Причина бессонных ночей - Даша Коэн

— В яблочко, — щелкнула я пальцами.

— А так можно было, да? — заржал Захар, но я даже внимания на него не обратила. — Надуть губы и сказать: «не хочу, не буду»?

— Нет, просто кому-то страшно целоваться со мной.

— Скорее противно, — возразила я.

— Поэтому ты и на вопрос не ответила, да?

— Я не ответила, потому что не хотела опускать ниже плинтуса твое непомерно раздутое эго, мальчик.

— Мальчики в песочнице куличики пекут.

— Ха-ха!

— Ну давай, удиви меня, — подался он ко мне чуть ближе, буквально высверливая взглядом дырку в моем лбу.

Скотина такая!

Ну, ладно, сам напросился!

— А вот и, пожалуйста, мой ответ: нет, ты мне не нравишься. И даже больше — я бы на тебя не клюнула никогда, даже если бы ты был последним парнем на земле. Ясно? Шок-контент для твоих ушей, знаю, но представь себе, не каждая девчонка в этом мире будет пускать слюну на твою самодовольную морду лица. И я так уж точно! И нет тут никаких подводных камней, кроме банального — я из принципа не отвечаю на глупые вопросы.

— Спасибо за честность, но с ответом ты несколько припозднилась.

— Я не буду тебя целовать, — отвернулась я и упёрлась в свое решение, как самка барана.

И вот тут все вокруг загудели, глядя на меня так, будто бы это именно я запорола им всё веселье. Будто бы я нарушила правила приличия и морали. Потому что, ну что еще за дебильные вопросы и желания? Я согласна хоть весь вечер с тазом на голове просидеть, да что угодно сделать, но только не вот это! А как же красные флаги? А как же моя зона комфорта? Что, всем плевать? И вообще, целоваться нужно по любви, а не вот так — когда скорее хочется человека покусать или долбануть чем-нибудь потяжелее по его тупой башке!

Но со стороны уже слышались шепотки:

— Яна реально поди трусит...

— Тим ведь такой крутой...

— Да, он классный...

— А я бы его засосала...

— Я тоже...

— Ага, прямо по-взрослому...

— Да Яна ломается, потому что сама этого хочет...

— Золотова, как всегда, в своем репертуаре...

Ну все! С меня хватит!

— Хэй, я, вообще-то, слышу вас!

— Ну тогда либо соблюдай правила игры, Ян, или вовсе не играй с нами, — подмигнул мне Летов.

— Ладно! — встала я на ноги и мстительно тыкнула пальцем в хозяина этой чертовой квартиры.

И на кой я, спрашивается, вообще сюда приперлась?

— Ладно, — повторила я, — я тебя поцелую, но не здесь. И не при всех.

Вот только реакция парня мне, ой как, не понравилась. Он медленно растянул губы в сумасшедшей улыбке Чеширского Кота и кивнул мне, а затем также неторопливо поднялся на ноги и пошагал неведомо куда, кидая мне через спину.

— Следуй за мной.

И я последовала, игнорируя веселое улюлюканье одногруппников, которым явно понравилось все, что происходило вокруг. И никому не было дела до бедной-несчастной Яны Золотовой, которая шла, словно бы на эшафот, проклиная все на свете и этого невыносимого Тима в том числе.

Повернула за угол. Преодолела темный коридор. Вошла в комнату, на пороге которой меня ждал парень.

А через секунду едва ли не вздрогнула, когда за моей спиной со зловещим щелчком закрылась дверь.

Ловушка захлопнулась...

Глава 3 — Действие

Яна

— Серьезно? — засмеялась я, но немного нервно, оглядывая помещение, в которой оказалась. — Ты привел меня в свою спальню?

— Ты просила другую комнату. Вот — это другая комната, — отстранённо и как-то даже безэмоционально произнес парень, а я тут же к нему повернулась, но в моменте потухла и сдулась, потому что его поза и взгляд не имели ничего общего с тем, как он говорил.

Лед и пламя.

Я сразу себя почувствовала Красной Шапочкой, которая встретила по дороге к бабушке на лесной тропинке злого и голодного Серого Волка. И сейчас он смотрел на меня так, будто бы совершенно точно раздумывал над тем, с какой стороны начать пир, где главным блюдом буду я.

— Ладно, — подняла я голову выше, — покончим с этим.

— Да, я бы тоже поторопился, — демонстративно глянул на свои наручные часы Тим и криво улыбнулся на один бок, так что сходство с лесным хищником стало еще более выраженным.

Ай, да к черту!

Можно подумать, я с парнями не целовалась ни разу, которые мне совсем не нравились. Вот, в восьмом классе за мной бегал Пашка Лыков, противный и щербатый мальчишка, который однажды зажал меня в раздевалке и обслюнявил все лицо. А в девятом почти то же самое провернул уже Сережка Артемьев. Он выследил, где я живу, подкараулил меня в темном подъезде и набросился, пытаясь затолкать свой язык мне в рот по самые гланды. Благо, не удалось. Меня тогда чуть не вывернуло наизнанку от омерзения, и рот с мылом я себе все же тщательно вымыла раза на три, но гадкие воспоминания остались навсегда.

Конечно, этот парень не был похож на моих доходяжных одноклассников. Спортивный, мускулистый, поджарый. С коротким, темным «ёжиком» волос на голове он чем-то напоминал бандита из лихих девяностых. Но бесил меня скорее своим неказистым внутренним миром, чем внешней оболочкой.

Так что, уж как-нибудь переживу экзекуцию, а затем залью рот мятным ополаскивателем и навсегда забуду подобный печальный опыт. А если не получится, то сделаю себе лоботомию. Есть подозрения, что такая мера будет ненапрасной.

— Ну, и чего же ты ждешь? — развела я руками.

— Хотел бы спросить у тебя о том же.

— А, — кивнула я, понимая, куда он клонит, — все ясно. Ну, я, в принципе, не удивлена.

И решительно сделала шаг к нему ближе, намереваясь как можно быстрее со всем покончить, отряхнуться и пойти дальше.

— Поцелуем сейчас вообще мало кого удивишь, — пожал он плечами.

— Ну ты же не конкретизировал свои запросы, — улыбнулась я коварно, раздумывая как раз над тем, чтобы чмокнуть этого гада в щеку и ушиться не только из этой комнаты навсегда, но из квартиры в том числе.

И чтобы ноги моей здесь больше никогда не было!

— Про губы ведь речи не шло в твоем желании, — а