Свет луны на воде - Хильда Никсон

― Ты не любишь меня!

Андреа проснулась от собственного крика. С секунду она не могла понять, где находится. Голые стены, косые солнечные лучи, падающие на цементный пол, погасший огонь в камине — все это напугало ее. Но тут какая-то птаха завела веселую песенку, прогнав ночные кошмары. Андреа села, поискала ногами тапочки, накинула халат, налила воды в электрический чайник и воткнула вилку в розетку. Денек предстоял суматошнее вчерашнего. Ей предстояло закупить массу всевозможных вещей, причем в совершенно незнакомом городе. В восемь утра — немыслимую рань — она уже ехала в сторону Норвича. Светило солнышко, по небу плыли пушистые облачка. Жизнь хороша!

Увидев по дороге гараж, Андреа вспомнила о проколотом колесе и завернула спросить, нельзя ли заклеить его к вечеру. Четверть часа, и все будет готово, ответили ей к величайшему изумлению. Она открыла механику багажник и пошла прогуляться по травке. У Андреа потеплело на сердце. Вот такой и должна быть жизнь, тихой, размеренной, чтобы можно было «спокойно постоять и посмотреть». А орда ее лондонских знакомых — если бы только они знали, что теряют за беспрестанным шумом и гамом, и нескончаемой пустой болтовней. И Джерри Робертс в особенности. Этот ни на секунду рот не закрывает и все время куда-то несется. Но все же есть у него и положительные черты, а в мире коммерческого искусства он считается чистой воды бриллиантом.

Андреа побрела обратно к гаражу. Механик уже укладывал колесо в багажник.

Небольшие пробки на отдельных узких улочках города не шли ни в какое сравнение с лондонскими заторами. Остановившись, чтобы пропустить пешеходов, она приметила вход на территорию собора и пообещала себе непременно заглянуть туда. Еще несколько улочек с односторонним движением, и она уже паркуется в тени замка. Андреа выбралась из автомобиля и, закрывая дверцу, окинула взглядом квадратную крепость.

Неплохо сохранилась, надо будет тоже посетить, но не сегодня.

Крутая улочка вела к главному шоссе под названием Касл-Мидоу — Замковый Луг. Андреа спустилась в пешеходный переход и оказалась на базарной площади с веселыми полосатыми палатками и горами первоцветов. Ей захотелось побыть здесь, получше разглядеть старинное здание с черно-белым орнаментом, но ее ждали магазины. Добродушная женщина объяснила ей, как добраться до универмага, и через пять минут консультант знакомил ее с ассортиментом. Для гостиной он порекомендовал дачную мягкую мебель со съемными подушками и буфет из такого же дерева в колониальном стиле. К обстановке спальни Андреа позволила себе добавить овальный туалетный столик, о котором всегда мечтала. Отдел ковров располагался тут же, и она остановила свой выбор на недорогом ковровом покрытии от стены до стены. Хочется сразу же обустроить две комнаты, пока в оставшихся двух будет идти ремонт, пояснила она продавцу. И неплохо было бы поспешить с доставкой. Продавец проникся ее тревогами, подошел к телефону и вскоре вернулся с довольной улыбкой: сегодня между тремя и четырьмя часами дня состоится особая доставка. Андреа словно на крыльях помчалась в кассу. Просто невероятно! К вечеру она уже сможет уютно устроиться в кресле и спальню почти полностью обставит! Расплатившись, она спустилась на лифте вниз, в посудный отдел. Количество нужных ей вещей потрясало воображение, и она была рада, что скопила немного денег. Набегавшись, девушка решила перекусить и поднялась в ресторан. Почти все столики оказались заняты, остался всего один на двоих человек. Андреа заказала себе кофе с печеньем, откинулась на спинку стула и прошлась профессиональным взглядом по стенам. Довольно интересное оформление. Увеличенные фотографии, решила она про себя, цвета подобраны замечательно и выглядит мило. Она повернула голову к входу и к своему изумлению обнаружила на пороге мистера Сандерса. Он тоже увидел ее, и после секундного колебания она одарила его улыбкой. Он даже не подумал улыбнуться в ответ, но подошел, и за те несколько мгновений, пока мистер Сандерс пересекал зал, она отметила, как все-таки мужественно он смотрится в своем коричневом твидовом костюме. Он навис над ней, и уголки губ вроде бы чуть приподнялись в намеке на улыбку.