Привет, моя Аварийная - Янка Рам

— ЗдорОво… — по очереди жму руки парням. — Где?

Молча обходят машину Карины. Иду за ними. Колеса с одной стороны пробиты. Тачку кренит на бок. По всему глянцевому боку — смачная и глубокая царапина. Нож, судя по всему. Или массивный ключ. Крыло, задняя дверь, передняя дверь, крыло. Меня сводит от звука, который воспроизводится в моей голове. И, почему-то, жалко эту практически новенькую тачку. Неравнодушен я к таким вот глянцевым крыльям.

Кому ты так нагадила, Карина?

На капоте выцарапана перевернутая буква «А». И меня опять корежит от звука, который издавал нож, рисуя эту букву. Вижу, как морщится Тери. Он тоже неравнодушен к стальным хромированным крыльям. И практически вижу, как моя Авария, прикусив губу, двумя руками держа нож, процарапывает эти убийственно глубокие борозды по эмали.

Это чо, бл*ть?..

Это она. Сто процентов.

Та-а-ак.

Послание. Не мне. Или мне?

Зависаю.

В моей голове звенит. Тишина. Слышу только стук собственного сердца.

Достаю сигарету, вкладываю в губы. Что там еще с ней надо делать, чтобы мозг ожил?

Тери прикуривает мне.

Затягиваюсь.

— Есть мысли? — Гарик.

— Нет.

— А Тери уверен, что это твоя принцесса.

Киваю.

— Без вариантов.

— И никаких версий? — усмехается Гарик.

— Вообще.

— Даже у меня есть версии! — цокает он.

Да? Это потому, что ты не внутри нашей реальности. А я внутри, и у меня нет версий.

— Я не трахался с Кариной, — поясняю для него. — И ни с кем, кроме Аварии.

— Судя по всему, она не столь уверена в этом факте.

Третий час.

Набираю Карину.

— Ммм? — сонно в трубку. — Арчи…

— Ничего мне не хочешь объяснить?

Тишина…

— Карина! — рявкаю я. — Ты не хочешь мне объяснить клинописи на своей тачке?

— Нет, — холодно. — Не хочу. Но будь любезен, приведи ее в порядок, Артур.

— Если я узнаю, Карина, что это ты как-то накосячила…

Тишина.

— Лучше скажи мне… сама.

— Что сказать?

— Какого черта Авария расписалась на твоей тачке?!

— Это же твоя жена, — с сарказмом, — Арчи. Спроси у нее сам. Ой… или сбежала? Говорят, ты ищешь ее уже не первую неделю. Скучаешь? Приезжай… согрею, расслаблю.

— Да пошла ты…

— Ах! Ну, поищи еще. Как всё неустойчиво в этом мире, да, Милый? А ты говорил, что ничто не может разрушить «вас». И уж «тем более такая, как» Я!

— Когда это я тебе такое говорил?

Я даже самому себе такого не говорил. Зачем проговаривать очевидное.

Смех. Злой и мстительный.

— За свой базар, Артур, иногда приходится отвечать. И платить. И я хочу, чтобы ты сглотнул свой базар.

— Сука.

— Отдыхай, мальчик.

— Чтобы твоей тачки здесь не было уже с утра. Иначе отправлю этот металлолом на свалку.

Скидываю вызов, с чувством пиная по покрышке.

— Сука!!

— Какие новости? — присаживается на капот Тери.

— Карина как-то замешана в этом. Как-то очень нехорошо.

— Тогда — всё очевидно, — хмыкает Кипиш. — Наплела что-то твоей благоверной.

— Нет. Не очевидно. Есть один нюанс. Авария бы никогда не поверила ей. И никому, кроме меня. Она бы выяснила отношения со мной лично.

— Уверен?

— Как в себе.

— Тогда, реально, никаких версий, — ведет пальцем по царапине Гарик.

Мы все зависаем.

Еще раз рассматриваю убитую тачку. Опираясь на стену, сползаю на корточки.

Я не косячил, Авария… С чего ты взяла?

Если ты реально уверена в этом, то я не увижу тебя больше, да. А если увижу, то в таких обстоятельствах, после которых вряд ли выживу. Мне страшно представить, как ты можешь ударить по мне, если вдруг сильно захочешь. Я убью его, Янка, слышишь. Убью. Пожалей нас всех.

Да, и спасибо, что не подожгла хату, всего лишь небольшой разгром. И эти царапины ножом на крыльях, а не на лице этой суки. Потому что я бы…

Открываю ее контакт. Вне сети. Читаю наши переписки. Вернее, мои последние послания в никуда. Сначала оскорбительные и угрожающие, потом просто болючие.

«Не доставлено».

— Чего будешь делать?

— Не знаю… — пытаясь справиться с невыносимо болезненным нытьем в груди, отвечаю я, закрывая глаза. — У нас развод восьмого.

— Вот и поговорите.

— Она не придет туда сама, Гарик. Нас просто разведут в присутствии ее адвоката.

— Может, хрен с ней? — жалобно смотрит на меня Кипиш. — Ты чего так расклеился, дружище? Это ж просто…

— Нет, не просто! Она моя. Буду искать.

— Да где?!

— Попробую попасть на аудиенцию к «бабуле».

— Да не скажет она тебе ничего! — отмахивается Тери.

— Мне и не надо. Попробую дернуть ее телефон. Найти там номер.

— Арчи… ты гонишь! — хватается за голову Гарик.

— Гарик, мне нужен парламентер, съезди со мной?

— Что я должен буду делать?

— Интеллигентно общаться с бабулей. Она у нас театралка, а ты единственный из нас, кто…

Гарик из семьи актеров. Не родители, конечно. Но дед, бабушка…

— Завтра Новый год… потусовались бы… — ноет Кипиш.

— Новый год! — подрываюсь я. — Как я мог забыть. Карнавал!

— Карнавал? — непонимающе.

— Она хотела на один неформальный карнавал! Она мне весь мозг сделала с этим карнавалом! Я сказал, что ноги ее там не будет. Поэтому, она по-любому будет там!

Машина Тери стоит на смотровой яме. Да, нужно было подлатать кое-что…

— Кипиш, дай на завтра тачку! — Кипиш среди нас — единственная ничем не озабоченная «золотинка».

Хочу его Subaru.

Не просто так. Еще и потому, что Авария не знает его тачку.

— И пропустить все веселье? Не-е-ет… Я с вами на карнавал! Разряженные телочки! Е-е-е…

Придурок…

Глава 4

— Катерина Федоровна, здравствуйте! Это Артур. Можно я зайду к Вам сегодня?

— Здравствуйте, Артур. Не уверена, что смогу Вас принять…