Его строптивое счастье - Анна Мишина

Завтрак проходит в болтовне детей и их бабушки. А после Лика порывается помочь убрать со стола, но Зоя отправляет их переодеваться, пообещав погулять в парке.

Тут-то я понял, что сейчас начнется.

— Максим, — внутри что-то екнуло.

— Да, Зоя Петровна, — собираю все терпение в кулак.

— Ты ушел с работы, — звучит претензия.

— Да, совершенно верно.

— На что ты собираешься содержать детей?

— Я первый день дома, Зоя Петровна. Хочу лишь быть чуть свободнее. Не волнуйтесь, я найду, чем себя занять и как обеспечить своих детей.

— Им в школу в новом году. Да и Новый год на дворе, это траты…

— Зоя Петровна, давайте я сам буду разбираться с этими вопросами. На данный момент мы не бедствуем, — перебиваю ее.

— Но…

— Разговор окончен.

— Да кем ты пойдешь? Кроме как командовать, ничего и не умеешь, — взрывается возмущениями женщина.

— Да хоть таксистом, — все же удалось не повысить голос. — Все хорошо, не стоит переживать, — нарочито спокойно выдал.

— Вот Полина…

— Давайте не будем о Полине, — огрызнулся.

Женщина вспыхнула, но не издала ни звука.

— Я забираю детей на прогулку. Часа на два, — отчиталась.

— Буду благодарен, — отвернулся к подоконнику, опершись о него руками.

— Ба, мы готовы, — обернулся на голос Лики.

Оба одеты по погоде. Разве что нужно причесать Лику.

Теща, вздохнув, но не проронив ни слова, повела детей собираться дальше. Вскоре за ними закрывается входная дверь и я остаюсь один дома. В тишине.

Ну, хотел быть ближе к детям. В придачу к этому еще и ближе к родственникам. Но не настолько же, чтобы мне во второй день тут же высказали свое “фи”.

Естественно, я сел за поиски вакансий. Нет, варианты службы я не рассматриваю. Наелся. А вот что…

Пролистнул все возможные вакансии, даже обзвонил парочку. Но все оказалось не так-то и просто, как казалось на первый взгляд.

Я мысленно после разговора с предполагаемым работодателем возвращался к предложению Алексея Петровича.

Глава 3

Макс

— Пап, — над ухом пыхтит недовольный детский голос.

— М? — отворачиваюсь.

Лег поздно, глаза не могу продрать.

— Пап! — с другой стороны, где моему лицу так комфортно на подушке, тоже детское жужжание.

— М? — пытаюсь открыть глаз. Один хотя бы.

— Мы в сад идем или нет? — на этот раз я точно различаю Ликин голос.

— Да пусть спит, тебе жалко, что ли? И мы бы спали, — недовольно пыхтит Лука.

— Тебе бы только спать, — огрызается заноза. — А у нас репетиция утренника. А мне еще на балет. А тебе на хоккей.

Вот что это за маленький гном? И бубнит-бубнит.

— Я не бубню, — говорит дочь.

А я понимаю, что сказал свои мысли вслух.

— Извини, — все же открываю глаза. В них словно камаз песка насыпали. — Сейчас встану. Все успеем.

— Пошли, — зовет брата. — Пусть соберется с мыслями. Это не бандитов гонять, — проговорила дочь и прикрыла за собой дверь.

А я уткнулся лицом в подушку. Маленькая заноза. И все это она в шесть лет понимает. Что будет еще через шесть? Даже боюсь представить.

Соскреб себя с постели. Да что же я таким убитым себя ощущаю? Все ночные посиделки за ноутом в поисках работы. И в итоге ничего такого, за что можно ухватиться. М-да.

Закрывшись в ванной, уставляюсь на себя в зеркало. Вот это у тебя рожа… помятая.

Включаю холодную воду и, подождав пока сойдет немного, загребаю в ладони ледяной, умываюсь. Бодрит. В душ бы, да времени нет.

Почистив зубы, выхожу. А на кухне уже шуршит Лика.

— Я чайник поставила. А ты себе пиццу погрей. Нам-то завтракать еще в саду, — заявляет маленькая хозяюшка.

— Угу, ставлю, — слушаюсь я и выполняю указания.

— Не забудь нас забрать в пять, — проговаривает Лика, когда выпрыгивает из машины.

Беру обоих за руки и веду в сад.

— О, какие люди, — кто-то довольно восклицает.

Поворачиваю голову и натыкаюсь на знакомую физиономию.

— Давно не виделись, — протягиваю ладонь поздороваться со знакомым.

— Ты в отпуске, что ли? — спрашивает Митя.

Было дело, в сервис тачку гонял, а разговорившись с мастером, поняли, что дети наши в один сад ходят.

— Ага, — отмахиваюсь. В подробности вдаваться не люблю.

— Ну и правильно. Я думал, у ваших его в принципе не бывает, — усмехается.

— Ну что мы, не люди, что ли, — отвечаю.

— Пап, — дергает Лука за руку. — Идем.

— Ладно, мы пошли, — киваю мужику.

Зайдя в группу, замечаю на себе взгляды мамочек.

Лика, задрав нос, сама переодевается. Лука тоже все сам. Стою, опираясь о шкафчик, наблюдаю.

Выходит воспитательница. Или нянечка. Нечастым я гостем тут был. А дети весной выпускаются. М-да…

— Ой, Максим Сергеевич, давно вас не видели, — заулыбалась женщина среднего возраста.

Няня или воспитательница? Не припомню.

— Работа, она такая, — отвечаю.

Цепким взглядом оглядывает меня. То, как цепляется взглядом за правую руку, не остается мной незамеченным. Усмехаюсь. Бойкая дамочка.

— А вы временно выбрались или что-то у вас поменялось? — она явно что-то хочет предложить и мне это уже не сильно нравится. Чутье подсказывает, что мне не отвертеться.

— А что вы хотели?

— Об этом я хотела бы с вами поговорить без детей, — кокетливо улыбнулась. — Лика, Лука, в группу идите, — обратилась к детям.

— Пока, пап, — поцеловала меня Лика и шепнула на ухо: — Готовься к бороде и внучке, — взяла Луку за руку и потянула за собой.

А я не понял, о чем это она.

Дамочка, думаю, все же воспитательница, направилась в коридор, пока в раздевалке толпились родители с детьми. Я за ней.

— Так о чем вы хотели поговорить? — начинаю я, убирая руки в карманы джинсов.

— Сами понимаете, наверное, как сложно в женском коллективе без мужчин, — проговорила она, улыбнувшись.

Я поперхнулся.

— Утренник на носу. И нам нужен Дед Мороз. А вы, — снова этот взгляд голодной тигрицы, — очень подходите на эту роль.

— В смысле, старый? — усмехнулся.

— Нет, ну что вы, — заулыбалась еще шире.

“Это виниры или коронки?” Мелькнула мысль.

— Вы мужчина. И даже с бородой. Костюм у нас есть. Мы вас на день сняли бы.

Я снова поперхнулся.

— Простите, — откашлялся.

— У всех групп в один день утренники. С интервалом в час. Смогли бы вы найти для нас время?

— Я не обещаю, правда. Сами понимаете, дети, работа… — пытаюсь съехать с этой темы.

— Я понимаю, — кивает она. — Но я вас очень попрошу. Вы представляете себе нашу завхоза Наталью Андреевну Дедом Морозом?

— Нет, — отвечаю честно. Я в целом вообще Наталью как ее там не представляю.

— Вот и лучше детей не