Моя чужая королева - Лия Юмай

— Прошу прощения, вынужден ненадолго вас покинуть, — я склонился и поцеловал её руку, чуть погладив кисть подушечкой большого пальца.

— Очень жаль. Возвращайтесь.

— Непременно.

За дверью лицо Максия приняло тревожное выражение:

— Сюда, Ваше Высочество, скорее.

— Что случилось?

— Вернулся некромант с каменоломен. Едва живой. Все полицейские погибли. Но это ещё не все новости.

Мы дошли до малой гостиной. Блэксон Коэн лежал на диване. Его одежда была разорвана и клочьями свисала с плеч и колен.

— Барон Коэн, не обращайте внимание на мой внешний вид, это иллюзия для карнавала. Докладывайте. Что произошло? Не вставайте, прошу.

— Ваше Высочество! — некромант приподнял голову с подушки. — Там полчища нежити! Они скоро доберутся до Окса! Они всех съели, всех!

В глазах некроманта стояли слёзы.

— А вы? Вы что, не могли их упокоить?

— Их слишком много, Ваше Высочество! Я еле ноги унёс!

— Они же были в котловане. Они что — выбрались?

— Мы дошли до котлована. Я не успел начать работу по упокоению, как прямо из недр горы на нас двинулись другие мертвяки. Мы смогли убить несколько десятков, прежде чем...

Блэксон закрыл глаза руками.

— Что произошло дальше?

— Я сбежал, Ваше Высочество! Надо закрывать город! Если они двинулись за мной, то будет беда!

— Город? У нас же ещё несколько деревень между Оксом и каменоломнями.

— Деревни в стороне. Если нежить пошла за Блэксоном, она уже могла войти в главные ворота. Я предупредил стражников, чтобы их закрыли. Ваше Высочество, ими кто-то управляет, я уверен!

— Это вполне логично. Значит нам нужны сильные некроманты.

— Я, к сожалению, истратил весь резерв.

— Не хотелось бы беспокоить сейчас отца, но надо ему написать, пусть пришлёт некромантов через затяжной портал.

— Ваше Высочество, это как раз вторая неприятная новость, — "обрадовал" меня Максий. — Император прислал срочное распоряжение закрыть портал.

Я нахмурился:

— Почему?

— Там прорыв нечисти.

— Да что происходит? Максий, распорядись, чтобы Блэксону выделили покои и прислали лекаря.

Лорд Орсон кивнул и вышел передать приказ.

— Блэксон, что вы думаете? Откуда там нежить?

Некромант ответил слабым голосом:

— Ваше Высочество, такие масштабы похожи на... диверсию. Или даже войну.

— И кто, по-твоему, нам угрожает?

— Не могу знать, Ваше Высочество.

Я вышел в холл и сказал Максию:

— Гости ничего не должны заподозрить. Бал скоро закончится. Соберёмся для совещания в тронном зале. Убедись, что вся стража и полиция в городе предупреждена об опасности.

Лорд Орсон кивнул. А я вернулся к гостям.

Тория

Перед балом Винцент бесился:

— Что за законы такие? Это же дикость, соблюдать настолько древние традиции! Не вздумай там с кем попало целоваться! Поняла? И я должен знать, какая у тебя будет иллюзия!

— Винцент, успокойся. Это всего лишь озорной праздник. Если хочешь, я расскажу тебе, какой у меня образ. Но тогда и ты должен рассказать. И проведём время вдвоём, — попыталась я утихомирить мужа.

— Ладно, наверное, так будет неинтересно. Не будем выдавать свои костюмы.

Я вздохнула. Винцент часто ревновал меня на пустом месте.

По пути в Окс я вспомнила то утро, когда все мои наивные надежды и мечты о любви распались словно карточный домик.

В тот вечер Винцент не пришел в нашу общую спальню. Так иногда бывало. А утром, когда я вышла на раннюю прогулку в сад, я увидела его, выходящим из покоев леди Фионы Дан Жан, моей первой фрейлины, и, как я считала, подруги.

Почему-то не Винцент, а я спряталась за шторой, безумно боясь, что он заметит. А потом плакала в саду, обнимая единственного, как оказалось, верного друга, большого белого пса Эльса. В тот вечер во дворце гостили родители, и, улучив момент, я рассказала про своё открытие маме.

— Дочь, он будущий король! Хорошая жена должна закрывать глаза на некоторые вещи. Но и в обиду себя не давай.

— Это как?

— При случае покажи его любовнице, что ты не бессловесная овечка, и ноги об тебя вытирать не получится.

Так как наш разговор прервали, я не успела узнать у мамы, что именно она имела в виду.

С самого детства я слышала от неё:

"Держи лицо! Ты будущая графиня! Мы не плачем, не печалимся. Но и громко не смеёмся. Это признак дурного воспитания."

Вот и наплакавшись вдоволь наедине с Эльсом, я вернулась из сада, только когда высохли слёзы. И больше не печалилась. Однако, с тех пор, ночи с принцем, а затем и королём, стали моей личной пыткой. Все чувства к Винценту угасли словно костёр, залитый водой. Но я исправно играла роль любящей супруги, а, позже, и мудрой королевы.

Когда пришла пора уходить, мне стало грустно от того, что мой спаситель, с которым я так безрассудно поцеловалась, покинул меня. А ведь мне показалось, что наш поцелуй был особенным. Уже у самой двери, я вдруг почувствовала тепло за спиной и застыла. Он склонился к самому уху и прошептал:

— Может, вы скажете мне своё имя, прекрасная нимфа?

Сердце забилось радостно, но я одёрнула себя: мне не пристало заводить интрижки на стороне.

— Прошу прощения, не могу. Спасибо за прекрасный вечер, милорд!

Ивор

Она ускользнула. Села в одну из множества одинаковых карет, приготовленных для гостей с целью не выдавать их иллюзии. В карете они вернут свой внешний вид, и кучер с охранником доставят их, куда скажут.

Я порывался проследить за экипажем незнакомки. Но не мог. Меня ждал совет. Будущие императоры не имеют права терять голову.

Я быстрым шагом вошёл в тронный зал. Семеро моих советников и Максий уже ожидали меня.

— Господин Гринель, срочно возьмите людей и скачите к воротам города. Если угроза нападения нежити реальна, верните гостей, которые живут за пределами Окса, во дворец.

Гринель бросился исполнять указания.

— Если у вас есть соображения по поводу происходящего, я готов их выслушать.

— Позвольте мне, — подал голос барон Милиор, — По моим сведениям, Ваше Высочество, Фарна обнищала за последние два года. Король каждый месяц поднимает