чтобы прикрыть его, при этом кайфуя от мысли о том, что у Ти перехватило дыхание, когда она увидела меня. Я прикрываюсь не полностью — ровно настолько, чтобы она могла посмотреть, если захочет, но Тереза быстро отводит взгляд.

Дерьмо. Кажется, я неправильно все истолковал…

— Не уходи. Дай мне одеться, и встретимся на кухне. Мы должны распланировать июль. Это пик туристического сезона.

После службы в качестве офицера ВВС я устроился работать в международную коммерческую авиакомпанию. Путешествия по миру, новая цыпочка или даже две каждую ночь… Я был искренне изумлен тем, что не обрюхатил сотни женщин, за все это время. В настоящее время я жил своей лучшей жизнью в Траппе вместе со своим самолетом «Типси» (прим.: легкий спортивный самолет, выпускаемый авиакомпанией «Цессна»), вместе с Терезой осуществляя чартерные рейсы для богачей. Июль был нашим самым прибыльным месяцем, и нам необходимо было распланировать все соответствующим образом.

— Сейчас же еще только март, — ворчит Ти.

— В прошлом году у нас был превышен лимит на бронирование. Я не хочу повторять ту же ошибку. Нам нужно купить второй самолет и нанять пилота.

— Хорошо, встретимся на кухне. Только прошу тебя, надень штаны.

Я киваю, и она выходит из комнаты. Роюсь в ящиках и нахожу… Бинго. Серые треники. Времени дрочить нет, поэтому ей придется немного полюбоваться на эротическое шоу.

Тереза привыкла к моему неустанному флирту и полагает, что все это — просто шутка. Но это не так. Я бы трахнул ее сию минуту, если бы только она была увлечена мной, и это не разрушило бы нашу дружбу и деловые отношения.

Натянув обтягивающую черную футболку и приспустив треники насколько возможно, чтобы не выглядеть совсем уж непристойно, я отправляюсь на кухню.

Тереза готовит кофе и поворачивается, услышав мое появление.

— О, детка, ты такая заботливая. Не стоило, — поддразниваю я.

Несколько прядей ее кудрявых волос выбились из косы. У меня руки чешутся от желания заправить их за ухо, запустить руку в ее волосы и…

— Пошел нахер. Ты же знаешь, что я не в состоянии нормально функционировать без кофеина во время наших деловых дискуссий.

Тереза смотрит вниз на мои треники, и на ее губах появляется небольшая ухмылка. Однако она быстро меняет выражение лица.

Черт, а мне нравится, что я способен ее расшевелить.

Ее глаза возвращаются к моим, и она прочищает горло:

— Как ты собираешься позволить себе еще один самолет?

— Добро пожаловать в Трапп! Здесь открываются безграничные возможности, детка, — отвечаю я, подмигивая.

На самом деле, на те деньги, которые я зарабатываю своим побочным бизнесом, в сочетании с моей пенсией, я мог бы купить пять самолетов, если бы захотел.

— Ты немного староват для подобного безрассудства, тебе не кажется?

— Мне всего 30!

Тереза потягивает кофе, подозрительно поглядывая на меня.

— Как ты собираешься позволить себе еще один самолет? — снова спрашивает она.

— Си-Мэн спешит на помощь, — бормочу я себе под нос.

— Си… что?

Я хмыкаю и повторяю:

— Си-Мэн. Поняла? Как сперма. Женщины считают это забавным. Даже некоторые парни. Пожалуй, этот ник подошел бы еще лучше, если бы я служил на флоте, но дамочки все равно жаждут меня, поэтому… (прим.: игра слов — помимо созвучности с «semen» — «сперма», слово звучит еще и как «seaman» — «моряк»)

Пожимаю плечами.

Тереза поперхнулась кофе, заставив меня сожалеть о том, что она не поперхнулась кое-чем другим.

— Серьезно? Ты зарабатываешь этим деньги?

Потираю затылок.

— На социальных сетях не так уж много, но есть платная платформа, которой я пользуюсь. Большинство женщин на ней просто хотят, чтобы я сексуальным голосом говорил им что-нибудь развратное, при этом сняв рубашку.

Щеки Терезы приобрели великолепный пунцовый оттенок.

— Так что, да, я в состоянии купить нам еще один самолет.

Зажмурив глаза, она качает головой.

— Почему ты не мог просто соврать и сказать мне, что умер твой дальний родственник и оставил тебе наследство?

Я осторожно беру ее за подбородок большим и указательным пальцами. Она