Вторая любовь всей моей жизни - Виктория Уолтерс

Мой кошмарный сон стал явью. С тех самых пор, как пастор Уокер сообщил мне о случившемся, я с ужасом ждала повторения. Я хотела уйти из бара. Эмма и Джон считали это хорошей идеей. Но мне нужны были деньги в дополнение к тем, что приносило рисование, а работу в Толтинге найти нелегко, к тому же я не чувствовала в себе сил для перемен. Когда мир рушится, держишься за хорошо знакомые вещи. Но сейчас мне все же казалось, что я сделала большую ошибку.

– Остановитесь! – пронзительно закричала я.

Их безрассудство заставляло злость вскипать под моей кожей. С жителями городка я была в безопасности, никому из них такое и в голову бы не пришло после случившегося. Но эта группа идиотов даже не подозревала о том, какой вред они могут причинить. Заметив меня, они только засмеялись. Я приблизилась и услышала шаги за своей спиной. Эмма звала меня, но я не обратила внимания.

– Мы что-то забыли? – с растерянным видом спросил тот, что пытался ко мне подкатывать.

Я уцепилась за дверцу машины, чтобы он не смог закрыть ее.

– Ага, сколько вы выпили.

– О, я в порядке, я постоянно так делаю, – засмеялся он.

– Ты эгоистичный придурок. Ты мог погибнуть или убить своих друзей, а еще ты мог убить невинного человека, – воскликнула я.

Мысленно я кричала на кого-то другого, полностью отдавая себе в этом отчет, но того остановить уже было нельзя, а этого еще можно было.

– Давайте просто поедем, – сказал один из компании.

– Вы пьяны, вам нельзя за руль, – возразила я, приближаясь к машине. Я не отступилась бы, даже если бы они меня переехали.

– Это уже не смешно, отвали, – повысил голос водитель.

К нам подошли Эмма, Джо и еще пара людей.

Один из них выступил вперед.

– Она права, – произнес он спокойным глубоким голосом.

Мне хватило быстрого взгляда, чтобы узнать в нем посетителя, который сидел за угловым столом в баре.

– Она сошла с ума, – запротестовал водитель.

– Дай мне ключи.

– Ни за что.

Парень вырвал ключи из рук пьяного. Тот начал было сопротивляться, но в дело вступил Джо:

– Хватит. Я видел, сколько вы выпили, и за руль вы после этого сядете только через мой труп. До гостиницы отсюда можно дойти пешком.

– Пешком?

– У вас по две ноги, используйте их, – сказала Эмма, беря меня за руку.

– Я тоже там остановился, успокойтесь. А машину сможете забрать утром, – парень из бара потянул одного из них за рукав куртки.

Приятели переглянулись, и к ним вернулось пьяное добродушие. Пожав плечами, они засмеялись и отступили. Незнакомец спрятал ключи в карман, оглянулся и поднял руку, помахал оставшимся, после чего свернул за угол и исчез из виду. Я тяжело прислонилась к Эмме.

– О, Господи! – сказал Джо, – я знал, что от этих чертовых банкиров одни неприятности, я бы запретил им вход, если бы мог.

– Вы в порядке, девушки? – спросил еще один парень, в котором я узнала Стива, нашего почтальона.

– С нами все хорошо, – ответила Эмма, сильнее прижимая меня к себе, – думаю, нам пора все же расходиться.

Я заметила, как подруга с дядей обменялись взглядами.

– Разумеется. Идите по домам. Вы молодцы, – он на секунду коснулся моей руки, прежде чем кивнуть Стиву. Они оба вошли в бар.

Я судорожно вздохнула.

– Ты сделала доброе дело, – успокаивала меня Эмма, – а я ведь даже не задумывалась… Хорошо, что ты была здесь.

Я коснулась своих мокрых щек и только тогда поняла, что плачу. «Не могу поверить, что им казалось, что они в порядке, – как не могла поверить и пастору Уокеру, когда он говорил мне о человеке по имени Джереми Грин. О пьяном водителе, расколовшем мой мир надвое. Ему понадобилась лишь секунда, чтобы сделать неправильный выбор, а последствия этого выбора со мной навсегда.

– Я рада, что оказалась здесь, – ответила я, думая о словах подруги. – Это было тяжело, но если мне удалось кого-то спасти…

– Хочешь переночевать у меня сегодня?

– Я просто хочу спать, – я позволила ей провести себя домой, так как чувствовала, что смысла спорить с ней нет. Я жила у Эммы и Джона после аварии, так как не могла вынести и мысли о том, чтобы остаться в нашем доме без Лукаса.

Честно говоря, я пользовалась их гостеприимством слишком долго. Я никогда не смогу отблагодарить их за доброту. Ни разу они даже не намекнули, что мне стоит поискать другое жилье, и оба были шокированы, когда пару месяцев назад я сообщила, что собираюсь переехать к себе. Но время пришло. Мне необходимо было строить что-то вроде самостоятельной жизни. Нужно было начать все заново в месте, где я снова смогу обрести себя.

И я надеялась, что это может быть место, где я снова начну рисовать. Но этого пока не произошло.

– Звони, если я тебе понадоблюсь, – попросила Эмма, обнимая меня перед дверью. Она немного задержалась: видимо, хотела сказать что-то еще, но не знала, что и как.

– Конечно, – пообещала я, только чтобы отпустить ее и посмотреть ей вслед.

Я вошла в дом, и усталость охватила меня. Похоже, накативший прилив адреналина начал отступать, оставляя меня опустошенной. Поднимаясь по ступенькам, я старалась не смотреть на закрытую дверь второй спальни. Эту комнату я выделила под рисование. Я думала, что наличие отдельной мастерской пробудит мою музу, но пока что дверь оставалась закрытой.

В спальне я забралась в кровать прямо в одежде, слишком вымотанная, чтобы раздеваться. Я свернулась клубочком и прижалась лицом к прохладной подушке. Теперь, когда временами мысленно я отвлекалась от произошедшего, могла улыбаться и жить в настоящем, когда казалось, что счастье находится на расстоянии вытянутой руки, произошло нечто, что вернуло все настолько живо и болезненно, как будто авария произошла вчера. Я снова пережила этот момент. Когда в дверь постучали. Когда сообщили, что мой муж Лукас попал в автокатастрофу. Когда я узнала, что его сбил пьяный водитель. Когда я узнала, что мужчина, с которым я собиралась провести свою жизнь, убит. Он умер мгновенно.

Два года назад я потеряла человека, в которого была влюблена с детства, мое сердце, мое все.

Я потеряла себя, и без него я не знала, как себя вернуть.