Любовь по предсказанию - Дарья Урбанская

– Тут и не знаешь, что лучше. «Наложница» звучит-то красиво, а вот по сути… Жалко её, конечно. Знать о надвигающейся трагедии, о гибели близких – и не иметь возможности никого предупредить… Ужасная судьба!

– Сама виновата, нечего было хвостом крутить перед Аполлоном!

– А что там у них произошло? – Ерофеева не была сильна в античной мифологии, но абсолютно не переживала по этому поводу. Ведь всегда можно было спросить у гугла или у начитанной Алины.

– По самой популярной версии бог добивался взаимности, а девица слишком кичилась своей красотой. Сначала согласилась, а потом передумала. Ну он и плюнул ей в рот, наградив проклятьем, из-за которого её пророчествам никто не будет верить.

– Фу, гадость какая! – скривилась Ленка, – Антисанитария просто! Но, с другой стороны, хоть проклятьем наградил, а мог ведь и гонореей…

Дельфинова прыснула.

– Может и ей тоже успел, но об этом мифы стыдливо умалчивают.

– Вообще было бы здорово знать, что произойдет в будущем, но, чтобы без этой дополнительной опции в виде клейма чокнутой, конечно, – мечтательно произнесла Ерофеева. – Если б раздавали суперсилы и можно было бы выбрать, я бы взяла себе что-то в этом роде – способность видеть грядущее. Это ж можно было б так озолотиться на пророчествах…

– Не знаю… – протянула Алина, – Даже если предположить, что я верю в возможность предсказания будущего – а я, конечно же, не верю! – это так ненадежно… И потом, люди от этого расслабляются. Подумай сама, если тебе точно скажут, что там и как сложится у тебя в жизни, то зачем напрягаться и что-то самому пытаться сделать, изменить, исправить, улучшить? Лежи себе на печи, пироги жуй, да жди, когда будущее само в твою дверь постучится.

– И отлично, пусть стучится! Главное, чтоб светлое. Да и пироги я люблю.

Прозвенел первый звонок, означающий конец антракта, и многие театралы неторопливо двинулись из буфета в сторону зала. Трое толстых китайцев (да, и такое бывает!) у соседнего фуршетного столика, все как один в джинсах и футболках, начали ожесточённо жевать оставшиеся бутерброды, осознав, что катастрофически не успевают.

– Мне всё-таки кажется, что вариантов будущего бесконечно много, – произнесла Дельфинова. – Вот мы с тобой сейчас шампанское пьём в буфете и слушаем, как китайцы задорно чавкают – и будущее у нас теперь будет одно. А если б плюнули на шампанское и вместо этого пошли фотографироваться на фоне опаловых стен в вестибюле – то будущее другое бы настало. В будущем.

– Это всё как-то сложно очень…

– Да, просчитать все возможные варианты нереально. Поэтому и не верю я во все эти россказни про ясновидение. Самим надо, своими силами. Как говорится, на предсказания надейся, но сам не плошай.

– Ну ты сейчас говоришь точно, как моя религиозная свекровь, – умилилась Лена и, понизив голос, процитировала, – Пашите в три смены и обрящете.

Прозвенел второй звонок. Девушки поставили фужеры и направились к выходу из буфета, присоединившись к остальным желающим узнать, чем же все закончилось там, у троянцев, много веков назад.

4. 37 китайцев, 7 казахов и костариканец

Сизифов труд – бесполезная работа, не имеющая конца.

Сизиф был известным хитрецом, который мог обмануть даже богов. Однажды ему удалось сковать цепями Танатоса, бога смерти, и держать его в заточении несколько лет, вследствие чего люди не умирали. За свои действия Сизиф был жестоко наказан – он был приговорен вкатывать на гору тяжелый камень, который, достигая вершины, неминуемо срывался вниз, так что всю работу надо было начинать заново.

Дождь привычно барабанил в окно, и Алина мысленно погладила себя по голове, что утром обула резиновые сапоги. Сапожки были просто отменные! Молочного цвета, на небольшом каблучке и с молнией сбоку. И что особенно приятно, были куплены со скидкой на последнюю пару самого маленького 35-го размера. Но и за полную стоимость Дельфинова их всё равно взяла бы. Во-первых, в апреле всегда дождливо, а в этом году вообще впору строить ковчег, а во-вторых, очень хотелось себя побаловать. Да что там хотелось – это было просто жизненно необходимо! Нужно было что-то менять в жизни, это факт! А конкретно Алине нужно было менять работу…

Утро началось с очередного скучнейшего совещания.

– Скоро открывается новая программа, – соловьём заливалась начальница отдела, – Проректор сказала, что лично будет присутствовать на открытии. Так что нам нужно быть во всеоружии! Еленочка Павловна, Вы у нас как обычно по связям с общественностью, хорошо? Всех обзвонить, предупредить, напомнить.

Упомянутая коллега кивнула.

– Наташенька, Вы по хозчасти – не забудьте договориться насчет обеда для участников программы и согласовать меню. Ну а молодежь возьмет на себя технические вопросы – подготовить и распечатать все документы, договориться с технической поддержкой о… ну обо всем, чем там должна заниматься техническая поддержка.

Под «молодежью» имелась в виду Дельфинова, которая объективно была минимум вдвое младше даже Наташеньки, уже лет десять как вышедшей из бальзаковского возраста. А уж Елена Павловна и сама начальница и вовсе годились Алине в бабушки. Как только она пришла к ним в отдел, коллеги с облегчением выдохнули и скинули на неё все дела, которые хоть немного были связаны с современными технологиями – писать электронные письма, вести группу вКонтакте, общаться с сотрудниками техподдержки. Но она была этому только рада, так как её официальные обязанности оказались настолько унылыми, что одна только мысль о них вызывала головную боль.

Как Дельфинова радовалась, когда её приняли на работу в Институт ***! Казалось, что удача, наконец, повернулась к ней не как обычно, а лицом. После окончания филфака Алина, как и многие выпускники, лично столкнулась с неприглядной правдой жизни, что выпускникам без опыта работы нигде не рады. Даже если эти самые выпускники неплохо знают два иностранных языка и готовы продемонстрировать отличные оценки в дипломе. Несправедливость заключалась в том, что у них просто физически не было возможности этот самый нужный опыт нигде получить. Потому что два иностранных языка сами себя не выучат.

Конечно, всегда оставались переводы и репетиторство, но не так представляла Алина свою взрослую жизнь. В итоге она несколько лет прыгала с места на место, где хоть немного можно было применить лингвистические навыки, но