Игра в любовь - Кэрол Боголин

— Еще один вопрос, мисс Холковски…

— Робин, пожалуйста…

— Почему вы все-таки занимаетесь этим, мисс Холковски?

— Видите ли, джентльмены… — Робин улыбнулась. — Джентльмены, вы все любите спорт. Любите бейсбол, смотрите и пишете о нем. — Снова улыбнувшись, она обвела взглядом присутствующих. — Так вот, предположим, вам представляется возможность выйти на поле и сыграть в бейсбол, о котором вы так много знаете. Вам предстоит услышать рокот трибун, когда вы бьете, увидеть счет на табло. Возможно, вы даже поморщитесь, услышав крики и улюлюканье раздосадованных болельщиков. Быть может, вам придется обливаться потом в жару или мокнуть под дождем, когда ваша команда владеет мячом…

Репортеры затаили дыхание. Они не сводили с девушки глаз и даже забыли о своих блокнотах — их перья застыли над страницами. Игроки же, сбившись в кучку, слушали Робин с величайшим вниманием.

— Представьте, что вы чувствуете тяжесть биты в руках и наблюдаете за питчером, который разворачивается и с силой бросает мяч. Вы размахиваетесь… — Робин перевела дух. — Размахиваетесь — а в следующее мгновение слышите глухой стук. Ударив по мячу, вы выпрямляетесь и теперь уже спокойно наблюдаете, как крохотный мячик летит прямо за левое поле.

Сделав паузу, Робин с улыбкой взглянула на репортеров.

— Так вот, джентльмены… Если бы вам представилась возможность все это ощутить, неужели вы не ухватились бы за такой шанс обеими руками?

Все по-прежнему молчали. Не дожидаясь ответа, Робин быстро вышла из зала.

Майкл, стоявший в дальнем углу, невольно улыбнулся. Очень редко случается так, что в команду приходит настоящий игрок, игрок с воображением… Он внезапно нахмурился. Черт возьми, но почему этим игроком оказалась женщина?

— Дамские сантименты, — пробубнил Брент Фрейзер.

Брент был одним из самых опытных игроков. За годы своей карьеры он не раз переходил из одной команды в другую и возил за собой семью, которую должен был содержать. Во время отпуска Брент подрабатывал в компьютерном магазине, а на поле он выкладывался полностью — ведь каждый сезон мог означать переход в высшую лигу, то есть прорыв к большим деньгам.

— Верно, — кивнул Билли Грин. — Просто женские сопли.

Впрочем, Билли прекрасно понимал: Робин с легкостью может добиться того, на что у него ушли годы. Как жаль, что у нее не так уж много времени — всего лишь один сезон в команде. При этом она, не имея права на ошибки, должна показать все, на что способна.

Робин вышла на внутреннее поле и, усевшись на травку, сокрушенно покачала головой. И почему ей вдруг вздумалось поделиться со всеми своими сокровенными мыслями? Слава Богу, что в ответ на ее пламенную речь не последовали комментарии.

Тут на поле вышли мужчины, и Майкл приступил к тренировке. Робин заняла место шорт-стопа. Майкл подавал ей мячи: нижний, верхний, боковой… Она подпрыгивала, делала броски и бежала то к первому центровому Перри, то к игроку третьей базы Сэнди, то к питчеру Нейлу О'Брайану.

Наконец, набегавшись, Робин вытерла влажные ладони о бриджи.

— О'кей, парни. Вы, кажется, хотели дать мне шанс поиграть? Как видите, я могу и ловить и бросать.

— Да, верно, — буркнул Перри, утирая рукавом пот со лба. — Ты действительно все это умеешь.

Но через несколько минут, когда они продолжили тренировку, Перри снова оказался прямо перед ней и сбил ее с ног, возможно нечаянно.

— Какого черта, Перри! Дай ей поймать мяч… если сможет. — Последние слова Майкл проговорил вполголоса, но в наступившей тишине их услышали все.

— Если смогу? — усмехнулась Робин.

Она совершила бросок и поймала нижний мяч. Затем, перекатившись по траве, отправила мяч на вторую базу. Это была отличная двойная игра, во время которой мужчины успели сделать перебежку.

— Неплохо, — ухмыльнулся Перри.

Игроки немного отдохнули, а потом снова взялись за дело. Стояли последние майские дни, и алабамское солнце уже палило нещадно. Даже в эти утренние часы воздух был влажный и душный, игроки, тренировавшиеся под руководством Майкла, обливались потом. Наконец тренер распустил команду. Он отпустил всех, кроме Робин.

— Брось свои кости на первой базе, — процедил Майкл сквозь зубы. — Я хочу убедиться, что ты не свернешь себе шею, совершая броски.

Тренер направился к первой базе, и девушка последовала за ним.

Они тренировались вдвоем уже несколько часов, и Робин вконец обессилела. Словно почувствовав это. Майкл с усмешкой спросил:

— Не очень устала?

Ее тело молило об отдыхе, но гордость заставила сжать зубы и отрицательно покачать головой. Более того, Робин нашла в себе силы улыбнуться — она как бы давала понять, что готова к выполнению очередного задания.

Майкл внимательно посмотрел на нее и тоже улыбнулся. Казалось, тренер видел ее насквозь.

— Уверен, что твоя скорость может усилить игру всей команды, — проговорил он.

Так, комплимент. Может быть, он все-таки отпустит ее пораньше?

— У меня сердце чуть не остановилось, когда я увидел, как ты влетела в базу. Будешь продолжать в том же духе, наверняка свернешь свою изящную шейку.

Робин наклонила голову и снова улыбнулась. Черная прядка выбилась из-под бейсболки и прилипла к влажному лбу. Слова Майкла нельзя было считать откровенной похвалой, но она чувствовала, что тренер ею доволен.

— Ты прыгаешь вперед головой, — продолжал Майкл. — Я хочу отработать с тобой скольжение вперед ногами. Давай делать все медленно, не спеша. Я побегу рядом с тобой.

Они заняли исходную позицию, а потом побежали трусцой в сторону базы. Наконец прозвучала команда «начать скольжение», но у Робин не очень хорошо получилось. Они сделали еще одну пробежку — с тем же успехом.

— Стой здесь и смотри, — сказал Майкл, направляясь к стартовой линии.

Он рванулся вперед и исполнил великолепное скольжение. Но тут его нога вошла в контакт с базой (в каждой базе лежит мешочек с песком, обшитый белыми лентами), и Майкл вскрикнул от боли.

— О Господи, с тобой все в порядке? — Робин опустилась рядом с ним на колени.

— Проклятое колено! — Он поднялся, массируя ногу и тяжело дыша.

Робин же вдруг почувствовала себя виноватой.

— Извини, Майкл, — прошептала она.

— Я не нуждаюсь в твоей жалости! — прокричал он и поморщился от боли.

Робин поднялась на ноги и направилась к первой базе. Наверное, именно гордость была одной из основных черт ее характера.

— К черту! — заорал Майкл, занимая место у второй базы. — Со мной все в порядке, так что возвращайся сюда! — Робин обернулась и внимательно на него посмотрела. — В чем дело, Холковски? Я не устраивал перерыв! — рявкнул он. — Давай, заводи мотор!