А папа кто? - Мила Гейбатова

– Ну спасибо.

– Пожалуйста. Я правду говорю, дорогая моя. Мужчины по определению своему не могут быть порядочными, они от природы полигамны, о какой тут порядочности может идти речь!?

– Опять ты со своими феминистическими настроениями, – недовольно бурчу. – Не все плохие, я не верю.

– И хорошо. Значит, приводи себя в порядок и завтра чтобы явилась в институт при полном параде, поняла меня!?

– Зачем. Перед преподавателями я и знаниями могу блеснуть, не собираюсь уподобляться Лере, которая вечно всем глазки строит да слезливые истории рассказывает.

– Вот и умница! Красивый вид нам нужен не для преподов, а для самоутверждения перед глупыми самцами!

Глава 3

Встаю на час раньше, чем обычно, преисполненная намерений выполнить задание Жанки. Не скажу, что сама сильно жажду, но она меня еще и перед сном долбила несколько раз по телефону этим самым «полным парадом». Так что выполняю.

А из зеркала тем временем смотрит бледное худое существо с огромными синяками под глазами и сбившимися в не распускаемый колтун волосами.

Невольно вспоминаю вчерашнюю блондинку Соню, та, даже лежа, выглядела прекрасно, макияж ровный, волосы блестят. И тут я.

Может, дело все не в том, что Ваня не может быть моногамным, как меня вчера убеждала Жанна, а во мне? Кому такое чудо нужно?

Эх. Руки опускаются сами собой, и снова хочется рыдать. Нет, так нельзя! Если сейчас расклеюсь, опять не попаду на учебу, а мне нельзя, у меня будущее решается. Пусть и без жениха пока что, но карьеру строить надо!

И с такими бодрящими напутственными мыслями привожу себя-таки в порядок. И вот из зеркала смотрит не побитая моль, а вполне себе миловидная девушка.

Подмигнув отражению, выхожу на улицу.

Погода, благо, радует, совсем тепло, по-летнему, может, в этом году мы вволю погреемся под лучами солнца. Хотя какая мне разница, каникул уже не будет, будет сплошная работа.

– Здравствуй, милая, – Жанна целует меня в щеку при встрече. – Замечательно выглядишь, пошли.

Сначала я напрягаюсь в толпе студентов, под взглядами одногруппников, все время кажется, что они в курсе, какая я лохушка, что не замечала измен парня так долго. А они все знали, смеялись надо мной за спиной, регулярно перемывали косточки. Но потом это неприятное ощущение постепенно отпускает.

Если кто-то и в курсе подробностей личной жизни Ивана, вида не подает, пальцем в меня не тычет. Да и вообще, люди пришли хвосты по учебе отдавать, никому нет дела до других.

И в итоге я полностью расслабляюсь и быстро закрываю долги. Защита диплома через несколько дней, и все. Даже грустно немного, что пять лет жизни пролетели так быстро.

– Аха-ха, Ваня, ты такой смешной, – доносится до меня сзади, – никогда бы не подумала, что ты столько интересного знаешь.

– Только резко не оборачивайся, – тут же предупреждает Жанна, – да и вообще не оборачивайся, не стоит он того.

Конечно, я сразу догадываюсь, о ком речь. Сердце предательски сжимается, и учащается пульс. Но подруга права, не стоит показывать слабость.

– Может, пойдем, или тебе еще к кому-то нужно зайти? – спрашиваю Жанну, а сама глазами молю ее немедленно уйти.

– Я у Альберта Александровича не была, пойдем, подождешь меня снаружи, я быстро проконсультируюсь и все.

С облегчением ухожу подальше от опасной близости Ивана и его новой или старой, кто там разберет, подружки. В коридоре полно нервных студентов, все снуют туда-сюда с озабоченными лицами, а мне в радость подпирать стенку, лишь бы никто не докапывался. Настроение снова катастрофически быстро снижается, хочется домой, закрыться в четырех стенах, желательно на недельку как минимум, и потеряться для внешнего общества.

– 

Вы только посмотрите, кто тут у нас стоит, наша любимая отличница и одна, – раздаётся весёлый голос позади.

Медленно оборачиваюсь, и так прекрасно догадываясь, кому он принадлежит.

– 

Проблемы какие-то? – спрашиваю напряжённо.

– 

Явно не такие, как у тебя. Ремонт хотя бы не успела затеять? Ваня рассказывал, что ты та ещё квочка, – смеётся Соня, а Иван стоит рядом, опустив глаза в пол.

И с этой размазней я собиралась совместную жизнь строить!? Кошмар. Куда только смотрели мои глаза. Наверное, Жанна в чем-то права, я слишком зациклилась на мечте об идеальной семье, что пыталась её построить с первым подвернувшимся кандидатом.

– 

Очень любезно с его стороны, правда, о тебе, например, он совсем ничего не рассказывал. Наверное, ты слишком не интересна как личность, чтобы о тебе говорить.

– 

Что!? Да как ты смеешь! Он сейчас со мной! А не с тобой! – визжит задетая за живое блондинка.

А Иван тем временем начинает пятиться назад, типа он вообще не при делах.

От этого жалкого и одновременно потешного зрелища я помимо воли смеюсь в голос, хотя изначально собиралась не усугублять конфликт. Но поздно, она явно приняла смех на свой счёт.

– 

Ах ты сучка! – визжит та и внезапно прыгает ко мне, и вцепляется в волосы.

– 

Идиотка! Что творишь? Тебя ведь выгонят из института! Я над твоим так называем парнем смеялась, отпусти, дура! – пытаюсь высвободить свою шевелюру из лап этой грымзы, но тварь держит крепко, ещё и когтями длинющими царапается.

– 

Ты завидуешь! – визжит она, явно не расслышав ни единого слова из моего объяснения.

– 

Да было бы чему! Ума нет, считай калека, – начинаю злиться и тоже вцепляюсь в волосы сучки. – Отпускай! А то лысая останешься!

– 

Ни за что!

Вокруг нас собирается толпа зевак, которые, естественно, не спешат разнимать, а с интересом наблюдают за развернувшимся бесплатным представлением. Краем глаза отмечаю, что Иван продолжает ретироваться, но подошедшие зрители сильно осложняют его старания.

Не знаю, чем бы закончилось дело, но, к счастью, на устроенный нами шум выходит Альберт Александрович вместе с Жанной.

– 

Так, и что это у нас происходит здесь?

Одного его спокойного вопроса хватает, чтобы Соня отпустила мои волосы, а народ начал расходиться по своим делам.

– 

Это все она! Она вдруг на кинулась с криками! Я только защищалась.

– 

Чего? – вот это заявочка. – Все наоборот было! Иван, подтверди! Ты ведь все слышал!

Цепляюсь взглядом за бывшего и жду от него честного ответа. Но тот лишь смотрит в пол и чертит узоры носком ботинка.

Думаю, ну все понятно, я попала, кажется.

– Я все видел! – от противоположной стены отделяется незнакомый парень. – Блондинка начала, это она напала и теперь врет.

Фух. От сердца сразу отлегло. Спасибо тебе, милый человек.

– Это правда, я не