Жена для Императора морей - Ева Кофей

— Да-да, — кивает она и снова ускоряет шаг. — А он будто к тебе шёл, пусть и на меня, — в голосе плохо скрываемое довольство, — смотрел. Знакомы? А тот, другой, друг его?

— Смотрел… Да, ему видимо всё равно, на кого смотреть! В смысле, неважно, ты поняла. Жуть какая, ещё вокруг никого, надо скорее добраться до отеля. А я ещё хотела на рынок сходить…

— Вместе сходим попозже, ничего! Жуть, ветер какой, — спотыкается она обо что-то и наступает в лужу. — У меня туш потекла? Посмотри, — по лицу её ручьями стекает вода.

— Я вижу какое-то размазанное пятно, Маринка, блин! — Люба щурится. — Нашла время.

Над ними снова громыхает.

Марина вскрикивает и прикрывает руками голову.

— Бежим! Что мы идём, как дуры? — бросается она вперёд.

Любе кажется, что мужчины их догоняют, а со стороны моря надвигаются какие-то тени.

Она спешит за подругой. Дождь как из ведра, ничего не видно, и вскоре Любовь теряется в сером мареве и не может найти Маринку.

Потерялась. Словно в трёх соснах. Но здесь даже деревьев нет! Ни одного.

Зато её находит Роман…

Он врезается в неё, едва не сбивая с ног, но затем его крепкие руки смыкаются у Любы на талии, не позволяя ей упасть. Ладони будто непроизвольно ползут ниже, опаляя её кожу жаром сквозь промокшую холодную ткань.

Люба вскрикивает, больше от неожиданности и испуга:

— Ах ты чёрт! А ну иди сюда!

Но верная подруга хватает её за руку и буквально уводит в сторону от мужчины.

— Ты чего, идём! — ведёт её к ступеням отеля. — Быстрее, Люб!

— Д-да… Мерзость! Меня кто-то облапал! Ты не видела, кто это был?

— Что? — удивляется она, уже заходя в просторный холл и оставляя шумную бурю позади двери, — нет… Может осьминог? Я слышала, ветер с моря может всяких тварей подхватывать и швырять их в людей. На тебе, — отступает на шаг, — никого нет?

— Я очень сомневаюсь, пыльцы были горячие и… человеческие.

Люба пытается вытереть очки о промокшую насквозь одежду.

— Ну и погодка, — улыбается им администратор с ресепшена.

Симпатичный молодой человек.

— Вам чем-нибудь помочь?

— О, да! — радуется Маринка, но чем именно он может помочь, не знает. — Там буря, восьмируки, как выяснилось, — косится на Любу, улыбаясь, — и холодно. Можно, чтобы нам кофе принесли? С булочками. И шоколадкой! — добавляет спешно.

— Я не уверена, что это входит в… — тянет Люба, но парень прерывает её:

— Конечно! Вам принесут всё в номер.

Наверное, хороший отзыв хочет. Надо будет написать. С упоминанием имени.

— Молодой человек, а есть обо что очки протереть?

— Да, подойдите ко мне.

Он кладёт её руку на ткань, и Люба протирает стекло.

Рома заходит в холл, едва ли не отплёвываясь от воды. Друг появляется чуть позже и с недоумением замечает его, застывшего на месте.

— Ясно… — тянет Рома полушёпотом, хотя в голосе непонимание.

Люба стоит почти вплотную к какому-то парню и теребит, кажется, его… рубашку?

Маринка замечает их и трогает подругу за плечо.

— Эй…

Люба не сразу замечает, что именно ей дали в качестве тряпки. Находит это немного странным — но мало ли? Наверняка под рукой ничего не оказалось, а парень не хотел упасть в грязь лицом.

— Спасибо, — она отстраняется, нацепляет очки и, наконец, оборачивается. — Что… — шёпот.

Что они тут делают?

Она быстро забирает ключи от своего номера и спешит скрыться в коридоре и подняться по лестнице вместе с Мариной.

Рома, обменявшись с Валерой красноречивым взглядом, идёт за ними.

— Вот ведь… — шепчет Маринка сбивчивым голосом от быстрой ходьбы. — Слушай, но ты не обижайся, я сразу спать пойду к себе. Ты главное — дверь замкнуть не забудь. Ой… — замечает она вдали две надвигающиеся фигуры.

Любе надоело убегать.

— Иди, — отсылает она  Марину, а сама встаёт посреди коридора и упирает руки в бока. — Я разберусь.

— О, — тянет она, отступает в сторону и замирает у своего номера. Любопытно же.

Рома подходит всё ближе, рассматривая Любу с откровенным интересом.

И обходит её, после чего открывает дверь своего номера. Молча.

Она только собиралась открыть рот, чтобы высказать ему всё…

— Иди, иди, — цедит сквозь зубы.

Они живут в одном отеле! Напротив друг друга!

Роман, оказавшись у себя, вновь бросает на друга, который зачем-то зашёл следом, странный взгляд.

— Фигурка у неё реально, что надо! Я уже… обследовал. Она стояла так, будто меня ждала. Ну я и…

На самом деле это вышло случайно, но не говорить же об этом Валере.

— Две пары баб — и всё мимо. День зря прожили. Погода мерзкая. Выпьем?

— Да чего мимо! Говорю же, она в моих руках была, — для наглядности он протягивает вперёд раскрытые ладони.

Валера морщится и окидывает другом взглядом, мол, вот она — старость.

— И этого тебе достаточно?

— Так это начало. Она ведь думать теперь обо мне будет.

— Она вообще знает, что это ты был? Может быть, на меня думает. Пойду к ней постучусь, — ухмыляется.

— А, ну стой! — преграждает Рома ему путь. — Здесь будешь. Хватит девок пугать, всё испортишь мне.

Валера ухмыляется в ответ и остаётся в номере.

***

Если даже Маринка решила закрыться у себя — что говорить о Любе?

Если есть какие-то резервуары с энергией, то у неё он всегда был весьма скромных размеров.

Люба запирается, дважды перепроверяет дверь, зашторивает окна и принимается раздеваться по пути к душу.

Одежда валится мокрыми комьями на пол, по коже пробегается холодок.

Ещё пару шагов вприпрыжку и…

— О да…

Она забирается под тёплые струи воды.

Невероятно приятно.

В такие моменты кажется, что нет ничего лучше.

Люба намыливает голову, ведёт рукой по шее ниже и вскрикивает.

Словно на ней повисла змея или щупальцы осьминога.

Но нет, всё гораздо хуже — она совершенно забыла про бусы. Почему-то, даже когда раздевалась, не почувствовала, что на теле осталось что-то ещё.

Украла, получается.

— Воровка, выходит, — вторит Люба своим же мыслям, от этого становится так неприятно, что всё удовольствие от горячей воды спадает на нет.

Как объяснить продавщице, что она ненамеренно?

С