Тайна античных свитков - Айрис Джоансен

Нет, нельзя оставлять его одного в такой момент! Она решительно открыла дверь. Марио сидел в кресле, слезы уже высохли, но лицо его окаменело. Джейн шагнула в комнату.

— Я ненадолго. Я только хотела сказать: я на твоей стороне. И если тебе нужно выговориться…

— Ты мне не нужна. Мне теперь никто не нужен! — Он испепелял Джейн гневным взглядом. — Ты знала про эти письма?

— Никаких писем не было, — твердо проговорила Джейн. — Грозак хотел, чтобы ты так считал. Специально, чтобы поссорить тебя с Тревором, чтобы ты прекратил работу.

Марио с сомнением покачал головой.

— Это правда! Клянусь тебе! — сказала Джейн. — Грозак страшный человек. Вот почему Тревор не хотел, чтобы у него была мишень.

— Он дал ему убить моего отца!

— Ты же мне сам говорил, что сказал Тревору, что у тебя близких родственников нет.

Переводчик отвел глаза.

— Иначе он бы меня не взял. Было же ясно, что ему требуется. И это не была ложь в строгом смысле. Моя мама развелась с отцом задолго до смерти. Потом он переехал в Люцерн, и я с ним почти не общался. — Голос у юноши дрогнул. — Но я его любил. Надо было чаще с ним видеться! Все некогда было… — Он дрожащей рукой прикрыл глаза. — А теперь я позволил Тревору его убить.

— Его убил Грозак. Тревор даже не знал о существовании твоего отца. Ты сам скрыл это от него.

— А письма?

Не надо с ним спорить. Он сейчас сам не свой. Еще бы, такой кошмар! Джейн вспомнила лицо Тревора, когда он стоял в библиотеке. Молчание — знак согласия, а с Тревором она так поступить не может.

— Послушай, что я тебе скажу. — Она опустилась перед несчастным юношей на колени и отняла руку от его лица. — Посмотри на меня! Ты сейчас несправедлив, и я не могу это так оставить. Думаю, Грозак на это и рассчитывал — что ты станешь винить во всем Тревора. Он тебя обманул, купил. А ты купился.

Марио помотал головой.

— Ты сейчас ищешь, на кого бы возложить ответственность, а Тревор — вот он, рядышком!

Марио с презрением и недоумением воззрился на нее.

— И ты веришь Тревору? Ты ему действительно веришь?!

Она хранила молчание. Задай он такой вопрос вчера — она бы не знала, что ответить. А что, собственно, изменилось?

Ее ответ прозвучал уверенно. Ужас и потрясение от чудовищной расправы со стариком смели все сомнения и замешательство, и впервые после встречи с Тревором перед университетским общежитием ею руководила собственная интуиция, а не эмоции.

— Да, — медленно проговорила Джейн. — Я ему верю.

— Викман? — спросил Тревор, останавливая воспроизведение. — Рост его.

Бреннер прищурился.

— А мне показалось, Рендл. Мне кажется, Викман не такой худой. Правда, ты с ним больше встречался, да?

— Дважды. Один раз в Риме, потом — в Копенгагене. Скользкий тип. И все в нем какое-то скользкое. Манера говорить, манера двигаться…

— Помню, как же! Но Рендл все же поуже в кости.

— Человек может и похудеть. А вот движения остаются. — Он нажал кнопку перемотки. — Но, может быть, ты и прав. Давай еще раз посмотрим.

Бреннер скривился.

Его чувства были Тревору понятны. Он и сам много видел зверств в жизни, но от одного вида этого затравленного старика его начинало мутить.

— Надо точно знать, с кем мы имеем дело.

— И нейтрализовать? Тревор коротко кивнул:

— Особенно если это Викман. Он мастер своего дела, и я не хочу, чтобы он обратил свое мастерство против Джейн или кого-то из нас. — Он пустил запись, на экране снова возникло лицо Эдуардо — Так что, если понадобится, будем смотреть эту проклятую пленку, пока не ослепнем. Так Викман или Рендл?