Аланна - Л. А. Кейси

— Он ушел, — сказала я себе. — У него нет власти ни над тобой, ни над Дэмиеном, ни над кем-либо еще.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, прежде чем приступить к работе над эскизом близнецов Райдера и Бранны, Никсона и Джулса. Несмотря на то что я работаю над ним всякий раз, когда у меня свободное время, все происходит медленнее, чем мне хочется, и по какой-то причине я уверена, что это из-за моих ночных кошмаров. Каждый кошмар, который мне снится, кажется, высасывает из меня жизнь, и я не знаю, что с этим делать. Мне жаль, что я не могу поговорить об этом с Дэмиеном, но он постоянно думал о Моргане и играл в игру «а что если», вспоминая нашу жизнь шесть месяцев назад. И я поймала себя на том, что всегда уверяю его, что все в порядке, хотя мне нужно точно такое же заверение.

Я хотела поговорить с Броной, но у нее и так полно забот в своей семье плюс тот факт, что она вот-вот должна родить второго ребенка. Я не хочу беспокоить ее или кого-либо еще своей глупой, повторяющейся проблемой. О моих родителях тоже не может быть и речи; мы втроем готовимся получить результаты недавней маммографии моей мамы, чтобы узнать, нет ли у нее рака или не нужно ли ей пройти еще несколько процедур. Мне некому довериться, а это означает, что я могу «поговорить» только с собой, что привело к тому, что я слишком много думаю и извожу себя беспокойством.

Морган действительно преуспел, когда решил проникнуть в мою голову. Он не отвернул меня от братьев Слэйтер навсегда, как хотел изначально, но ему удалось заставить меня сомневаться во всем. В себе. В Дэмиене. В моей жизни. В глубине души я знаю, что счастлива в своих отношениях, со своей работой, друзьями и семьей… но именно здесь и появилось беспокойство. Я боюсь потерять все, что у меня есть. Я знаю, каково это — оказаться на самом дне, и боюсь снова ощутить эту пустоту.

— Хватит слишком много думать, — нахмурилась я на себя. — Просто прекрати.

Я покачала головой и сосредоточилась на своем наброске. Я погрузилась в свое ремесло и потерялась в красоте творчества. Взглянула на часы на стене справа от меня, когда остановилась на мини-перерыв. Было почти четыре утра, и это потрясло меня. Пока я работала, время пролетело незаметно. Я втянула шею в плечи, хмыкнув, когда услышала приятный хруст.

— Веснушка?

Я бросила взгляд через плечо, прищурившись как раз вовремя, чтобы увидеть Дэмиена, появившегося из тени коридора и вошедшего в комнату. Мой взгляд скользнул по его фигуре, и я сглотнула. Он был обнажен, если не считать черных боксеров, и от одного взгляда на его тело у меня по спине пробежали мурашки. Он так восхитительно красив, что мне захотелось провести языком по каждому его сантиметру.

— Ты напугал меня, Дэйм.

— Прости, — сказал он, сонным голосом. — Я проснулся, а тебя нет.

Я повернулась обратно к своему мольберту.

— Не могла уснуть, поэтому решила зайти сюда и сделать несколько набросков.

— Когда ты пришла сюда?

— После того как ты заснул.

Он вздохнул.

— Ты должна была разбудить меня.

— Зачем? — Спросила я. — Ты смог поспать, а я не могла. Для меня не имело смысла оставаться и мешать тебе.

Он не ответил. Вместо этого он подошел ко мне сзади и положил руки мне на бедра, большими пальцами играя с тканью моей рубашки.

— Что ты рисуешь, красавица?

— Посмотри сам.

— Это Джулс… или Никсон?

— Это Джулс, — ответила я. — Никсон будет рядом с ним.

— Ты рисуешь близнецов?

Я кивнула, растушевывая пальцем резкую линию на мочке уха Джулса.

— Я хочу удивить этим их родителей. Я не рисовала близнецов с тех пор, как они были новорожденными, а сейчас им чуть больше полугода, поэтому я хочу это исправить. Я собираюсь добавить Рая и Бран на задний план.

— Детка, это так мило с твоей стороны.

— Спасибо. Думаю, им это понравится.

Я напряглась, когда Дэмиен задрал мою рубашку и скользнул руками вниз от моих бедер к заднице, его пальцы уже не так нежно впились в мою плоть.

— Даже не думай об этом, — игриво предупредила я. — Я занята.

— Пожалуйста? — Пробормотал Дэмиен, уткнувшись лицом между моих лопаток. — Я проснулся, страстно желая тебя, Веснушка.

Я закатила глаза, но не смогла удержаться от того, чтобы уголки моих губ не изогнулись вверх.

— Ты говоришь это каждый раз, когда просыпаешься со стояком.

Смех Дэмиена был тихим.

— Это значит, что я жажду тебя.

— Это милый способ сказать, что ты хочешь опустошить свой член.

Он не ответил; он был слишком занят, скользя руками по моим обнаженным бедрам. Я повернулась к нему лицом, нахмурившись. Дэмиен посмотрел на выражение моего лица и улыбнулся. Он устал — я поняла это по тому, как отяжелели веки, нависшие над его сияющими серыми глазами, — но он все еще хочет меня, и это заставило меня остановиться.

— У тебя на носу уголь.

Я не удивилась.

— Сотри его.

— У меня сейчас немного заняты руки.

Он грубо схватил меня за задницу, и когда я хмуро посмотрела на него, ухмыльнулся.

— Пять минут, — сказал он. — Я быстро.

— Нет, это не так, — возразила я. — Ты говоришь, что будешь быстрым, а потом, когда мы начнем, ты не торопишься, и ты это знаешь.

Дэмиен сжал губы, и, когда улыбнулся, на его щеках появились ямочки.

— Если ты отведешь меня в нашу спальню, ты знаешь, что я засну к тому времени, как мы закончим, а это значит, что я останусь там, где сейчас, со своим эскизом. Сегодня первая ночь за долгое время, когда я многое успела сделать.

— Что, если я не дам тебе уснуть?

Я оставалась невозмутима.

— Ты уступишь мне, если я буду ныть, что устала, и ты это знаешь.

Дэмиен не стал возражать; он только опустил голову, чтобы скрыть свою дразнящую ухмылку. Он потерся кончиком своего носа о мой и обхватил мою задницу. От этого простого действия по моему позвоночнику пробежала дрожь, и спина непроизвольно выгнулась, прижимая мою грудь к груди Дэмиена. Он промурлыкал, по-видимому, удовлетворенный, и прежде чем я успела сказать ему отвалить, его губы коснулись линии моего подбородка, затем скользнули вниз по шее, прежде чем остановится на моем чувствительном местечке, где он поводил языком по чувствительной