Надеюсь и люблю - Светлана Талан

— Это свадебный подарок, — сказал он. — И коль уж вам о нем известно, то пусть для вас будет сюрпризом, где находится квартира и какая она.

Я знала, что спорить бесполезно; оставалось лишь ждать. Свадьба была назначена на пятое сентября, а пятого августа, ровно за месяц до нее, в моей жизни случилось непредвиденное.

* * *

Побродив по супермаркету с маминым списком необходимых продуктов, я наконец-то все купила и уже направлялась к выходу. В это время увесистый пакет с овощами затрещал у меня в руке, я на миг отвлеклась и, что называется, наткнулась на мужчину. Пакет, не выдержав толчка, порвался, и его содержимое оказалось на полу. Я наклонилась за покатившимися помидорами и второй раз столкнулась лбом с мужчиной, решившим мне помочь. Мысленно ругая себя за неуклюжесть, я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Я замерла на миг, увидев красивые карие глаза, излучавшие мягкий, успокаивающий свет, и в то же время живые и страстные.

— Извините, я не хотел… Все получилось случайно, — заговорил незнакомец, и его низкий, приятный голос почему-то заставил мое сердце учащенно биться.

— Ну что вы… Это я виновата… Так получилось… Я сама… — залепетала я растерянно.

Вообще-то я редко терялась и всегда держалась уверенно, но в этом мужчине было что-то такое, что заставило меня лишиться дара речи.

— Сейчас мы все исправим, — сказал он и подал мне пустой пакет. — Держите, давайте все переложим сюда.

Я послушно взяла пакет из его рук и стояла с ним, как истукан, пока незнакомец перекладывал туда продукты. Я была не в силах оторвать взгляд от этого мужчины и беззастенчиво его рассматривала. На вид ему было около сорока лет, волосы шелковистые, темные, с едва заметной сединой на висках, прямой нос, гладко выбритое ухоженное лицо и невероятно обаятельная широкая улыбка. Я почувствовала, как его прохладные пальцы нечаянно коснулись моей руки; это прикосновение обожгло меня, и мои и без того румяные щеки запылали. Я опустила глаза. Его руки были такими же ухоженными, как и лицо. Длинные аристократические пальцы — это они заставили меня покраснеть.

— Девушка, я виноват перед вами и готов искупить свою вину, — сказал незнакомец. — Я просто обязан подвезти вас домой.

— Спасибо, — ответила я, и это означало «да».

Он взял тяжелый пакет у меня из рук, и мы вышли на улицу, где в несколько рядов стояли припаркованные машины. Мы подошли к новенькой серебристой «Ауди».

— Прошу. — Незнакомец открыл передо мной дверцу, и я села, стараясь натянуть короткую юбку пониже.

— Может, познакомимся? — спросил он и, не дожидаясь ответа, протянул мне руку. — Макс.

— Катя, — ответила я тихо и ощутила новый прилив жара от прикосновения его руки.

— Куда едем, Катя?

Я назвала адрес.

— Катя, я хочу пригласить вас завтра вечером на чашечку кофе, — сказал Макс, подъезжая к нашему дому.

— Завтра? — почему-то переспросила я.

— Да, завтра в восемь вечера я буду ждать вас на этом месте, — сказал он приятным голосом, и по его тону я поняла, что возражения не принимаются.

— Идет, — как-то сразу согласилась я.

Быстро схватив пакет, я бросила на ходу «Спасибо. До свидания» и, не оборачиваясь, побежала к подъезду.

Поставив на стол пакет, я сразу же направилась в свою комнату. Мне было непонятно, почему этот человек, который, судя по всему, был вдвое старше меня, так меня взволновал. И почему я так растерялась и оробела? Почему пальцы Макса обожгли мою руку, а от прикосновений Сергея я ничего подобного не испытывала? И зачем я согласилась пойти с новым знакомым в кафе? Я не понимала себя и, занервничав, начала шагать по комнате туда-сюда. Немного успокоившись, я решила, что никуда завтра не пойду и никогда больше не увижу Макса.

Ночью я плохо спала, что случалось со мной крайне редко. А когда под утро наконец уснула, то чувствовала прикосновение его пальцев, легкое, едва ощутимое, но заставлявшее трепетать каждую клеточку моего тела.

Целый день я не находила себе места. Когда позвонил Сергей и сказал, что вечером придет ко мне, я сослалась на головную боль. Впервые я не захотела с ним встретиться и солгала ему. Ближе к вечеру я уже не сомневалась, что пойду с Максом в кафе. «В этом нет ничего плохого, — решила я. — Могу же я выпить чашечку кофе с другим мужчиной, пока не замужем?»

Я долго рылась в шкафу, решая, что надеть. Среди множества вешалок я выбрала одну, на которой висело красное короткое платьице. Может быть, я выглядела в нем немного вульгарно, но в этот вечер мне было наплевать. Яркая помада придала мне нагловатый, но уверенный вид.

Мне не удалось выйти из дома незамеченной. Как только я застегнула босоножки, черные, лакированные, на высоких каблуках, из кухни высунула нос мама:

— Катюша, куда это ты?

— Прогуляться. Вечер такой хороший…

— А Сережа?

— Что Сережа? — раздраженно спросила я.

— Сережа придет?

— Нет, сегодня не придет, — резко ответила я, но, посмотрев на растерянное мамино лицо, уже мягче добавила: — Не волнуйся, у нас все в порядке. Могу я прогуляться, пока еще свободна? А?

— Ну, иди, — дала мне «добро» мама, словно я была школьницей, отпрашивающейся у нее на первое свидание.

А я действительно чувствовала себя так, будто шла на первое свидание — трепетала и волновалась, не осознавая до конца, зачем это делаю.

Машина Макса стояла чуть поодаль от подъезда. Я подошла к ней, и передо мной открылась дверца.

— Добрый вечер, — сказала я как можно смелее.

Мне до сих пор было неловко за свою неуклюжесть в супермаркете.

— Здравствуйте, Катя. — На лице Макса появилась приятная, искренняя улыбка. — Прекрасно выглядите.

— Спасибо, — ответила я, стараясь не смотреть на него.

— Раз я виноват в случившемся, значит, право выбора кафе за мной. Вы не возражаете? — спросил он, разворачивая машину.

— Нет, не возражаю, — ответила я.

Мне действительно было все равно, куда мы поедем.

Мы остановились у бара с летней площадкой. Официант провел нас к свободному столику.

— Что будете пить, кофе или шампанское? А может быть, вино? — спросил Макс, садясь напротив меня.

— Кофе. Эспрессо. — произнесла я глухим голосом.

— Тогда я — тоже.

Был прекрасный летний вечер. Дневная жара спала, и легкий прохладный ветерок, доносившийся с озера, играл моими волосами, щекотал шею и забирался под подол платья. Здесь, в полумраке, под тихую успокаивающую мелодию мы беседовали обо всем и ни о чем, и