Отыскать любовь среди холода - Людмила Леонидова

— Мы будем жить все вместе, — уговаривал меня сын, — ты, я, Маша и… Катя.

— Да, — поддержала его Катя, — на будущий год мы с Андреем распишемся.

Как мы будем размещаться на открытом пространстве, почти без стен, вот такой компанией, они и не подумали.

После непонятного визита в квартиру их отца, загадочных звонков няне ребята попросту оттуда сбежали. С этим предстояло разбираться отдельно. Мне.

А также мне предстояло разобраться в себе и решить, что же теперь делать с Джеком. Он настаивал на совместной жизни, причем разговор об этом, состоявшийся еще после нашей первой ночи, я помню как сейчас.

— Натали, — сказал он, любуясь мной, когда, выскочив из постели, я облачилась в его подарок, о котором так долго мечтала, — я хочу, чтобы мы жили с тобой вместе.

— Ты делаешь мне предложение? — Кружевное розовое платье нежно обнимало мои плечи и отвлекало от серьезных бесед.

— Помнишь, я говорил, что у нас с тобой будет не как у всех? — напомнил он.

— Да, — отозвалась я.

— Я хотел бы с тобой об этом поговорить. Сейчас многие из моих друзей имеют красавиц жен в Париже, в Москве… это стало нормой, они перезваниваются, справляются о здоровье, даже имеют общих детей. Временами супруги встречаются. И они сами, и общество относится к этому спокойно. Никому не приходит в голову спросить: «Это у вас называется семьей?» Не знаю, как переживает разлуку женщина, а мужчина страдает от одиночества, он все один да один. Временами у него появляется партнерша.

— Ах, однако, появляется? — легкомысленно вставила я.

— Ты меня не дослушала, — обиделся Джек. — От пустоты и одиночества он цепляет одинокую сослуживицу или где-нибудь на вечеринке неприкаянную уродину.

— Почему именно уродину? — не выдержала опять я.

— Потому что ему не нужно проблем. Он ведь имеет красавицу и умницу жену. Так через всю жизнь до старости проживает двойной жизнью. Это не для меня!

Я мысленно перенесла ситуацию на нас. Красавицей, правда, меня никто не считал, но и уродиной тоже. Когда у меня светло на душе и я в порядке, наряжусь, например, как сейчас… В этом случае мне все говорят: «Ты сегодня хороша необыкновенно, ты отлично выглядишь!» Потому что у меня расцветает душа! Я вновь представила себя, как в детстве, той самой девушкой из волшебной шкатулки, у которой всегда есть завтра.

Например, некрасивость Люси, жены Кости, я обнаружила только в последний раз, в осиротевшем без хозяина доме. Раньше мне приходилось видеть ее светящейся, элегантной. Несмотря на связь Кости с Аленой в последнее время, чувствовалось, что он любил свою жену, семью, дом. А Алена? Кем была для него Алена? Данью моде, капризом богатого человека? От Алены невозможно отказаться, ей невозможно противостоять. Это не пустоголовая подруга Даши, это даже не Даша! Алена — личность! А Костя всего лишь грешный человек. Согрешил, но покаялся. Поэтому решил ее оставить. Именно не бросить, а оставить. Он сделал это во имя Люси, семьи, а также в интересах самой Алены. Он помог ей сделать карьеру, открыл мир и дорогу в него. Он обеспечил ее всем.

— У нас так не будет, — прервал тогда мои размышления Джек. — Я предлагаю тебе переехать ко мне. Навсегда.

Я возразила ему, объяснив, что потеряю свою профессию, так как работу по специальности в чужой стране никогда не найду. Кому нужен психолог без свободного английского, да и диплом мой американцы никогда не подтвердят.

— Я все обдумал. — Джек был серьезен. — Ты будешь так же, как моя бывшая жена, работать у меня в клинике ассистентом. Конечно, придется подучиться и получить соответствующий сертификат. Но во имя любви… — Джек улыбнулся. — Правда, ты не сказала еще, что любишь.

— У нас ведь не как у всех, — напомнила ему я. — Об этом говорят поступки человека. Не так ли?

— Да, — подтвердил он, — твое решение и будет признанием в любви.

Несмотря на мое безоблачное настроение после первой ночи, он опять был серьезен.

Женя сразу же опередил мой вопрос об Андрее:

— Ты можешь сына взять с собой. Он будет у нас продолжать учебу.

Я помотала головой, обижаясь, что переезд в Москву самого Джека нами не обсуждается вовсе.

— Хорошо, ты сможешь в любой момент прилететь к нему или он к тебе. — Джек предлагал всевозможные варианты.

— Не знаю, смогу ли я без него…

— А он без тебя смог?

Я очень любила своего сына и прощала ему все, даже то, что он остался с отцом. Где-то я читала, что мамы мальчиков любят больше, чем девочек. На подсознательном уровне. Таков закон природы. Чаще подходят к ним, когда они плачут, не раздражаются на капризы. Во взрослом возрасте тоже.

— Я не тороплю тебя с таким серьезным решением, — сказал тогда Женя, — но не хочу, чтобы мое ожидание продолжалось вечность.

С того дня прошло совсем ничего, но всякий раз, как он звонил, напоминание звучало из его уст. После произошедшей трагедии, нашей встречи на опознании в Турции мы перестали об этом говорить.

Сегодня его звонок в предрассветной тиши меня напугал.

— Прости, — извинился Джек, — знаю, что тебя разбудил. Но во-первых, мне надо тебе сообщить кое-что важное, а во-вторых, нет, наверное, это все-таки во-первых, я не могу больше без тебя жить.

— Женя, Женечка, — прошептала я, чтобы не разбудить Машеньку, и, надерганная ночными событиями, по-бабьи завыла в трубку, — ты мне так нужен, я не знаю, совершенно не знаю, как быть.

С другого конца провода и земного шара я услышала:

— Это твое признание в любви?

Я завыла еще громче.

Нарыдавшись вдоволь, я вытерла слезы и, собрав себя в кулак, спросила:

— Женя, а что все-таки было «во-первых»?

— Понимаешь, все события, происходящие в последнее время, связанные с Москвой, меня сильно мучили. Хотелось поговорить об этом со специалистом, и я вспомнил, что некогда оперировал одного полицейского. У него был рваный шрам на лице — следствие освобождения заложников при захвате самолета. Операция в нашей клинике была дорогостоящая, не по деньгам простому полицейскому, но страховая компания оплатила. Полицейский спас огромное количество людей, получив при этом ножевое ранение прямо в лицо. У него была раздроблена челюсть. Я когда-нибудь расскажу тебе эту историю. После по-настоящему героического поступка и лечения он быстро пошел в гору, стал возглавлять отдел по борьбе с особо опасными преступлениями. Мелькал на телеэкранах. На его счету сотни раскрытых дел, в основном террористического характера.

— Джек, ты о чем?

— В общем, — Джек не обратил внимания на мой вопрос, — полицейский оказался толковым парнем. Так вот, я решил поговорить с ним об исчезновении Константина Алегрова, о том человеке, что приходил к Санди…

— Поняла, — перебила я Женю, — что, что он тебе посоветовал?