Муж объелся груш - Татьяна Веденская

– Дочь, ты должна порвать с ним, – опустив глаза, заявила мама. – Я ничего не говорю про Дениса, но с ним, с тем мужиком, ты должна порвать.

– Ты НЕ должна говорить мне, что делать, – вздохнула я. Объяснять было бесполезно. Я оставалась для мамы девочкой, над которой требуется разумное руководство и некоторая твердость. Девочкой, которую надо встречать из школы, которую надо обкладывать ватой и ограждать ото всего. И уж конечно, от того мужика.

– Дочь!

– Мам, пойдем пить чай, – кивнула я. – Пойдем, а то Ядвига там закипит без нас. Кстати, как ты ее уломала? Она упиралась?

– Она сама позвонила.

– Не может быть. Ладно, это уже не важно. – Я мирно взяла маму под ручку, и мы отправились в кухню. От ощущения, что теперь я все могу решать сама, мне стало и страшно, и весело одновременно. Как будто я стояла наверху огромной горы, в горных лыжах и лыжном костюме. И до старта оставалось всего пара секунд. Я знала, что справлюсь, но все же немного захватывало дух. Как это будет?

– Ядвига Яковлевна? Добрый вечер.

– Машенька, как ты? – вежливо и отрепетированно улыбнулась она.

– Я – очень хорошо. А вы как? Как Денис? Работает?

– Сейчас у него временные трудности, но уже почти все наладилось. Кажется, ему предложили наконец хорошее место, – важно кивнула она, из чего я заключила, что Денис так и продолжает скакать с работы на работу. От этих мыслей стало тревожно, вспомнился наш с ним последний разговор, вспомнилась наша с ним жизнь. Бр-р-р, только не это.

– Что ж, отлично. А к нам что вас привело? – еще ласковей спросила я.

– Маша!

– Мама, что такого? Можно же у человека спросить, что его к нам привело?

– Я хотела передать, что Денис сожалеет о том, что вы с ним так расстались. То есть я имею в виду Сонечку. У него был трудный период, так что если можно, он бы хотел видеть Соню.

– Зачем? – с трудом сдерживаясь, спросила я.

– Ну, он же скучает.

– Не знаю, что и сказать. Только вот понимаете, у меня тут многое поменялось. Дело в том, что я очень занята и никак не могу тратить время на организацию этих свиданий, – деловито пояснила я. – Так-то я не против, но пока не могу предложить конкретного времени. Позвоните на недельке. Или в следующем месяце.

– Может быть, вы приедете к нам на выходные? – предложила Ядвига.

– Нет, тут никак не смогу. Я переезжаю, – добавила я как ни в чем не бывало.

Взгляд матери и Нинэль я проигнорировала.

– Переезжаешь? – переспросила огорошенная свекровь.

– Да, переезжаю. Тут мне тесновато, я занимаю комнату Вениамина, это не очень удобно. И в целом нам с Соней будет комфортнее жить отдельно.

– Что ты мелешь! – наконец перестала сдерживаться мама.

– Пусть уезжает. Ей же хуже. Ты куда, к нему собралась? Так ты ему и нужна! – ядовито бросила сестрица. Я выдохнула, досчитала до десяти и сказала:

– А вот это не твое дело.

– Я не позволю! – Мама встала и расставила руки во всю ширь дверного проема.

– Мам, это не обсуждается. Я переезжаю, не к нему, а просто переезжаю. Так будет лучше для всех, я уверена. Мы снимем квартиру и будем где-то неподалеку. Станем ходить друг к другу в гости, на праздники. Я буду звонить, ты тоже. Я стану приходить, когда тебе будет нужна помощь. Это будут нормальные отношения, не думаешь?

– Нет.

– Да. Это будет хорошо, – кивнула я, прикинув все окончательно.

– Ни за что, – нахмурилась мама.

Я так и увидела, как сейчас в мою сторону поворачиваются все ее корабли и палят по мне изо всех пушек. Бах – и от меня останутся только щепки.

– Мама, у меня просто нет другого выхода. И ты сейчас на секундочку остановись, прежде чем снова станешь кричать на меня и бросаться всякими плохими словами. Остановись, не делай этого, не стоит поступать так, об этом ты потом пожалеешь. Потому что ничего плохого не происходит. Просто я выросла. И хочу жить своей взрослой жизнью, понимаешь, мама? Я и моя дочь.