Кафе госпожи Аннари - Юлия Шахрай

Глава 2

Для начала я попросила изготовить пирожные из бисквитного текста с кремом, подкрашенным свекольным и морковным соками, а ещё эклеры и два вида печенья. Повара работают с самого утра, поэтому к приходу художника наш холодильный шкаф набит образцами десертов.

Показываю их Даймрэ, рассказываю про каждый и предлагаю выбрать, что нарисовать сначала.

Он воодушевляется:

— Думаю, начнём с пирожных. Но я хочу уточнить по поводу эйклиров…

— Эклеров, — поправляю я.

— Точно! Если я изображу их, как есть, будет непонятно, что внутри крем. Может, стоит нарисовать целиком, а потом в разрезе?

— Отличная идея, — одобрительно киваю я.

— А я могу попробовать ваши десерты?

— Конечно. Когда устанете, можете съесть то, что уже нарисовали, а если что-то останется, Риса упакует вам с собой.

— Замечательно! Тогда я приступаю к работе. Буду делать наброски и помечать цвета, а доработаю уже в мастерской. Ещё хочу уточнить по поводу расположения в меню десертов, их названий и цен. Что думаете, если рисунок будет слева, название в центре, а цена справа?

— Мне нравится.

— Я правильно понял, что некоторые десерты выглядят похоже, но будут с разными начинками?

— Верно.

— А что насчёт стоимости?

Считаю, что цена белкового крема не должна отличаться от масляного или заварного, поэтому уточняю:

— Думаю, будет одинаковой на один вид десертов.

— Вы сказали, что все эти вытянутые пирожные «эклеры», но будет ли у каждого своё название?

— Название?

— В ресторанах принято давать пафосные наименования блюдам. Например, жареное мясо там могут назвать «Нежнейший жареный свиной бок под соусом из грибов». Ваши будут такими же длинными?

— Как-то я об этом не подумала. Минуточку.

Отправляюсь на поиски Варисы. Найдя её в гостиной, обрадованно переваливаю появившуюся проблему на её голову. Она хмурится:

— Даймрэ задал хороший вопрос. Думаю, «эклеры» будет сложно восприниматься, а если мы в названии будем упоминать вид крема, это может запутать покупателей. Может быть, белковый будет «белым», масляный — «с морковным соком», а заварной — «со свекольным соком»? И назовём не эклером, а как-то по-другому? «Закрытое пирожное»?

— Звучит неплохо. Тогда пирожные с кремом сверху можно будет назвать просто «кремовыми»; с песочной основой — «корзинкой с кремом»; те, в которых орехи — «ореховыми». А когда появятся фрукты и ягоды, добавим «ягодные».

— А печенье можно разделить по форме. Какие-то делать круглыми, какие-то квадратными, какие-то треугольными.

— Отлично.

— А ещё Даймрэ спросил, будет ли отличаться стоимость пирожных с разными начинками?

— Думаю, будет проще, если продавать их по одинаковой цене. А что думаешь ты?

— Я с вами согласна.

— Тогда пойдём сообщим художнику.

Даймрэ выслушивает нас и предлагает:

— Давайте тогда я вверху расположу название, затем нарисую пирожные с разным цветом крема, под каждым подпишу его цвет, а цену расположим в самом низу?

— Хорошо.

Из-за того, что со стоимостью пирожных мы пока так и не определились, просим оставить это напоследок. Он соглашается и уточняет:

— Мне рисовать пирожные вместе с блюдцами, или без них?

До меня доходит, что посуду для кафе мы пока не купили. А надо бы.

Вздыхаю:

— Давайте без блюдечек.

Когда выходим, делюсь новой проблемой с Варисой. Она улыбается:

— Радует, что ты вспомнила об этом сегодня, а не в день открытия. Я знаю парочку магазинчиков с хорошим выбором. Могу показать.

— Сейчас не получится. Мастер обещал, что сегодня доставит мебель. Нужно убедиться, что она такая, как мы договаривались, и расплатиться.

— Тогда я поеду с тобой. Покажу, как расположить мебель в своей спальне. Да и над остальными комнатами подумаем.

Приезжаем как раз вовремя, чтобы проконтролировать процесс переноски, сборки и установки мебели. Всё проходит гладко, поэтому уже спустя час жилая часть нашего дома выглядит гораздо более обжитой.

Затем мы обсуждаем с мастером Биззаброзом ремонт и отправляемся в посудную лавку.

Нам везёт, в первом же месте находим чашки и тарелки, покрытые эмалью нужного цвета. Вариса уточняет, можно ли дорисовать листочки на готовые изделия, и лавочница заверяет, что да. Достаточного количества посуды в наличии нет, но можно заказать, что мы и делаем. Чайные ложки и вилки приобретаем в этом же магазине и оставляем адрес для доставки.

Как замечательно, что проблема решилась, не успев возникнуть!

По возвращении домой выясняется, что художник продолжает усердно трудиться. Чашка недопитого чая и недоеденное пирожное говорят о том, что Даймрэ прерывался на перекус.

Очень любопытно, понравится ли мне его работа, поэтому прошу показать наброски. Опасаюсь, что моё недоверие его обидит, но он спокойно протягивает несколько листов:

— Я зарисовал подробно только с края, чтобы понимать, какая текстура какого цвета. Попробовал разные ракурсы и показываю самый, на мой взгляд, удачный.

Рисунки меня поражают: большая часть пирожного изображена схематично, а вот та, что он успел прорисовать, напоминает фотографию, пусть и плохого качества. Само пирожное расположено так, что видны слои и украшенная цветком верхушка. Киваю:

— У вас действительно талант. Мне очень нравится.

На щеках художника появляется румянец и он смущённо опускает взгляд:

— Спасибо.

— Не буду вам мешать. Продолжайте.

Отвожу Рису в сторону и прошу накормить Даймрэ обедом. Десерты — это хорошо, но основной приём пищи из-за них пропускать не стоит.

Пользуясь тем, что выдалась свободная минутка, отправляюсь к дочке.

Татины в её комнате нет. Смотрю в окно, выходящее в сад, и вижу родной маленький силуэт, мелькающий среди деревьев. Похоже, они с Литой и Чернышкой играют в догонялки, а Мира за ними присматривает.

Улыбаюсь. Думала, дочка будет сидеть и ждать, пока её мамочка освободится? Как бы не так. У малышки своя жизнь и есть занятия поинтереснее.

Раз уж план провести время с дочкой провалился, отправляюсь к Варисе, которая собиралась вернуться к муштре персонала.

Прихожу в разгар импровизированного спектакля: баронесса и Рансон сидят за столом, видимо, изображая клиентов, а подавальщица Биана, румяная черноволосая девушка с пышными формами, несёт им пустые стаканы и блюдца. Вариса внезапно начинает эмоционально жестикулировать, но подавальщица не теряется и быстро отступает на полшага. Затем привлекает к себе внимание:

— Господа, позвольте расставить на столе угощения, которые вы заказали.

Баронесса величественно кивает, ждёт, пока девушка расстелет салфетки, расставит тарелки и стаканы, а затем одобрительно произносит

— Уже лучше. Ты всё ещё иногда забываешь об осанке, но говоришь уверенно и уворачиваешься ловко. В будущем старайся заранее понаблюдать за гостем, чтобы знать, как