Снегопад чудес - Влада Орлецкая

— Ну рассказывайте…

— Что рассказывать-то?

— Как вы докатились до жизни такой.

— Я ведь вам уже говорила, что не терплю банальностей.

— Если мне не изменяет память, в прошлый раз речь шла о пошлостях.

— У вас действительно на редкость хорошая память.

Они сидели за столиком друг напротив друга и пили кофе. Напиток, как ни странно, был хорош. Виктор заказал себе бизнес-ланч, а своей новой знакомой — салат и десерт, поскольку девушка упорно настаивала на том, что она не голодна. Он с таким выражением лица смотрел, как Анна ковыряет вилкой салат, что ей стало не по себе. Так любвеобильные бабушки смотрят на малохольных внуков, страдающих отсутствием аппетита. И откуда только он такой сердобольный взялся на ее голову?

— У вас, наверное, проблемы, — сказал Виктор.

— Нет у меня никаких проблем. Что вы пристали?

Он ей ни на секунду не поверил.

— Ну да, рассказывайте. А зачем вы тогда на мост пошли?

— О господи…

— Не поминайте всуе.

— Виктор, я сейчас уйду.

— Какая вы, однако… Чуть что, сразу в бутылку лезете.

— Ну а что вы ерунду говорите?

— Хорошо, я постараюсь следить за речью. Так вы расскажете о себе?

Анна устало вздохнула.

— Зачем вам?

— Ну интересно.

— Праздное любопытство?

— Не совсем. Просто я вижу, что вам нужна помощь.

— Вы что, ясновидящий?

— А для этого надо быть ясновидящим? Я, конечно, понимаю, что нелегко откровенничать с малознакомым человеком…

— Хоть это вы понимаете!

— Ну а с другой стороны, что вам терять?

— Действительно. И поэтому мне следует немедленно загрузить по уши своими проблемами постороннего человека.

— Ну зачем вы так? Вдруг я смогу помочь? Вы же не знаете. Что, если я — добрый фей.

Анна невесело прыснула, едва не поперхнувшись кофе. Тоже фей-корифей выискался. Здравствуй, крестник Золушок! Как твой заворот кишок?

— Вот вы напрасно смеетесь, — мягко укорил он.

Да и вообще, он сам по себе был мягким и каким-то отвратительно участливым. Добреньким. Просто душка. Впрочем, сегодня, после двух неудач с трудоустройством и общения с неприятными людьми, ей все казалось отвратительным. А он еще к тому же был каким-то нарочито простым. Странный тип.

— Ладно, извольте. Меня выгнали с работы. Дальше рассказывать?

— Вот так прямо и выгнали?

— Ну уволили. Какая разница?

— Действительно никакой. А почему вас уволили?

— Освободили место для другого человека.

— Понятно.

— Что вам понятно?

— Вам, наверное, обидно.

— Ну не так чтобы… Во всяком случае, из-за такой ерунды я бы не стала бросаться с моста. И под машину, кстати, тоже.

— А из-за чего стали бы?

— У вас отвратительная привычка цепляться к словам. Вы случайно не в органах работаете?

— Боже упаси. — Он испуганно замахал руками.

Глаза Анны заискрились лукавством.

— Значит, мне поминать всуе нельзя, а вам можно, да?

— Зато вы улыбнулись. Ну и чем же я не добрый фей?

— Да ничем.

Они помолчали.

— Значит, вы теперь ищете работу?

— Потрясающая логика!

— Пытаюсь.

— А какую должность вы занимали прежде? Если не секрет.

— Да какие теперь у меня от вас могут быть секреты… Офис-менеджер. Девочка на побегушках.

— Напрасно вы так. Любая работа почетна. Хотите работать у нас?

— У кого это — у нас?

— В строительной компании. Нам нужен сотрудник в отдел оформления документов. Пойдете?

Анна пожала плечами.

— Я подумаю.

— Ответ неправильный.

— А какой же, по-вашему, правильный?

— «Да».

— А вы, простите, Виктор, сами какую должность занимаете?

— Я-то? Да так, мелкая сошка. Специалист по всем вопросам. Мальчик на побегушках. А вам, наверное, мужчины с высокими должностями нравятся?

Анну возмутило это заявление. Да еще произнесенное с таким ехидным выражением лица.

— А вот это уже не ваше дело, — холодно ответила она, — За предложение спасибо. Я обещаю подумать.

— Как я узнаю, что вы его приняли?