Мальвина для бандита - Дина Данич

Постояв у порога, Арес прошел в комнату – нижняя губа была разбита, а костяшки на правой руке – сбиты. Он, конечно, заступился за меня перед этим Ильдаром, но сейчас пугал не меньше.

Я сидела, не шелохнувшись, и боялась снова сделать что-то не так. Мужчина подошел ко мне практически вплотную и опустился рядом на постель, а затем притянул к себе.

Только тогда меня немного отпустило. Появилась странная уверенность, что он не обидит. Даже в таком состоянии.

– Испугалась? – тихо спросил он, не давая отстраниться.

– Кто это был? Как он оказался у тебя…

– Партнер, – скупо ответил Астахов. – Пришел, пока ты была в душе. Извини, не думал, что ты не дождешься меня…

– Он шовинист?

Арес многозначительно фыркнул.

– У него есть причины для таких… взглядов. – Он отстранился и заглянул мне в глаза. – Но это не значит, что я позволю ему обижать тебя. Поняла? – Я лишь коротко кивнула, боясь спорить с мужчиной. – Я никому не позволю тебя обидеть! Ты мне веришь?

Он так жадно вглядывался в мое лицо, что казалось – ищет там ответ на самый главный вопрос.

– Верю…

– Хорошо. Потому что пора нам поговорить начистоту.

– О чем? – напряглась я тут же.

– Обо всем, маленькая. Чтобы защитить тебя, я должен знать все. Как есть. Без прикрас. – Он говорил мягко, но взгляд выражал жесткую решимость пойти до конца. – Доверься мне, Стася. Я не подведу…

– Хорошо. Я расскажу все, что знаю… – решилась я.

– 49 Арес -

Самедова хотелось придушить. Стоило только вспомнить испуганный взгляд Стаси. Мудак, чтоб его.

– Остынь, – бросил он, когда я все же закрыл дверь. – Давай решать что дальше.

Хотелось врезать ему еще разок, но Ильдар был прав – нужно было обсудить дела. А остальное… Позже.

– Попробуем выйти на этого Кукловода?

– Рассчитываешь, что тот сдаст заказчика? – иронично усмехнулся незваный гость.

Конечно, это было бы идеальным решением. Но, увы, о таких подарках только мечтать.

– Можно попробовать его прижать, – предложил я.

– Это в том случае, если ты его поймаешь…

– Уже? – недовольно нахмурился я, поняв, что услышу в ответ.

– Да. И похоже сразу, как только твою барышню отправили по нужному адресу.

– Твою ж мать! – выругался я. Оставалась еще надежда на Грека, но слишком слабая.

– Итак?

– У тебя, видимо, есть гениальная идея? – съязвил я, делая приглашающий жест рукой. – Так валяй.

– Пусть твоя дама сердца, – Самедов ухмыльнулся демонстративно, – поможет. Не зря же мы ее задницу вытаскивали.

– Даже не думай…

– Вытащи башку из штанов! – неожиданно зло припечатал он. – Хватит прятать свое сокровище. Если она правда так хороша, то это реальный шанс накопать инфу.

Сука, как же он меня бесил! Возможно, не касайся дело Стаси, я бы с ним согласился. Но снова рисковать ей? Хватит. Пары раз мне было достаточно, чтобы понять – ни хера я не готов ее потерять. Поэтому снова подставлять? Вот уж хрен вам!

– Успокойся и подумай той башкой, что сверху, – холодно добавил Самедов. – У нас не так много времени. Если кто-то в Империуме действительно замешан, то скоро под раздачу попадем не только мы. Но и все, кто идет в связке.

Я нахмурился, понимая к чему он клонил. Олег. Мансуров. И дальше все, кто близок к ним.

– Что ты предлагаешь? – все же спросил, наступив фактически себе на горло.

– Я думаю, среди твоих людей крыса, – выдал Ильдар.

– Чего?!

– Подумай сам – базу Ломов так и не получил, а склады уже сгорели.

– Но флешка-то оказалась с шифром. Что-то поторопились они.

– Вот именно. Поэтому я думаю, что здесь замешано несколько людей. И похоже произошла банальная нестыковка. Нам это, конечно, на руку. Но сам понимаешь, полагаться на одно везение… Пока на спине твоей девчонки – ярко красная мишень. Как думаешь, если кто-то и высших кругов решит заполучить ее со стопроцентной гарантией, что будет дальше?

Я знал. Слишком хорошо знал. Прошло немало лет, но я отлично помнил, что случалось, когда старшие чины решали свои проблемы кардинально. Да, в тот раз повезло оказаться на стороне победителей.

Но все могло быть и иначе.

– Конкретнее, – потребовал я. – Чего ты хочешь?

– Для начала надо понять как сложилась эта коробочка – про ее сестру, про то, что говорил Кукловод, о контактах и прочем. Любая зацепка может помочь. Ну, и конечно, пусть проверит в твоем офисе. Не удивлюсь, если в твоей сети пошарились.

– Это исключено, – возразил я. – Систему регулярно проверяют!

– Арес, ты умный мужик. Но сейчас у тебя мозги – в кисель, – поморщился Ильдар. – Если мне придется разжевывать тебе каждую деталь, далеко мы не уедем. Где хваленый цербер Волкова, о котором столько говорят? – насмешливо фыркнул он.

Кулаки сжались сами. В последний миг удержал себя на месте. Провоцировал, сука.

– Псом меня обозвал? – тихо поинтересовался у него.

– Вообще-то охранников и верным другом, но как тебе будет угодно, – продолжал насмехаться этот мудак. – Впрочем, мы не приближаемся к решению проблемы.

– Встретимся в офисе, – выдохнул я. – Завтра.

– Уверен? Времени в обрез.

– Уверен. Возможно, завтра появится информация от моего человека. Если нет – сделаем, как ты предлагаешь.

Самедов смерил меня оценивающим взглядом.

– Добро. – Кивнул он и направился к дверям. Но уже перед самым уходом вдруг обернулся. – Если ты правда хочешь защитить ее – соберись. Ей нужна не жалость, а сильный мужик, способный отстоять ее жизнь.

Он был прав. Как бы я ни злился, Самедов был чертовски прав. С самого начала, когда дело касалось Стаси, я терял нюх, терял способность мыслить здраво. Словно пацан малолетний становился. И если я облажаюсь, заплатит она.

А этого допустить я не мог. Ни за что.

– 50 Стася -

Я рассказала Аресу все, как было – с самого начала. Как сбежала из дома перед выпускным, как свалила в столицу, нашла подработку. Как впервые получила задание и справилась с ним. Как моя карьера пошла в гору…

Труднее всего было рассказывать про сестру. Я уже приняла тот факт, что она предала меня. Но противное чувство все еще жило во мне. Мне было все еще больно. Астахов ни слова не сказал – только взял меня за руку.

Молчаливая поддержка – так в его стиле. И это было то, что надо.

Когда рассказала правду о флешке – как перепутала их, его взгляд потемнел, но он ничем не выдал своего отношения к моим