Отыскать любовь среди холода - Людмила Леонидова

— А на твою порядочность я могу надеяться?

— Ты на что намекаешь?

— На твое сводничество!

— Мой тебе совет: держи язык за зубами!

— Ты мне что, угрожаешь?

— Просто предупреждаю.

Это было последней каплей моего терпения.

— Тогда я отправляюсь в милицию.

— У тебя доказательств никаких.

Я влезла в сейф и, к удивлению Анатолия, вынула оттуда диктофон.

— Послушаем? — предложила я и вставила кассету.

Анатолий напрягся. Я нажала кнопку. Голос Оли, Дашиной подруги, был ему, по-видимому, незнаком.

Сразу после моего визита к ней она прискакала на прием — одолели личные проблемы. О Даше ничего существенного узнать не удалось, а вот о красавце спонсоре…

Если бы я тогда догадалась, что речь шла об Анатолии! Но мне это и в голову прийти не могло!

«Мы вместе стояли в очереди на кастинг, я и Дашка, — зазвучал голос Оли. — Я, как и она, приезжая. Когда Дашка не поступила в институт, то стала с ребятами, которые тоже провалились, по кафе мотаться, ей родители деньги на первое время дали. Говорит, что там ей и посоветовали пройти кастинг, сказали: „Ты такая красивая, на шпильках ходить умеешь, попробуй“. Когда я ее спросила, кто посоветовал, она мне ответила: „Бизнесмен один, в костюме“. Тогда я ей вопрос на засыпку: „И в галстуке?“ Она обрадовалась: „И в галстуке. А ты откуда знаешь?“

А у меня уже был опыт общения с одним таким в костюме и в галстуке. Я как раз к нему в Москву прикатила. Точнее, он в двадцати километрах от Москвы живет. До этого к нам в город на переговоры приезжал. Ну, мы с ним потусовались, переспали, он стал меня в Москву приглашать, говорит: «Приезжай, погудим с тобой». Приехала! Еле поселок, где он живет, таксист нашел! Погудели! Его жена, дура сумасшедшая, меня с крыльца веником погнала. А я вся из себя разодетая, в шляпе, в сапогах на шпильках, к нему прикатила, да так и летела почти кувырком.

И когда Дашка спонсору своему дифирамбы стала петь: «Он не такой, он мне в институт на будущий год поможет поступить, у него все схвачено», — я ей тогда сказала: «Все мужики одинаковые. Ты им все, они тебе — шиш!»

Дашка добрая и доверчивая. Когда у меня каблук отлетел, девчонки, что в очереди с нами на кастинг стояли, радовались — одной претенденткой меньше. А Даша, представляете, мне свои туфли одолжила, размер совпал. Только мне это не помогло. Даша первый тур прошла сразу. Потом рассказала, что спонсор помог. А меня завернули. Объявили, что не умею двигаться на каблуках. Я в студию записалась. Там всему-всему учили.

— Чему? — Это был мой голос.

— Как вилку держать, как одеваться прилично, как ходить.

— А как прилично?

— Как я сейчас. В шляпе, на каблуках, чтобы юбка чуть ниже колен, помада не яркая… днем. Вечером можно. И духи подбирать нежные-нежные. И спина чтобы прямая, не согнутая крючком. Сидеть за столом прямо, не клевать носом.

Ну так вот, спонсор, конечно, как только Дашка прошла тур, сразу стал к ней приставать, принуждать, чтобы она с ним переспала.

— Согласилась?

— А куда деваться-то? Он ведь ее за границу обещал отправить. У него жена, правда, злющая, Дашка сказала, каждую минуту ему звонила, отчета требовала. Я имя ее запомнила из-за песенки: «Ах, Сима, невыносимо…»

Ну, спонсор, правда, не наврал Дашке, помог за границу поехать. Но там ей только приз зрительских симпатий достался. Дашка плакала, расстраивалась, жалела, что с этим спонсором связалась, и тогда он, чтобы ее утешить, со своим коллегой по работе познакомил. Сказал, настоящий бизнесмен, шеф фирмы, какие-то секретные программы для банков пишет! В общем, крутой!

— Ну а Даше-то зачем?

— Дашке вроде бы ни к чему, а вот спонсору какая-то выгода была. Мы с Дашкой потом дотумкали. Но уже поздно было. Она замуж за бизнесмена согласилась пойти. То есть за вашего мужа.

— Она согласилась? — Мой голос звучал удивленно.

— Да. Когда она с ним спать стала…

— И с ним тоже?

— Не сразу, через несколько дней. Он ее знаете как жалел! Она, конечно, предохранялась, ну, чтобы не залететь. Ей спонсор классные противозачаточные таблетки доставал, но однажды они не помогли. Она к спонсору, а он ей посоветовал Сереге скандал устроить, рассказать, что беременна. «Ты не волнуйся, он парень порядочный, все устроит».

Она так и сделала. Пришла и говорит: «Я беременна от тебя, давай деньги на аборт». А Сергей решил, что ей никаких абортов делать не надо, короче, предложил жениться. Спонсор, когда узнал, обрадовался.

— Почему?

— Наверное, ему Сергей нужен был для чего-то. А Дашка-то теперь при нем. Помочь может. Кажется, он ее что-то вынюхивать заставлял, в компьютере копаться, грозил, что мужу расскажет, как она со всеми трахалась.

— С кем со всеми?

— С Гариком, с самим спонсором, больше он вроде бы ни про кого не знал. Грозился зря, потому что Дашка вообще в компьютерах ни бум-бум!

— И чем дело кончилось?

— Не знаю. Мы с ней стали реже видеться, когда она дочку родила. Дашке некогда стало.

— А спонсор от нее отстал?

— По-моему, нет».

Я нажала кнопку и выключила диктофон, потому что дальше Оля стала рассказывать мне о своих личных проблемах.

— Достаточно доказательств? — обращаясь к ерзающему на кресле Анатолию, поинтересовалась я.

— Что ты хочешь за эту запись? — Анатолий сделался ручным и улыбчивым.

— Правду, — жестко ответила я.

— Если я тебе ее скажу, то, боюсь, ты сможешь использовать ее…

— А кого ты боишься больше: милицию, Серафиму или еще кого-то?

— Ты на что намекаешь?

— Я не намекаю, а прямо спрашиваю: ты использовал Дашу в каких целях и для кого?

— Только не думай, что я в чьих-то руках. — Голос Анатолия задрожал. — Я тебе клянусь.

К нам и так из каких-то неясных спецслужб в офис приходили. Жесткие диски из компьютеров вынули с базами данных.

— Зачем?

— Хотели узнать, на кого мы работаем. Возможно, еще что-то.

— На кого вы работаете, я знаю, а ты, на кого ты работал, когда свою красавицу с конкурса Сереже подставил?

— Наташа, я хочу сказать тебе то, что не говорил никому.

— С удовольствием послушаю.

— Я поступил подло по отношению к тебе и к Сереге. Но Серафима меня заела. Целыми днями орала: «Мой брат может деньги лопатой грести, а ты нет?» А я не мог! Не мог программы составлять, не мог их выгодно продавать таким, как Костя, ничего этого я не мог, я только мог…

— Украсть, — догадалась я.