Розовая гавань - Кэтрин Коултер

Ведунья ощупывала голову леди Морайны, и казалось, чуткие пальцы вслушиваются в то, что творится у нее под черепом.

Она заглянула больной в глаза, приподняла веки и, что-то бормоча, тщательно ощупала уши и заглянула внутрь.

Гастингс начала беспокоиться.

Но леди Морайна оставалась невозмутимой, гладила Альфреда, который, разлегшись у нее на коленях, оглушительно мурлыкал.

Наконец Ведунья обратилась к Гастингс и заявила:

— Я лучшая знахарка в Британии. Снадобье, которым я потчевала мать твоего мужа, прочистило затуманенные части рассудка и вернуло ей душевное равновесие.

Леди Морайна похлопала Альфреда по спине, и тот замурлыкал еще громче, так что ей пришлось даже повысить голос, чтобы ее услышали:

— Ведунья, я тебе очень благодарна. Надо ли принимать твое снадобье и впредь?

— О да, миледи. Я не знаю, уничтожило ли снадобье все то, что замутняло ваш разум, и не вернется ли недуг, если вы откажетесь от лекарства.

— Тогда я буду принимать его даже на смертном одре.

— Конечно, если вам угодно встретить кончину в здравом уме. Гастингс еще просила осмотреть вашу ногу, ей не удалось залечить язву.

Альфреду пришлось расстаться с облюбованным местом. Гастингс с удивлением обнаружила, что свекровь без труда подняла тяжеленного кота и опустила на пол. Пышный хвост раздраженно бил по воздуху, потом Альфред обиженно мяукнул, поддел свою миску, и она с грохотом откатилась к дверям.

Ведунья смеялась, даже когда приступила к осмотру больной ноги.

— Так больно, леди? Нет? Очень хорошо. Ага, вот в чем дело. Ну, это мы вылечим щепоткой корешков с шафранными пестиками. Зато кожа между пальцами совсем чистая и здоровая, можно не бояться, что в ней заведутся клещи или другие паразиты. — Ведунья покосилась на кота, собравшегося прыгнуть на руки к Гастингс, и добавила; — А вот Альфреда следует бояться.

Тот прыгнул, и Гастингс пошатнулась, с трудом удержав его в руках.

Когда они с леди Морайной вышли из хижины, оставив Ведунье трех жирных фазанов (два из которых предназначались Альфреду), Гвент и его люди даже не заметили дам, их взгляды были прикованы к коту. Альфред, размером почти с волкодава Эдгара, вальяжно расселся на пороге и впрямь очень походил на дьявольское отродье.

— Эта тварь вышла из ведьминого логова, — прошептал Гвент.

В ответ Альфред раздраженно махнул хвостом и так взглянул на беднягу, что Гвент подскочил на целых два фута. Кот остался чрезвычайно довольным собой.

— Ах ты, проклятая тварь! — рявкнул воин, устыдившись собственной пугливости, и заторопился к дамам. — Вы здоровы, леди Морайна? — спросил он, подсаживая ее в седло.

— Да, и останусь здоровой, Гвент, смогу быть полезной моему сыну, ведь у него столько хлопот в Оксборо. Что ты на это скажешь?

— Скажу, что лорд Северн обязательно устроит пир в вашу честь, — радостно улыбнулся Гвент. — А по поводу хлопот с Оксборо вам придется спорить с Гастингс.

— Я никогда не буду спорить с Гастингс. Она — лучшая из дочерей. Но не стоит забывать, Гвент, что она еще очень молода, а значит, нуждается в моих советах не меньше, чем лорд Северн. Утром я видела его хмурым. Чем она успела ему досадить? Я обязана это выяснить и устранить причину.

— Вам, миледи, впору состязаться с Агнес и Алисой, — засмеялась Гастингс. — Вот уж кто не скупится на советы, и, должна признаться, они пошли мне на пользу.

Леди Морайна махнула на прощание Альфреду, тронула поводья и лукаво улыбнулась, покосившись на Гвента, который, открыв рот, глазел на кота, махавшего ей в ответ лапой. Ведунья, скрестив руки на груди, неподвижно стояла у двери.

— Все здесь не так, как у людей, — пробурчал Гвент.

Обратный путь занял не более четверти часа, так как небо хмурилось и всадников подгонял холодный ветер. Но Гастингс не обращала на это внимания, поглощенная мыслями о Северне, и в который уже раз благословляла Агнес и Алису, научивших ее обращению с мужчинами.