Жених моей сестры - Ольга Вечная

Спину холодит ткань покрывала, контрастирующая с жаром моей кожи, я приподнимаю бедра, помогая Денису стаскивать с меня штаны. Он отбрасывает их на пол, выпрямившись, раздевается сам: под раскрывшейся белизной рубашки мелькает широкая грудь, рельефный живот, и в очередной раз думаю, что у него самое красивое тело их мной увиденных.

Денис остается в брюках, склоняется надо мной, его язык скользит между моими губами, оставляя на них свой вкус, спускается ниже, очерчивает сосок. От остроты ощущений я выгибаю поясницу, впиваюсь ногтями ему в шею.

— Это очень сильно… — шепчу в объяснение и закрываю глаза, потому что Денис продолжает делать это: ласкает мою грудь губами и языком, нежно, грубо, влажно, заставляя метаться головой по подушке и поджимать пальцы ног.

Шершавость его подбородка спускается на живот, ощущается под пупком, отчего я распахиваю глаза и невольно пытаюсь свести ноги.

— Ничего не бойся, малыш. Очень хочу тебя языком.

От интимности этого момента и откровенности его слов, лицо опаляет жар, и я буквально заставляю себя расслабить колени. Я чувствую тепло его дыхания на половых губах и мысленно готовлю себя к новому ощущению. Но ни одно мое ожидание несравнимо с тем, как это чувствуется на на самом деле: когда его влажный язык касается моего клитора и мягко спускается вниз. Внизу живота начинает кипеть так сильно, что я пугаюсь, но прекратить в себе сил не нахожу. Ерзаю бедрами, подаюсь навстречу влажному скольжению, выстанывая имя Дениса, потому что оргазм сносит меня всего за несколько секунд. Я ощущаю себя вывернутой наизнанку и совершенно беззащитной: обнаженная, с разведенными ногами и содрогающаяся от спазмов.

— Такая чувствительная, — глухо произносит Денис, и сквозь пелену слабеющего наслаждения, я слышу звон ремня и шорох падающих брюк.

Кровать пружинит рядом со мной, Денис подхватывает мою талию, заставляя сесть на себя сверху. Его живот подо мной горячий и твердый, синие глаза мерцают в темноте, широкая грудь быстро и часто вздымается. Я кладу руки ему на плечи и, наклонившись, целую. Денис сжимает ладонью мой затылок, целует в ответ, тянет губу зубами. Я снова ощущаю себя полностью в его власти, это чувство дарит мне новое возбуждение и восторг.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Сядь сверху, малыш, — хрипло распоряжается он, обхватывая ладонями мою грудь. Его пальцы вновь гладят мои соски, даря очередные спазмы в животе и легкое головокружение.

— У меня не очень много опыта, — выдавливаю из себя признание. Мы с Олегом никогда не пробовали эту позу и сейчас мне откровенно неловко оттого, что у меня ничего не получится.

— Это хорошо, что немного, малыш. Просто возьми мой член.

Я перемещаюсь назад к его бедрам, провожу рукой по эрекции. У Дениса красивый член, длинный и ровный. Он тихо выдыхает, жмурит глаза. Мне нравится такая реакция, и я повторяю это движение снова. Член дергается в моих руках, на пальцах остается смазка. В темноте я улавливаю движение его руки, слышу звук рвущейся фольги.

— Придержи у основания.

Я вижу, как Денис раскатывается презерватив по своей длине, и даже это движение в его исполнении кажется мне возбуждающим. Его руки ложатся мне на бедра, тянут вперед, в этом жесте сквозит нетерпение.

Я приподнимаюсь, направляю член в себя, и едва его головка касается половых губ, меня в очередной раз бьет током. Денис цедит воздух сквозь сжатые зубы, но глаз не закрывает, продолжая смотреть на меня. По мере того как он входит в меня, я снова слышу этот предательский влажный звук, но сейчас я слишком поглощена процессом, чтобы смущаться. Его член раскрывает меня изнутри, давит на стенки влагалища, даря новые оттенки наслаждения.

— Двигайся, малыш, — голос Дениса звучит низко, даже измученно. — Не спеши, делай как тебе приятно.

Я и правда ему доверяю, вытягиваюсь вверх, ощущая скольжение твердой длины в себе, и осторожно опускаюсь вниз. Следующее погружение ощущается острее первого, оно задевает клитор, заставляя меня ахнуть и закусить губу.

Лицо Дениса выглядит напряженным, пока он следит за мной, одна его рука придерживает мое бедро, другая ласкает грудь.

— Выглядит даже лучше, чем я себе представлял.

Эти слова оседают во мне новым слоем восторга. Он меня представлял.

От непривычного напряжения ноги начинает немного тянуть, удерживать зрительный контакт больше не удается — глаза сами закрываются, концентрируя растущее наслаждение.

— Тебе нравится быть сверху, малыш?

Я выдыхаю в такт толчку и киваю.

— Как тебе еще нравится?

Смущение от подобных расспросов вновь дает о себе знать, но я отметаю его. С ним кажется неправильным стыдиться своих желаний.

— Мне понравилось в твоей ванной. Сзади.

— Хочешь сзади?

Я киваю и распахиваю глаза, потому что Денис резко сжимает мои ягодицы. Быстро и глубоко толкается бедрами мне навстречу, заставляя ахнуть, и переворачивает меня на живот. Его пальцы скользят мне между ног, гладят, распределяя влагу, обхватывают талию и ставят на четвереньки.

Я ощущаю его ладони на своих волосах, позвоночнике, как они раздвигают мои ягодицы. Волна растущего смущения стирается тем, что он входит в меня, я вскрикиваю. Это сурово, остро, горячо.

— Не больно?

Я мотаю головой.

— Нет, хорошо.

Денис возобновляет точки, его ладони по-прежнему удерживают мои ягодицы раскрытыми, и я стараюсь не позволять мыслям об этом взять вверх над тем, что зреет внутри меня. Мне нравится то, что происходит, и как это происходит. Нравится, что Денис меня не щадит, что определенно воспринимает меня как женщину, что немного груб.

— Нравится? — летит сзади.

Я сгребаю покрывало сильнее и выдыхаю вместе со стонами троекрасное «да».

— Мне тоже очень нравится, малыш.

Движения внутри меня замедляются, и я вздрагиваю, когда ощущаю влажное касание между ягодиц. Его пальцы. Закусываю губу и отчаянно кручу головой. К такому я не готова.

— Ни о чем не думай. Я просто трогаю тебя.

И я снова ему доверяю. Расслабляюсь и отдаюсь ускоряющимся толчками и тем как его влажный от слюны палец ласкает меня снаружи. Я не понимаю, почему это оказывается настолько хорошо. Кажется, это я тоже повторяю вслух. Я раздвигаю ноги шире, утыкаюсь лицом в подушку. Чувствую себя раскрепощенной и глубоко испорченной, потому что даже неожиданная мысль о том, какой вид Денису открылся сейчас, вызывает во мне новый прилив возбуждения.