Маска юности - Анна Розен

Начиналось всё довольно безобидно: с анонимных угроз в записках. Я не воспринимала их всерьёз, потому что уже через неделю не могла вспомнить имя парня, и текст: «Отстань от Курта! Он мой! Иначе пожалеешь!», мне ни о чём не говорил. Записок становилось больше и больше. Я начала находить их в своей сумке, а не только на коврике под дверью, а однажды эта ненормальная написала мне послание на зеркале в нашем общем душе. Потом кто-то измазал собачьим дерьмом мою дверь. Но всё это было вполне терпимо. Пока не выяснилось, что я работаю с этим самым Куртом в библиотеке. Её месть перешла на новый уровень.

Мне начали звонить и писать неизвестные парни с непристойными предложениями. Многие, услышав мой спокойный голос и слова «вы ошиблись номером» отставали, но были и такие, кто слов отказа не принимал. Они названивали ночами, не давали мне спать и засыпали отвратительными сообщениями. Я не знала, куда деться. Я даже попробовала поменять номер, но вскоре и на него начинались звонки. Я до сих пор не знаю, где Дебра взяла мой телефон, но факт оставался фактом. Она вписала его в объявление о сексе по телефону и дешёвых шлюхах.

Потом у меня за спиной начали шептаться. Я ненавидела это со школы. И вот снова. В новом месте, новом коллективе всё то же самое. Только теперь людей, которые смотрят на меня косо и шушукаются мне вслед, стало на порядок больше. Ко мне вернулись панические атаки.

Я была близка к нервному срыву, когда соседка по комнате, наконец-то, наплевала на моё желание игнорировать ситуацию. Она пошла в администрацию и написала жалобу. А потом заставила меня сделать то же самое, только ещё и в полицию отнести копию. Я упиралась как могла. Я настолько привыкла терпеть такие вещи, что мне была дикой мысль пожаловаться кому-то.

– Саманта, это ненормально! – кричала моя подруга. – Это сталкинг. Иди в полицию! Ты не можешь так больше жить!

И я пошла, после того как по наводке сумасшедшей Дебры в тёмном переулке ко мне пристали какие-то идиоты. А в участке я узнала, что моё заявление – восьмое или девятое. Но только я знала, кто именно это делал. А моя подружка втайне от меня ещё и сохранила все записки с угрозами. Даром что она училась на юридическом.

В общем, до суда дела не дошло, конечно, но после многих часов в участке Дебра из колледжа ушла. А вот панические атаки у меня задержались надолго.

И вот сейчас всё повторяется. Вернее, ничего ещё не случилось, а мне уже страшно. Я все выходные просидела дома в одиночестве, накручивая себя. И ко вторнику я была готова кидаться на прохожих. Райан не мог понять, что случилось, и почему я снова изображаю ледышку. Он пытался меня разговорить, чем делал только хуже. На информатике я весьма грубо попросила его от меня отвязаться и смотреть в свой ноутбук. Глупо, но что поделать. Паникующая Саманта очень плохо умеет быть приветливой.

На физкультуру я шла с тяжёлым сердцем. Опять слушать перепалку Мии с Мартой, девчачьи сплетни, а потом бегать и прыгать целую вечность. Радовало только одно, с недавних пор Марта пересмотрела своё отношение ко мне и вместо колких замечаний начала просто игнорировать. Это меня вполне устраивало. За спиной она могла говорить всё что угодно. Это я бы пережила. Но слушать её глупости было выше моих сил.

Вопреки ожиданиям, физическая нагрузка немного меня встряхнула, и мне даже больше не хотелось забиться под кровать. Десяток минут под струями прохладного душа практически вернули мне желание жить и веру в человечество.

Я выключила воду и потянулась к полотенцу. Но на месте его не оказалось. Я выглянула из душевой и огляделась, но его и след простыл.

– Девчонки! Кто-нибудь! У меня полотенце пропало, вы не подадите новое? – прокричала я.

Но в ответ была тишина. Я подождала ещё несколько минут и, прикрывшись руками, засеменила босыми ногами в раздевалку. Да, тапочки мои тоже куда-то делись.

Среди шкафчиков не было ни души. Я добралась до своего и обнаружила, что замок его взломан и внутри пустота. Вся моя одежда пропала!

– Что за чёрт? – удивилась я, заглядывая на и под шкафчик. И, естественно, ничего не нашла.

– Что за чёрт! Где мои вещи? – разгневано проорала я. – Чьи это идиотские шутки? Вам что пять лет!?

Я стояла голая посреди раздевалки и беспомощно озиралась по сторонам. Сердце стучало всё быстрее и громче. В ушах появился звон, руки повлажнели и начали мелко подрагивать. Очередной приступ. Голова закружилась. Я опустилась на скамейку и сжалась в комок. После головной боли у меня обычно темнеет в глазах, а потом, чего доброго, я грохнусь в обморок.

И тут я услышала звук, с которым обычно срабатывает фотоаппарат на телефоне. А потом какую-то возню в соседнем ряду. Я встрепенулась и вскочила. Но голова вновь закружилась, и я чуть не упала. Пока я приходила в себя, пока доковыляла до следующего прохода, шутников и след простыл – только дверь хлопнула. Ну хоть сумка с моими вещами обнаружилась под лавкой.

Прозвенел звонок на урок. Я грязно выругалась и принялась одеваться.

К тому моменту, как я дошла до актового зала, мой телефон успел несколько раз пиликнуть. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы догадаться кто устроил эту идиотскую шутку. Я вытащила смартфон из кармана – на личной почте лежало письмо. Мне даже открывать его не нужно было. И я ни секунды не сомневалась, что именно там увижу. Голая растерянная я. Или ещё лучше – видео, как я плещусь в душе. Чёрт бы побрал этих ревнивых подростков!

Входная дверь у меня за спиной хлопнула очень громко. Я была зла. Очень зла. И я это просто так не оставлю.

– Кэри, что это значит, мать твою! – зашипела я, подбегая к сцене, около которой она стояла с подружками.

Девушка посмотрела на меня удивлённо и похлопала глазками.

– Не понимаю, о чём ты.

– Я о письме, которое ты мне прислала.

– Какое письмо? – она вопросительно наклонила голову.

– Ты знаешь какое! Что я тебе сделала?

– Ах, это! – Кэри издевательски помахала телефоном у меня перед носом. – Классные фотки, да? А видео так и вообще улёт!

– Кэри, что я тебе сделала? – повторила я вопрос, сдерживаясь из последних сил, чтобы не перейти на крик. – Это из-за того киновечера? Из-за Райана?

Она ответом меня не удостоила. Только брови нахмурились, а взгляд стал жёстче.

– Между нами ничего нет. Мы просто друзья. Ты это понимаешь?

– Он бросил меня ради тебя, – девушка скривила свой аккуратный носик и презрительно поджала губы. – Обещал позвонить, но так этого и не сделал.

– Но я-то тут при чём?

– Да потому что ты ему прохода не даёшь! Повисла на нём. Очнись, девочка! Благотворительность кончилась. Ты уже достаточно времени здесь, чтобы обойтись без его помощи. Так что оставь его в покое.

Я открыла рот, чтобы возразить, но так и не нашла слов. Но Кэри мои комментарии и не были нужны.

– Оставь его в покое, слышишь. Иначе эти фотографии увидит вся школа, – она ещё раз помахала передо мной открытой почтой. – Одно неловкое движение, и вся школа увидит какая ты жалкая.