Сломанный лёд — 3 - Мария Карташева

– Так они поймут, что я гораздо злее, подлее и хуже, чем они. И такие люди будут уважать меня за это. – неожиданно выпалила Настя.

Бой состоялся этим же вечером в клубе, где иногда проводились такие развлечения, и серьёзные мужчины делали ставки на победу бойцов. Настя, подойдя к раздевалке, через тонкую створку двери услышала следующее:

– На фиг нас Костян пригнал сюда? – спросил недовольный мужской голос.

– Говорят, Еремей сказал.

– За фига?

– Иди и спроси раз такой разговорчивый.

– Так я и знал! – после этих слов послышался удар, как если бы кулак впечатался в стену. – Вот надо было бабу эту трогать?!

– Да кто знал, что она с ним. Кто-нибудь из вас его с бабами вообще видел? Он же как сыч, всё время один. Ну или с женой.

Настя услышала скорые шаги по коридору и отступила за стоя́щий сбоку стеллаж. Она в щёлку увидела, что в раздевалку прошёл Костя.

– Ну что придурки, доигрались? – с ходу заметил он. – Вы, конечно, дебилы. Но сейчас ваша жизнь станет ещё хуже. Короче, сейчас будет знатный мордобой. Будете драться до нокаута.

– Какой куш?

– А кто победит, тот получает суперприз. И становится личным охранником Анастасии.

После секундного молчания послышался оглушительный хохот, и потом прорезался чей-то голос:

– Это кто такую дичь придумал?

– Малыши, если есть вопросы, то вы можете напрямую спросить у Еремея. Но прежде объясню я. – Костин голос был тихим, вкрадчивым, но даже Настя сейчас стало не по себе. – Кто готов со мной прокатиться и не участвовать в бою?

Желающих променять короткий бой на поездку с Костей не нашлось, и Настя подумала, что многого о нём не знает. Она потихоньку развернулась и выскользнула из коридора, чтобы её никто не заметил. Заняв своё место рядом с Еремеем, девушка глянула на клетку, приготовленную для бойцов, и внутренне её передёрнуло, хотя она и старалась не показывать виду.

– После этого поедем ко мне. – безапелляционно произнёс мужчина, сидевший рядом с ней.

Как ни странно, но бой выиграл Глеб. Непонятно кого это вывело из себя больше, его самого или Настю, но она задала правила игры и теперь, чтобы все сохранили лицо, необходимо было работать вместе. Настя дала ему несколько дней на восстановление и уехала гостить к Еремею в один из его загородных домов. И вот сегодня уже была ровно неделя, как Глеб был ей вместо охранника, водителя и секретаря. Ей было неприятно лицезреть его, Глебу тоже было не особо уютно, но делать было нечего, и Настя пыталась минимизировать свои контакты с ним.

У Насти зазвонил телефон, и она, отвлекшись от бумаг, увидела, что на экране всплыло имя Еремея. Девушка ответила и, услышав голос мужчины, подумала, что даже немного скучает по нему, что было для неожиданно и совсем не к месту. По Еремею нельзя было скучать, тосковать, а тем более влюбляться в него. Он был бандит, он был женат, и Настя каждый день обдумывала варианты расставания с ним.

– Привет. Как ты? – спросил мужчина.

– Привет. Хорошо. Считаю проект.

– Отлично. Сейчас к тебе заедет девочка, отдай ей свой загранпаспорт, у тебя вечером самолёт, встретимся в Милане.

Настя несколько секунд созерцала замолчавшую трубку, потом перевела взгляд на экран своего компьютера и вздохнула. Жизнь её становилась всё интереснее и интереснее.

Сумасшедший забег по ЦУМу, вечерний перелёт, яркий росчерк дороги, ведущей к гостинице и вихрь страсти в лице Еремея, который заявился к ней в номер, хотя они договорились встретиться в лобби. Настя лежала у него на плече, смотрела сквозь полощущие на ветру шторы на южное тёмное небо и пыталась понять, как же так случилось, что виражи становятся всё круче и круче. А главное, что она перестала сопротивляться, потому что девушке начала нравиться такая жизнь.

– Ну что, поехали ужинать? – проговорил Еремей.

– Полностью согласна. Я с утра ничего не ела. Ну и, конечно, я никогда не была в Милане и мне безумно интересно посмотреть. – рассмеялась девушка, вскочила с постели и, завернувшись в банный халат, вышла на крохотный балкончик.

Под её ногами плескалось море огней, вальсировала музыка, слышался смех людей. Настя сама себе улыбалась и ей казалось, что это сон.

– А почему ты никогда не была в Милане? – пробормотал Еремей, появляясь рядом и зарываясь лицом в её волосы.

– Не знаю, – Настя пожала плечами, – ну, наверное, потому что из моего городка сюда самолёты не летают.

Она сейчас остро ощутила, как всегда старалась казаться счастливой. Несмотря на жизнь, граничащую с чертой бедности, на протёртые в нескольких местах джинсы, на редкие вылазки с классом в районный центр, где они с девчонками глазели на витрины с дешёвыми платьями и мечтали обзавестись такими же. Сейчас Настя вспомнила, что на прошлой неделе, когда ей удалось вырваться в родной город и порадовать родственников хорошими продуктами и своим присутствием, она увидела, как блестят глаза отца. И это было впервые с того момента, как не стало мамы. Тогда она твёрдо решила, что перевезёт бабушку и папу поближе к Москве, а для этого нужно было очень постараться.

Увлёкшись своими мыслями, девушка не заметила, как Еремей ушёл обратно и когда вышла, то увидела, что он наливает вино в бокалы, а на кровати лежит коробка. Насте всегда было интересно, когда она видела такие же нарядные коробки в кино, не мнутся ли там вещи, а может, она просто отгоняла от себя мысли, что у неё такие подарки вряд ли будут.

– Это мне? – спросила она, трогая золотистый бант.

– Уж точно не мне. – ухмыльнулся Еремей.

Насте казалось неприличным и низким так радоваться из-за простого платья в коробке, но она не могла себя сдержать. Если ей всегда удавалось сохранять лицо и спокойствие, то сейчас она в предвкушении дрожащими пальцами сняла путы подарочной ленты и открыв крышку, приподняла полупрозрачную органзу, скрывающую восхитительный шёлк ткани платья.

На следующий день Настя ближе к обеду вошла в свой офис в Москве. В голове ещё шумела ночная итальянская жизнь, губы хранили тень поцелуев, а сердце прыгало от радости, просто потому что ей было хорошо.

– Анастасия, можно? – в комнату вошёл Глеб. – Там Костян приехал. Можно его сюда? – помялся молодой человек у двери, когда она подняла на него глаза.

– Пригласи. – кратко ответила Настя, пересылая папе с бабушкой фотографии из Милана.

Костя вошёл, огляделся и, присев напротив девушки, улыбнулся.

– Хорошо устроилась.

– Ты пришёл побазарить по-нашему по-девичьи или по делу? – неожиданно жёстко спросила девушка.

– Быстро осваиваешься. По делу. – Костя вздохнул. – Такие хаты, как та, за которой ты следила, несут неплохой доход. Твоя была самая оборотистая в плане выручки, но сейчас везде как-то не айс стало. Особенно там, где эта дура, которую ты поставила. Она только винище жрёт и дрыхнет. Раньше по точкам я отчитывался перед Михалычем, ну я к нему, а он к тебе послал. Сказал, что Еремей распорядился.