Не доводите женщин до греха - Елена Артемова

«Ну, крошки мои, опять что-то придумали», — я шагала за официантом, прокладывающим нам дорогу через танцпол. Пару раз пришлось скидывать чужие руки со своей задницы, один раз вмешался официант, потому что, проходя мимо крайнего из столиков, меня кто- то резко притянул к себе на колени, и встать я уже не смогла, удерживаемая в крепких объятьях. «Фу, мерзость какая», — поморщилась я, когда мы продолжили путь. По небольшой винтовой лестнице в углу мы поднялись на второй этаж, пересекли балкон и оказались в коридоре, по обе стороны которого располагались совершенно одинаковые черные двери с массивными золочеными ручками. Остановившись у той, что была с цифрой семь, официант извлек из кармана маску и протянул ее мне. Я с недоверием уставилась на его руки:

— Зачем?

На что он лишь покачал головой и, обойдя сзади, ловко завязал ее на моих глазах, лишив полностью способности видеть.

«Ну блин, девочки… Погодите, что там может быть? Стриптизера что ли заказали?» — я гадала и нервничала, но вслух ничего не сказала.

Тихонько открылась дверь, и я нерешительно шагнула за порог.

«Тук- тук — тук», — стучали мои каблучки по паркету. «Тук- тук- тук», — в такт им стучало сердце, как мне казалось, оглушающе громко. Настолько, что слышно даже в соседней комнате. Я замерла у порога, не зная, что делать. Легкое дуновение ветра, и дверь закрылась за моей спиной, отсекая все звуки, доносящиеся с танцпола. Тишина. Темнота. И ничего не происходило.

— Какого черта? — я потянулась к завязкам, желая стянуть маску с лица, но миг — и мои руки прижаты чужими горячими ладонями.

— Не спеши, — жаркий шепот у самого уха, от которого внизу живота все сжалось в тугой узел.

Я послушно опустила руки. «Черт, что я творю? Почему слушаю? Стою как дура посреди комнаты, ничего не вижу. Мне надо бежать отсюда», — буквально вопили все мои инстинкты. Но я стояла послушной куклой в ожидании команды.

— Умница, — похвалил меня незнакомец, стоя почти вплотную.

Так близко, что я вдыхала его запах — терпкий, мужской, который заставлял меня чувствовать возбуждение. Его руки плавно очертили мои плечи, спускаясь ниже. Талия, бедра. Резкий разворот, и вот я уже лицом к нему, но маска по- прежнему не давала увидеть его лица, и я потянула к нему руки. «Хочу коснуться, чтобы… чтобы что?» — злилась я сама на себя. И, по- хорошему, надо бы уйти, но я понимала, что не хочу. Не могу. Он дал дотронуться до лица. «Высокий» — отметила я про себя, запуская пальцы в жесткие волосы, и с удовольствием провела по ним. Опустилась ниже, исследуя широкие плечи под рубашкой, широкую грудь. Отметила тугие мышцы. «Неплохо», — одобрительно кивнуло на это все мое второе я.

Он перехватил руку и поцеловал раскрытую ладонь, и мои щеки моментально залились краской. А затем накрыл губы поцелуем, заставляя забыть, кто я и что происходит. Меня уже не волновало то, что я совершенно не знаю, кто рядом, где я, в данный момент меня беспокоило, что он остановится. И я прижалась к нему всем телом, выгибаясь навстречу. Где- то еще мелькала мысль, что белье на мне некомплект. Потому что под это платье, по- хорошему, вообще белья не нужно, но приличным девочкам нельзя, и я надела единственные стринги в своем гардеробе. «Плевать, только не останавливайся». Его руки легко подсадили меня под бедра на что- то холодное и твердое, наверное, стол, но мне все равно где. Главное, с ним. Из нежных и дразнящих, поцелуи стали требовательными и жесткими, словно жалящими. Но мне не нужна его нежность. Он вклинился между бедер, давая почувствовать свое возбуждение. Руки незнакомца легко расправились с завязками платья, отправляя его на пол. Я потянулась к его ремню, торопясь и волнуясь, будто секс со мной в первый раз. Но не смогла справиться, и он пришел мне на помощь, разделавшись с застежкой самостоятельно. Руки на моей груди, губы… и я откинулась назад, чтобы насладиться его лаской. Возбуждение и страсть. Это не имело ничего общего с тем сексом, что был с моим бывшим, это что- то новое и запредельное по эмоциям. Резкий толчок, и он замер на мгновение, давая привыкнуть к ощущениям. Незнакомец начал двигаться все резче и резче, выбивая стоны из моей груди. Я не знаю, как в романах во время процесса еще умудряются разговаривать? У меня все слова вылетели из головы. Спроси в тот момент, как меня зовут, и я бы ни за что не вспомнила. Столешница под спиной холодила, добавляя необычных ощущений. На смену поцелуям пришли укусы, придавая остроты. Резкий рывок- и я уже прижата грудью к столу, а он жестко трахает меня сзади. Именно трахает, потому что то, как он двигался, иначе не назвать. Намотав на кулак мои волосы, он двигался яростно и быстро. Стоны, шлепки лишь распаляли нас обоих. В какой- то момент меня накрыло как никогда, и я закричала, рискуя сорвать голос, и он сорвался вслед за мной.

Невесомый, невинный поцелуй в макушку, звук молнии на брюках, и он вышел из комнаты. У меня не было сил, чтобы подняться. Я медленно сползла на пол, снимая повязку. Так и есть: длинный стол, комната, по обстановке напоминающая кабинет. И я вдруг четко осознала, что я попала. Потому что все, кто будут после, уже не имеют значения. Потому что так как с ним, не будет ни с кем.

«Твою мать! — ругала я себя, — Надо убираться отсюда». Вот у стола бордовой кучей лежит платье, под столом валяется верх, а стринги? «Где мои трусы? Забрал что ли? Извращенец… Ладно, под платьем не видно», — я лишь махнула рукой. Оделась и выскочила за дверь.

* * *

Мила с интересом рассматривала коридор, по которому, держа за руку, твердым шагом ее вел управляющий. По обе стороны — черные двери с золотыми ручками, а на каждой цифра с номером. Зачем они идут, она прекрасно понимала и хотела не меньше своего спутника. «5» — именно у двери с такой цифрой остановился мужчина. Он несколько раз постучал. Затем, прижав Милу к стене, впился в губы поцелуем. Охнув от неожиданности, она обхватила его руками и ответила не менее страстно. Одной рукой придерживая девушку, второй он исследовал ее нежное тело, вызывая волну мурашек. С