Ворон и радуга. Книга 1 - Надежда Черпинская

Надо выяснить, зачем он плетётся следом…

– Эй!

Эливерт вышел из своего укрытия.

Незнакомец развернулся стремительно, испуганно, затравленный взгляд пробежался по атаману.

– Тебе чего? – нелюбезно поинтересовался вифриец.

Сообразив, что Ворон нападать не собирается, незнакомец слегка распрямился и вздохнул уже спокойнее, даже выдавил какое-то подобие улыбки.

– Побеседовать надо…

– Ну, давай! – ухмыльнулся он. – О чём базар пойдёт?

– Нет, ты не понял. Мне с тобой, шпана, базарить не о чем. Но есть люди, которые тебя видеть сильно жаждут, – улыбочка у мужичка была лживая, неприятная. – Такие люди… Не чета тебе! Моё дело – тебя к ним проводить. И я тебе сейчас дам дельный совет, Ворон… Лучше бы тебе пойти со мной добровольно, без принуждения! Потому как… пойдёшь ты в любом случае.

– Ох, как же я не люблю такой тон! – процедил Эл, миролюбие из его голоса исчезло окончательно. – И как я не люблю, когда меня стращают!

Он подошёл ближе, ухмыльнулся – из рукава в ладонь уже скользнул незаметно нож, но незнакомец об этом, разумеется, даже не догадывался.

– Благодарю, за любезное приглашение, но вынужден отказаться! Дела, знаете ли…

– Зря ты меня не слушаешь, – покачал головой мужичок, вздохнул устало. – Говорю же, приказ у меня – тебя привести. Так что… выбора нет. Ни у тебя, ни у меня.

– За руку поведёшь? – хмыкнул Эливерт. – Ну, давай! Попробуй!

Мужичок смотрел исподлобья, с неприязнью, но не двигался.

– Пойдёшь за мной снова – прирежу! – пообещал Ворон и, развернувшись, неспешно побрёл прочь.

Хоть он и строил из себя храбреца, но сейчас с опаской слушал, что происходит за спиной, ждал нападения сзади, но незнакомец догонять не пытался, стоял на месте.

Да, Эл ждал нападения, но ждал не с той стороны. Когда на него обрушился кусок той самой ветхой лестницы, рядом с которой он прятался совсем недавно, атаман оказался не готов отразить удар. Да и чем его отражать? Не с ножом же бросаться на гнилые перила.

Эливерт успел прикрыть голову, сжаться, но удар всё равно получился серьёзный. Не успев ещё толком понять, что произошло, вифриец вскочил на ноги. В глазах мелькали разноцветные огоньки, но это не помешало разглядеть, как незнакомец с глумливой ухмылкой повёл рукой…

И атамана швырнуло в стену ближайшего дома. Раз, ещё раз, ещё раз…

Огоньки в глазах угасли, уступив место беспросветному мраку. Промелькнуло запоздало в голове: «Маг! Провалиться… Как тебя угораздило, Ворон?!», и Эливерт окончательно потерял связь с миром.

***

Сначала по лицу ударили слегка, потом сильнее. И первым порывом было ответить тем же. Но Эл сдержался. Он уже пришёл в себя, но не спешил открыть глаза. Лишь чуть приподнял веки, пытаясь сквозь завесу ресниц разглядеть, где очутился, и оценить обстановку вокруг.

Получилось не очень – всё, что уловил: вокруг довольно темно и сыро. Воздух затхлый. Похоже на подземелье. Уж не в «колодец» ли его закрыли?

Кажись, у проклятого «серого» всё-таки были союзники и помощники, потому что даже в беспамятстве Ворон чувствовал, как его волокли куда-то, а хилому мужичку это явно было не по силам, пусть он даже и маг. Потом, наверное, везли в эйлве – Ворону смутно помнилось, как его покачивало и трясло. И вот теперь атамана решили привести в чувство, и, надо заметить, довольно бесцеремонно. Ещё одна пощёчина вынудила распахнуть глаза.

– Проснулся, наконец! – глумливо хмыкнул в лицо всё тот же мужичок.

Теперь в его чертах Элу мерещилось нечто крысиное.

– Говорил же тебе, лучше сам…

– Шёл бы ты туда, откуда все мы вышли! – Ворон сплюнул кровь, которой уже полный рот набралось.

Атаман ждал нового удара. Но незнакомец только хмыкнул и пригрозил хладнокровно:

– Будешь хамить – я тебя по этим стенам размажу. Веди себя прилично! Скоро наши почтенные гости пожалуют. Мне бы хотелось им тебя живого представить. Так что морду вытирай и приходи в себя!

«Серый» протянул брезгливо Ворону какую-то светлую тряпку вроде полотенца. Тот неспешно приложил её к разбитым губам и носу.

– Может… воды принести? – поморщился мужичок, явно недовольный видом атамана.

– Хорошо бы… – буркнул Эл.

«Крыс» со вздохом развернулся по направлению к двери, но не успел сделать и одного шага. Окровавленное полотенце петлёй обхватило его короткую шею. Иного оружия у Эла при себе не осталось, но, при должном умении, и вовсе без оружия прикончить можно.

Будь противник Ворона не магом, а обычным человеком, у него бы не осталось шансов. А ещё, если бы атаман не был сейчас так слаб. Но Эл ещё толком не пришёл в себя, а враг обладал колдовской силой, и попытка одолеть его атаману не удалась.

Сначала мажонок захрипел в его руках, но потом Эливерта вновь швырнуло в стену, скрутило так, что захрустели кости. Он взвыл от боли, но «серому» этого было мало. Он в бешенстве сорвал удавку и теперь, упиваясь своей безнаказанностью и могуществом, вознамерился поквитаться с вифрийцем, посмевшим поднять на него руку. Эла ещё дважды приложило о стену…

А потом он почувствовал, что не может дышать, сдавило грудь и горло, так что невозможно и глоток воздуха втянуть. Ворон скрючился от боли, в глазах потемнело. Ещё немного, и ему конец.

Внезапно под каменными сводами прокатился возмущённый окрик.

– Эй, ты что вытворяешь? Немедленно прекрати!

Голос был мужской, суровый.

Тиски разжались. Стало возможно дышать. Но Ворон всё ещё корчился на полу.

Рядом с ним застыл высокий седовласый мужчина и…

Вначале атаману показалось, что это Миланейя. Он даже головой тряхнул. Но в глазах окончательно прояснилось, и лицо бессмертной красавицы в белом платье оказалось чужим и надменно-холодным.

– Вы что себе позволяете, эрр Бериан? – от голоса лэгиарни по коже мороз пробежал.

– Он сам на меня полез! – недовольно хрюкнул «серый» мажонок.

– Пшёл вон отсюда! – рявкнул седой и, уже обращаясь к какому-то парню позади: – Поднимите его! Я тебе давно говорю, этого твоего Бериана надо на цепи держать, как зверя. Совсем головой не думает!

– Успокойтесь, милорд Данкалнау! – рассержено фыркнула женщина. – Сейчас я всё исправлю…

Она приблизилась к Эливерту, которого бережно поднял и усадил в кресло высокий темноволосый паренёк, и атаман невольно отшатнулся от её руки.

Женщина была невероятно красива и юна, впрочем, как и все лэгиарны. Но её хотелось назвать