Застенчивость в квадрате - Сара Хогл

«Все собрано и готово к 8:30. Уже набираю виртуальные корзины ковриков и шторок – ты завтра откопаешь кучу золотых слитков, и я сразу же все скуплю!»

Собираюсь на всякий случай отключить телефон, но Уэсли отвечает очень быстро:

«Мой брат Кейси сделал мне сайт о ландшафтном дизайне, сейчас работает над проектом для будущего приюта. Предложил придумать и для твоего отеля, если ты захочешь. Конечно, если ты не передумала и не поняла, как эта идея ужасна».

Я сажусь так резко и быстро, что расплескала бы по бальной зале всю воду, будь она в этой ванне на лапах. К счастью, я лежу просто так, полностью одетой.

Он рассказал о моем отеле брату. Его брат знает о моем существовании. Интересно, Уэсли в смокинге тогда сфотографировали на свадьбе Кейси? Но задать этот вопрос я не могу, иначе он вновь поднимет тот больной вопрос о своей фотографии.

«Просто фантастика!!! – пишу я. – Какие у него расценки?»

Он отвечает очень быстро, наверное, написал заранее и сейчас просто отправил:

«Я нашел шрифт с той открытки – вдруг ты захочешь использовать его в буклетах или рекламе. Подумал, раз она тебе так понравилась, будет интересно. Еще попробовал определить цвета: если захочешь закат, нужно несколько разных оттенков. Вот эти, как мне кажется, больше всего похожи. Что скажешь?» – и отправляет ссылку на три разных цвета: «Бермудский бриз», «Малиновый мусс» и «Оксфордское золото».

Ни один из этих розовых не передает цвет дома на открытке точь-в-точь, но мое сердце и так уже настрадалось, и я могу только радостно согласиться. Уэсли взял и нашел тот шрифт. Подобрал цвета. Этот угрюмый, застегнутый на десять тысяч пуговиц великан, который растения любит больше, чем людей, собирается покрасить дом в розовый просто потому, что женщина, которую он знает всего месяц, была по ошибке уверена, что «Падающие звезды» должны быть именно того цвета.

– Тебе не нравится?

Я резко оборачиваюсь. Уэсли.

Хватаюсь за бортики ванны, напрягшись: хоть бы я выглядела не так, как себя чувствую.

– А?

– Ты не ответила.

Смотрю на экран. Он отправил сообщение четырнадцать минут назад. Я мечтательно смотрела в никуда целую четверть часа.

– Прости, задумалась. Эти оттенки просто идеальны, спасибо. И спасибо, что нашел и шрифт тоже. Какая замечательная идея, использовать для рекламы моменты из того времени, ностальгию. Обыграть историч…ность. – В конце получается писк, и говорю я слишком поспешно.

Когда лежишь в ванне посреди комнаты, а над тобой возвышается мужчина, ощущения совсем другие. Склонив голову набок, он изучающе разглядывает меня, и это простое движение подстегивает пульс, заставляя кровь нестись быстрее.

– Что? – я уже начинаю нервничать. Взгляд Уэсли окутывает меня, замечая поджатые колени, упирающиеся в край ванны пятки. Сарафан задрался до середины бедра, и хотя в любой другой день я бы и не задумалась об этом, сейчас, с настолько открытыми ногами, эта поза слишком уязвима и нехарактерно для меня бесстыдна.

Он поджимает губы. Я привыкла считать, что это от досады, но теперь уже не уверена. В приступе скромности скрещиваю ноги, но от этого движения подол платья скользит еще дальше, и я поспешно поправляю непослушную ткань. Уэсли отворачивается к стене, потирая подбородок. Мной уже можно что-то поджечь, настолько я разгорячилась.

– В восемь тридцать, значит, – наконец сипло произносит он.

– Ага. – Соскальзываю на самое дно ванны, пылая от смущения.

Спрятавшись за фарфоровой стенкой, я выглядываю как раз вовремя и вижу, как его тень на стене чуть оборачивается, еще раз взглянуть на меня, и кулак у него прижат ко рту.

– Мне нужно… пойду к себе наверх, – каким-то слабым голосом сообщает он.

– Ага, – повторяю я, но на октаву выше. – Увидимся утром.

Вижу я Уэсли гораздо раньше. Он приходит ко мне во сне. Я снова в бальной зале, стою над ним. Теперь он лениво вытянулся в ванне, на нем пиратский костюм, и он протягивает мне руки, приглашая подняться на борт.

– Время искупаться, Мэйбелл.

Просыпаюсь я в 8:29 в субботу, раскрасневшаяся, вспотевшая и обреченная. Ничто так не ускоряет неизбежное между друзьями, как эротический сон: я влюбилась по уши.