Моё право на счастье - Анна Мишина

- Я в порядке, не смотри на меня так.

В квартире сестры нас ждет накрытый стол. бабуля расстаралась. А увидев меня, тут же кинулась обнимать и плакать.

- Деточка моя, не уберегла я тебя, - всхлипывала она.

- Баб, да все нормально. Я же жива, здорова.

- Здорова ли? - с сомнением переспросила, всматриваясь в мое лицо.

Что они все там хотят увидеть? Или я так изменилась, что меня стало не узнать и они каждый раз сомневались что я это я?

- Мама, - навстречу из комнаты выбежал сын.

Теперь реветь настала моя очередь. Как же больно мне. Как же страшно и обидно за все то, что приключилось. Но больше всего я себя ругаю за то, что мой сын так же пострадал. Он был без меня все это время. А ведь по сути можно был все предотвратить. не допустить эту беременность. Только…

Тот единственный раз стал роковым для меня. Именно тогда я забеременела.

Только сейчас пронзило мой мозг понимание, что в этом был еще замешан и врач-репродуктолог.

Но у меня не связывалось то, почему он помогал этой Снежане.

Все последующие дни я строила план как попасть на территорию того поселка. Мне бы поговорить с… Демидом. Я потихоньку все вспоминала. Вся картинка складывалась, за исключением недостающих моментов-пазлов, без которых все это было похоже на кашу.

Ночами мне снились сны. В одних из которых был мужчина. Высокий, с темным пронзающим взглядом. И когда он мне снился, я просыпалась среди ночи в холодном поту. А еще мне снилось то, из за чего все это началось. Наша близость. И я все пыталась сложить. Было ли это на самом деле. Видимо лечение наложило свое отпечаток на мою память, да и травма головы. Я с каждым прошедшим днем все больше начинала сомневаться в том, что случившееся было реальностью.

В один из дней, мне все же удалось снова оказаться у того поселка. Я наняла такси и попросила водителя сказать охране, что его вызвали Бестужевы. По идее, машину бы пропустили. Но ответ охраны меня удивил.

- Бестужевы? - усмехнулся охранник. - Они здесь уже давно не живут. дом продали. так что это какая-то ошибка либо ты напутал поселки.

Вот тут-то я потеряла последнюю надежду.

Дома я рыскала по просторам интернета. Перебрала все соцсети. И я нашла Снежану. Но ее странички давно не обновлялись. Примерно с января месяца. Вот тут я и поняла, что связь оборвалась. Теперь окончательно. Теперь мне точно их не найти. Хотя…

на следующий день я отправилась в клинику, где все это происходило.

- Мне нужен Сергей Олегович, - заявила на ресепшене.

- Он не работает, - коротко ответила девушка.

- А когда мне можно прийти, чтобы переговорить с ним. Он хороший специалист и я надеялась на встречу с ним, - обманывала я.

- Вы не поняли, девушка. Сергей Олегович больше ту не работает. Если вам нужен специалист его профиля, я вам могу посоветовать хорошего специалиста.

- Нет, спасибо, - еще одна ниточка оборвалась. - А что случилось? Куда он мог уйти.

- Не могу сказать. Мне показалось, что он решил уйти из профессии, - пожала плечами девушка и переключила свое внимание на стоявшую за мной женщину.

Вот так я потеряла последнюю надежду. Все кончено. Не найти. А на реальный розыск у меня попросту нет средств. Все упирается в деньги. А у меня все что было уже почти закончилось.

Вечером, после всех моих неудач, уложив сына спать, я спустилась к Свете.

- Что-то случилось? - забеспокоилась она.

- Мне нужно поговорить с тобой.

- Проходи, - впускает и закрывает за мной дверь. - У меня все спят, пойдем на кухню.

Сестра разливает ароматный чай по кружкам и подает одну мне.

- Так о чем ты хотела поговорить?

- Я хочу уехать, - начала я не с того с чего хотела. Мне очень хотелось ей рассказать, чем я все это время после выхода с клиники занималась. Поисками, которые не увенчались успехом. Провал. Сплошной. По всем фронтам.

- Куда? - насторожилась она.

- Для начала к бабуле в деревню. Тут как раз неделю каникул у Ваньки в школе. Но вообще я очень хочу уехать в другой город. Возможно даже в другую область.

- Но почему? Тут же я рядом. Да, можно пожить у бабули, если ты хочешь сменить обстановку, но зачем менять город? - заволновалась она.

- Просто я чувствую здесь все, понимаешь? Я вижу себя здесь беременной. Я помню его. Все тут напоминает о произошедшем. Тут все словно кричит о моем несчастье. Но я решила, что нужно жить дальше. Что я уже ничего не смогу изменить. Мне нужно. Я чувствую это. Я с этой мыслью вышла из лечебницы. Надо было сразу, не пытаться что-то исправить, что-то найти. Надо было сразу уезжать.

- Раз ты так решила, - ее плечи поникли.

- Решила. И это уже точно.

- Если ты считаешь, что тебе это надо…

- Надо. Я завтра же уезжаю. С сыном. И документы из школы заберем. Я не вернусь больше сюда. Ты меня прости, если чем обидела. Я здорово заставила вас волноваться за себя. Извини, - тянусь к ней и мы обнимаемся.

- Это ты прости меня. То злосчастное объявление. Если бы не я настояла. Черт возьми, это же и я звонила по нему.

- Глупая, - улыбнулась сквозь слезы я. - Это я переспала с ним, а не ты. Я как дура влюбилась в него. Так что виновата я и только я. И в своей слабости моя вина. Я слишком мягкая. Слишком позволила пользоваться своим доверием, да и в целом собой.