Ради дружбы - Элизабет Бэйли

Его лицо потемнело.

– Больше.

– Да? Тогда что же это?

– Неужели ты думаешь, я хочу жениться только потому, что мне это выгодно?

Тимотия прищурилась:

– А мне показалось, именно такова твоя цель. Или я тебя неправильно поняла?

Губы Лео сжались в ниточку.

– Ты нарочно стараешься вывести меня из себя! Нам обоим это выгодно. Я думал, ты это понимаешь. Конечно, я застал тебя врасплох, этим все и объясняется. Но если ты хорошенько подумаешь…

– Зачем? Ты, как я вижу, сам уже все обдумал и продумал за меня. – Тимотия обогнула стол, неосознанно стараясь отойти подальше от Лео. – Теперь ясно, почему ты вдруг разругал мой дом.

– Ничего я не ругал!

– И это еще не все, – продолжала она, в ее глазах горел гнев. – Теперь ясно, почему тебе вдруг разонравились мои манеры! Дескать, ах, как неприлично!

– Я этого не говорил.

– Ну, ужасно. Какая разница? – Я не думал…

– О чем вы думали, мистер Виттерал, я наконец поняла: такое поведение недостойно супруги владельца Уиггин-Холла. Я вообще удивляюсь, как это вы решились сделать мне столь высокое предложение!

Лео почувствовал, что краснеет. Она угадала! Это было неприятно, но он подавил досаду.

– Тимма, будь благоразумна, – заговорил он. – Ну подумай сама, захотел бы я на тебе жениться, если б мне что-то в тебе не нравилось?

– А я и не думаю, что тебе так уж хочется жениться на мне, – отозвалась Тимотия. – Просто в голову пришел замечательный план…

– Дай мне одну минуту, и я заставлю тебя изменить мнение! – с горячностью закричал он. – Просто помолчи и послушай!

Она замолчала, но глаза ее метали молнии, и Лео не мог не признать, что сердится она не без оснований. Он поднял руки.

– Мы что, ссоримся?

– Не я первая начала.

– Согласен.

Он улыбнулся так знакомо и дружески, что гнев Тимотии стал утихать.

– Я дурак, Тимма, – продолжал Лео. – Сам запутался и тебя запутал. Валентин предупреждал меня…

Час от часу не легче! Дурак, он дурак и есть.

– Так ты говоришь, Валентин знает об этом? – язвительно уточнила Тимотия. – Чудесно! Может, лучше было бы сразу сообщить городскому глашатаю, тогда тебе не пришлось бы утруждать себя визитом.

Лео согласился, что она в какой-то мере права. Он, конечно, не потерпит, чтобы ему указывали, кому доверять, а кому нет, но нельзя отрицать, что Валентин болтун. Просто в тот момент Лео почему-то был уверен, что ему можно открыться.

– Не бойся, Валентин дал мне слово, что никому ничего не скажет… по крайней мере нашим знакомым.

Тимотию, которая знала Валентина, это нисколько не убедило. В том, что Лео рассказал все Валентину, ничего странного не было: еще в детстве тот был своим в Уиггине, а Лео – в Блантишеме и оба приезжали в Далвертон-Парк так часто, что Валентин был знаком с Тимотией почти так же хорошо, как и с Лео. Загвоздка состояла в том, что Валентин, хотя он именовался теперь лордом Пентром Блантишемом и в местой табели о рангах занимал наивысшую строчку, не умел держать язык за зубами. Не то чтобы он желал кому-то зла, нет, просто был забывчив и не слишком умен. Нашел же Лео с кем советоваться!

– Валентин одобрил твой план?

Лео ответил не сразу. По правде говоря, участие Валентина ограничилось тем, что он соглашался со всем, что говорил Лео. С необычной для него прозорливостью он посоветовал другу поаккуратнее выбирать слова, когда тот будет делать предложение Тимме, но в общем был уверен, что она только обрадуется возможности уехать из фентонской халупы. Тогда Лео был с ним согласен, но сейчас засомневался.

– Честно говоря, – признался он, – Валентин в основном просто слушал, как я спорил сам с собой.

Тимотия подняла брови.

– Спорил?

– Размышлял вслух, – быстро поправился Лео. – Прекрати ловить меня на слове. Интересно, как бы ты вела себя на моем месте? Мужчина, прежде чем делать предложение, должен хорошо обдумать все, что за этим последует, разве не так?

– Так. А женщина не может принять предложение, не сделав того же самого, – живо подхватила Тимотия.

– А я, черт подери, чего от тебя добиваюсь? – взорвался Лео. – Чтобы ты минуту помолчала и дослушала меня!

Тимотия сжала губы, чувствуя, как в ней, непонятно почему, снова поднимается гнев… как будто Лео оскорбил ее. А ведь по идее ей следовало чувствовать себя польщенной. Не каждый день делаются такие выгодные, по общим меркам, предложения. И неважно, что они родственники, – подобные браки не редкость. Все так, но это же Лео, с которым ее связывают более крепкие нити, чем родство или соседство. Нет, на брак – такой, какой он предлагает, – она ни за что не согласится.

Тимотия снова села на стул и, не говоря ни слова, уставилась на Лео.

– Это уже лучше. – Лео с облегчением вздохнул. Тимотия молчала, и он почувствовал, что не знает, с чего начать. Когда он репетировал свою речь, она звучала прекрасно. Но дело в том, что воображаемая Тимотия встретила план с одобрением, а реальная подняла на смех его неуклюжие попытки доказать ей что-то, да и вообще разговор получился какой-то рваный и нервный. Лео помедлил, стараясь собраться с мыслями. – Что бы ты ни говорила, Тимма, – начал он, – я вижу, тут, в Фенни-Хаусе, ты несчастлива. – Лео взглянул на Тимотию. Та ничего не сказала, и он, приободрившись, продолжал: – А я предлагаю тебе хороший дом… больше, чем просто дом… Хотя я никак не возьму в толк, почему ты не осталась в Далвертоне, – добавил он, внезапно возвращаясь к тому, что уже не раз обсуждалось.

– Ты это уже говорил, – напомнила Тимотия.

– Да, говорил, и добавлял, что ничего хорошего из этого не выйдет. Надо было меня послушаться и попросить у Дадли разрешения остаться в имении.

– В этом не было нужды. Он сам предлагал мне жить там, сколько я захочу.

– Ты мне никогда этого не говорила, – удивился Лео.

– Не видела необходимости. Дадли предложил это из вежливости, ну а я отказалась.

– Отказалась! Сумасшествие!

– Лео, подумай сам, – нетерпеливо проговорила Тимотия. – Как я могла согласиться? У него самого полно ртов, которые нужно кормить, а тут я. Пять душ, да маленький Гарри, который родился в этом году. И бог знает сколько еще Элла нарожает.

– Меня не проведешь, – усмехнулся Лео. – Ты отказалась вовсе не из-за этого. Просто ты боялась, что по старой привычке начнешь командовать.

Тимотия улыбнулась.

– И это тоже. Я не могла после стольких лет оказаться на вторых ролях. А еще у меня нет ни малейшего желания возиться с их выводком.

– А со своим? – вырвалось у Лео.